Убийца Гоблинов | Том 4

Скачать

Аннотация

Даже авантюристам время от времени хочется заняться чем-то другим. На этот раз Жрица остаётся позади, Пастушка посещает город без каких-либо дел по работе, Регистраторша берёт один из своих редких выходных, а Высшая Эльфийка Лучница вспоминает о своих старых приключениях вместо того, чтобы заняться поисками нового. Но зло не отдыхает никогда. Убийца Гоблинов, Копейщик и Бронированный Воин объединяются, но окажется ли эта беспорядочно собранная группа достаточно хороша для битвы с демонами?!

Над томом работали

Перевод: Red Crow

Коррект: Wisenheimer

Вычитка и оформление: TiKi

Работа с иллюстрациями: TiKi

Начальные иллюстрации

Пролог

Сияющая звезда: обещание сотен солнц, витающих в небесах.

Покрашенная нить: один стежок в готовом одеянии.

Капля дождя: одна частичка бушующего моря.

Шрам авантюриста: одна история в легенде героя.

Тысяча тысяч; десятка тысяч десятки тысяч; и вместе они поднимаются выше гор.

Так был создан этот мир, не считающийся с тем, как упадут кости.

Глава 1. О Воине Новичке и Послушнице Жрице

Дешёвый меч прорезал миазмы с лёгким фвууш, и гигантская крыса, жирная и круглая, набросилась на них.

— Иияйоой!

Её широкие грязные передние зубы были остры, а её зловонное дыхание навевало мысли об их безвременной кончине.

Сокрушённый, он попятился назад, нанося удар существу своим довольно потёртым круглым щитом.

— ГЬЮРИ?!

Крыса с визгом шлёпнулась на землю, но быстро забарахталась и продолжила борьбу. Никакого урона.

Воин Новичок потряс своей левой рукой, онемевшей от удара, несмотря на щит, и попытался восстановить свою стойку.

— Да ладно тебе, почему ты не ударил её в ответ?

— У меня рука болит!

Стоявшая позади него Послушница Жрица делала ему замечания своим пронзительным и слегка гнусавым голоском. В одной руке она держала посох, выглядящий как помесь меча и весов, а в другой фонарь, при этом глубоко хмурясь.

В канализации так и разило гнилой вонью, от которой желудок выворачивался наизнанку. И даже закрывая свой нос не удавалось отвертеться от него.

Опора под ними была довольно скользкой. Сточные воды протекали неподалёку. Гигантские крысы с укусами, последствия от которых явно не ограничивались одной лишь болью. Кишащие повсюду вредители и паразиты.

Всё это было вполне нормальным делом для этого места. Но эти факторы всё равно почти что довели Воина Новичка до слёз.

«Говорят, один день здесь равен одному золотому в кармане».

Ну, только если ты выполнишь данное тебе задание. И это было важным источником прибыли, необходимой для поддержания своей повседневной жизни.

И всё же, разве авантюристам не стоило бы как минимум разбираться с гоблинами или чем-то подобным?..

— Берегись, дурила, она нападает!

— ?!..

Крик подруги вернул его из царства размышлений, и он сделал широкий выпад мечом, даже не смотря на свою цель.

— ГЬЯАРУ?!

Он пронзил мех, плоть и жилистое сердце. Ощущение было не из приятных.

Оно сопроводилось всплеском тёмной жидкости, расплескавшейся по лицу паренька.

Он склонился над трепыхающимся куском плоти и разрыдался.

— Х-хррк?!..

Когда он снял крысу со своего меча, она рухнула на землю, всё ещё подрагивая.

Чёрная лужа крови растеклась по земле, впитываясь в его ботинки.

— Эй, ты в порядке? Она не укусила тебя?

— А-ага, всё в норме.

— …Ладно.

Послушница Жрица изо всех сил старалась притворяться безразличной, но даже  при этом она поспешила к Воину Новичку. Не заботясь о сохранении своего белоснежного одеяния в чистоте, она вытерла кровь с его щёк, и несколько капель размазались по её пальцам.

— Она же не попала тебе в глаза, да? А что насчёт рта?

— Угх. Чуть-чуть.

— Да что же ты натворил? О боже.

Раздражённо пробурчав, она достала антидот из сумки с предметами, которую носила с собой.

Воин Новичок выплёвывал изо рта кровь и промывал его водой из фляжки. Он с благодарностью проглотил горький антидот.

Они оба всё ещё были Фарфорового ранга. Для них чудо Исцеления или целебное зелье были такой же такой же мечтой, как полноценная листовая броня или кольчуга на всё тело.

И всё же, недооценивать их не стоило — это мог подтвердить бывший монстр, а ныне недвижимый кусок плоти, лежавший на полу.

Крыса была чем-то занята: трупом, облачённым в лоскуты ткани. Пустые глазница и разрушенные скулы некогда человека намекали о его принадлежности к стану бродяг, но возле его обглоданной глотки висел ярлык уровня.

Послушница Жрица взяла ярлык цвета фарфора, нежно завернула его в носовой платок и засунула к себе в мешок.

Несчастная девушка — они знали, что это была девушка, ведь так было написано на ярлыке — не имела на себе никакой брони. Она спустилась в канализацию, имея лишь свою обычную одежду и палку, и крысы, скорее всего, попросту съели её*.

— …Угх, — сказал Воин Новичок. — Они вернулись.

— Не говори это таким несчастным тоном. Это ведь наша работа, разве нет?

Возможно, её выманила смерть своего сородича или же попросту запах пролившейся крови, но из глубин канализации выползла ещё одна крыса.

Существо было больше младенца, а его тень колыхалась при свете фонаря.

— Нам нужно ухо как доказательство того, что мы убили её, — сказала Послушница Жрица. — Скорее, отруби его, пока вторая его не сгрызла.

— Ухо? Я?

— Да просто сделай это!

— Знаешь, ты могла бы вести себя так, будто хотя бы чуточку беспокоишься обо мне…

Даже ворча паренёк схватился за рукоять своего меча, всё ещё находившуюся в туше крысы и потянул его.

— …А?

Но он не вышел из трупа.

И как бы он не тянул, меч, крепко застрявший в плоти, отказывался поддаваться.

Он упёрся ногой в труп, сделав из своего тела подобие рычага — тело оказалось на удивление мягким, учитывая его яростную предсмертную борьбу — но безрезультатно.

И пока он там стоял и натужно пытался вытащить свой меч, одна из живых крыс с ярко горящими глазами всё приближалась и приближалась.

— Н-нет!.. — с придыханием воскликнул он. — П-погоди минутку!..

— Она приближается! Сделай уже что-нибудь, дурила, она всё ближе!

— И-иийяйой!

Всё случилось в мгновение ока:

Воин Новичок сделал кувырок назад, дабы уклониться от крысиных челюстей, и приземлился в гору отходов. Гнилые объедки, или что там это было, рухнули на него, но это было всяко лучше, чем быть укушенным и подвергнуться риску заражения инфекцией. Критический удар этих зубов, и его глотку могло бы полностью разорвать в клочья.

— ГУРУУУРРРУ!..

Гигантская крыса зарычала, размахивая своим хвостом туда-сюда и угрожающе косясь на Воина Новичка.  Наверняка она видела в безоружном мальчишке и молодой девчонке, прилежно державшейся за его спиной, всего лишь еду. Она смотрела на них, и изо рта её капельками стекала слюна, олицетворяя этим весь её голод. Очевидно, она явно не собиралась давать им сбежать.

Разумеется, сбеги они, и авантюристам тоже нечего было бы есть — хотя, случилось бы это не по таким прямым как у крысы причинам.

— Аааах, да чёрт вас всех подери! — Послушница Жрица грубо цокнула своим языком.

«Гигантские крысы… Гигантские крысы разносят болезни, они грязные, одна из них атакует нас, а ещё они враги Порядка… враги Порядка!»

Кажется, она пыталась напомнить самой себе обо всём этом, высоко поднимая свой посох в виде меча и весов, вокруг которого начал собираться свет. Он превратился в меч, сотканный из света.

«Лорд правосудия, принц меча, носитель весов, яви же свою силу!»

А затем Святой Удар, который она вызвала сюда из чертогов самих богов, пронзил крысу своим лезвием.

Испустив из себя струйку дыма и запах горелой плоти, гигантская крыса замертво пролетела по воздуху, отскочила от стены и прокатилась по земле.

Паренёк сжал свои губы со звуком, полным недовольства, а девушка в то же время облегчённо вздохнула.

— Повезло тебе. Боги сделали всё прекрасно и легко, не так ли?

— Ой, да заткнись ты. Ты ведь знаешь, что я могу призывать чудо лишь раз в день. — Послушница Жрица уставилась на Воина Новичка из-за его показного неуважения. — Как бы то ни было, поскорее вынь свой меч. Я хочу собрать эти уши, а потом отправиться домой и принять долгую ванну.

— Ага, ладно.

Колеблясь, Воин Новичок подошёл к первому телу и на этот раз вложил всю свою силу в попытку достать меч из крысиного тела.

А затем…

Шкрррряб.

— …

— …

Этот звук им не понравился. От неожиданного звука двое авантюристов перегляделись, окоченев от испуга.

Шкрр…

Шкряб.

Шкрррряб…

Шкряб.

Звук доносился из глубин тьмы канализации.

Дрожа, Послушница Жрица подняла фонарь.

Нечто чёрное и слегка мерцающее приняло форму огромного насекомого. Оно сияло на свету так, словно было покрыто маслом. Одна тварь, две… затем много, а потом и гораздо больше. Даже если считать на скорую руку, было видно, что их количество крайне сильно переваливало за десять.

Протягивая вперёд свои длинные, тонкие антенны, существа медленно приближались.

Они шли прямо к авантюристам, широко распахнув свои челюсти.

— Ох…

Голос Послушницы Жрицы застрял у неё в горле, а потом…

— Неееееееееет!

— Идиот! Не кричи — беги!

Парочка схватила всё, что только смогла, и в панике понеслась по канализации.

Ужасный шкрябающий звук недвусмысленно намекал им, что чёрные насекомые всё ещё преследовали их по пятам.

«Так сколько там ещё осталось до выхода?»

Воин новичок размышлял: он не просил о битве с драконом. Может, хотя бы с гоблинами — хотя те могли растянуть твои последние мгновения жизни чуть ли не в вечность и сделать их невероятно ужасными. Но из всех возможных способов умереть меньше всего на свете ему хотелось быть съеденным гигантскими тараканами.

 

§

 

Осенние сумерки были теплы, будто бы предвещая о приближении лета.

— Хрг… рррагх…

Воин Новичок проснулся от утреннего света, бьющего по глазам, и слегка потянулся на сеновале, дабы размять своё напряжённое тело.

Он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул воздух, в котором содержалась весьма неприятная смесь алкоголя и животного мускуса.

Встречать новый день в конюшне всё равно было лучшим вариантом, чем и дальше оставаться в канализации.

Конечно, в Гильдии Авантюристов была гостиница, но проживание в ней было не бесплатным. Естественно, были там и комнаты «эконом-класса»… хотя кроватями там служили деревянные доски, укрытые простынями.

Едва ли это можно было посчитать люксовыми апартаментами, но…

— У меня попросту нет денег.

Он медленно вздохнул. Вчерашнее приключение для его финансов явно оказалось в графе «потери».

Один антидот, один меч и — из-за того, что они не выполнили требуемую квоту — никакой награды.

Сегодня он ещё мог как-то прожить, потому что у него были хотя бы те гроши, которые он смог скопить с помощью экономии. Но при таком раскладе пройдёт не так много времени, прежде чем ему придётся собрать свои скудные пожитки в узелок и отправиться домой или же — если всё пойдёт невероятно ужасно — быть может, ему придётся стать крепостным или проститутом.

Всего несколько месяцев назад Воин Новичок поспешно ушёл из своей маленькой фермерской деревушки, чтобы стать авантюристом. Причина крылась в том, что Послушница Жрица, его давняя подруга, решила отправиться обучаться искусству клирика и, как ему показалось, могла умереть, если оставить её в полном одиночестве.

С другой же стороны, сама она считала, что это она сопровождает его в «каком-то обучении воинскому делу или вроде того», чтобы он не помер в какой-нибудь неизвестной канаве.

Ему казалось, что в какой-то момент ему придётся разобраться с этим недопониманием.

Ну, так ему казалось раньше.

За те месяцы, прошедшие с тех пор, как они прибыли в пограничный город, они занимались одним лишь убийством крыс. И иногда тараканов.

«Это действительно работа для авантюриста?..»

Это было достаточно, чтобы мечты его рассыпались в прах, сломив его уверенность и решимость.

— Хватит уже, хватит. Надо прекратить думать в таком ключе.

Он помотал головой и достал соломинку из своей одежды.

Сидевший рядом мужчина средних лет, скорее всего, тоже авантюрист, крепко спал от большого количества алкоголя в крови, громко при этом храпя.

Напротив них лошади бросали хмурые взгляды на людишек, нагло позволивших себе разделить с ними спальное место.

Он нигде не видел Послушницы Жрицы.

Насколько бы он не был разочарован во всём, Воину Новичку всё ещё хватало гордости, чтобы позволить ей поспать на одной из тех простецких кроватей.

— Ладненько! Сегодня наступает совершенно иной день!

«Притворяться, что у тебя хорошее настроение, ведь похоже на то, что у тебя действительно хорошее настроение, да?»Он приободрился, взял свои пожитки и выскочил из конюшни.

Подойдя прямо к колодцу, он подтянул себе ведро и расплескал воду по всему лицу. Используя тряпку, что висела у него на поясе, он начал энергично тереть его. На лице не было ни единого признака наличия новой способности — умения отращивать бороду.

— Скоро я начну больше походить на героя… надеюсь.

Или, быть может, растительность на лице лишь даст Послушнице Жрице повод ткнуть в него пальцем и хорошенько посмеяться. Воин Новичок заворчал.

Как бы то ни было, его ждало ещё много дел.

Справившись с простенькой задачей — подготовить свой внешний вид перед выходом, паренёк направился обратно к конюшне. Он взял маленькую лопатку с полки с фермерскими инструментами и направился к другой стороне конюшни.

— Хммм. Так, куда же я это положил?..

Измотанное состояние, в котором он прибыл сюда прошлой ночью, оставило его на утро лишь со смутными воспоминаниями о случившемся перед сном в голове.

Он где-то минуту копался в земле в поисках чего-то, после чего с вскриком: «Ах, вот оно где», нашёл недавние следы нарушенной целостности земли.

Он воткнул свою лопату в грязь, упёршись в неё ногой, и начал копать.

Спустя некоторое время, он достал из земли своё снаряжение — свои броню и меч.

Он приобрёл их вскоре после прибытия в город, используя свои скудные запасы. Они были дешёвыми, но равных себе не имели. Он точно знал, что это было то снаряжение, на которое он всегда мог положиться.

Разумеется, существовала причина, по которой он закопал их.

— …Экх. Они воняют… хрмм. Ну, полагаю, уже получше.

Он придвинул к ним своё лицо и принюхался.

Рухнув в гору отходов, он не шибко волновался об этом, ведь они поспешно пытались сбежать. Проблема вскрылась, когда они вернулись на поверхность, и он осознал, насколько же ужасно от него пахнет. Не только простые прохожие, но и собратья-авантюристы при виде него морщили носы и хмурились.

В итоге, когда они вернулись в Гильдию Авантюристов чтобы сдать свой отчёт, девушка со стойки регистрации с улыбкой на лице сказала ему: «Прошу вас, помойтесь, а потом возвращайтесь».

А в это время Послушница Жрица стояла рядом с ним, упёршись взглядом в землю, вся красная и дрожащая от стыда…

«Мы облажались…»неспешно подумал он.

В итоге, хоть она и не была сильно изношена, ему пришлось стирать свою одежду, сушить её, да ещё и ополоснуться самому перед тем, как надеть её обратно.

Недолго поразмыслив над тем, что ему делать со своими кожаной бронёй и щитом, он решил, что единственным логичным вариантом будет закопать их в земле и надеяться, что сможет хоть как-то ослабить эту вонь.

Запах слегка улучшился, или так ему хотелось думать, так что он протёр их от грязи своей тканью и надел их.

Ему не хватило бы смелости оставить своё драгоценное снаряжение просто валяться где-нибудь, даже если бы он оказался в съёмной комнате, а уж тем более в конюшне, в которой ему пришлось заночевать.

— Экх…

Его желудок начал урчать, сопровождая это болезненными ощущениями.

Воин Новичок инстинктивно приложил руку к своему животу и огляделся с ноткой паники в глазах. В округе никого не было. Никого, кто мог бы его услышать.

Теперь, когда он задумался об этом, ему ведь со вчерашнего дня кроме пары глотков воды, ничем не удалось набить свой живот.

Небо было голубым, а утреннее солнце ярко светило.

Воин Новичок тяжело вздохнул.

— …Полагаю, мне надо раздобыть какой-нибудь еды.

 

§

 

— …Ты опоздал.

Послушница Жрица уже была в таверне.

Она сидела в углу, а зал так и бурлил авантюристами даже в столь ранний час.

Она примостила свой подбородок на руках и выглядела раздражённой; Воин Новичок сел за стол, кратко извинившись.

— Ох, — добавил он, — и тебе доброго утра. Завтракать будешь?

— Уже поела, — грубо сказала Послушница Жрица, но затем она вполголоса пробормотала ответ на его приветствие: — Доброе. Ну да ладно. Просто поешь уже скорее. Я хотела бы вновь отправиться вниз, и, если получится, сделать это до полудня.

Перед ней стояла пустая хлебная тарелка. А возле его места располагались бобы, суп с беконом и хлеб.

Воин Новичок ошарашенно открыл свой рот, закрыл его, а затем открыл его вновь.

— Прости.

— За что?

— Аах…

Похоже, скажи он что-нибудь ещё, то точно бы разозлил её вновь.

«А нам явно не нужна ссора с утра пораньше».

Он взял ложку, наполнил её супом и поднёс ко рту. Послушница Жрица издала ххмф.

— А твоя одежда. Она всё ещё висит за конюшней?

— Ох, ух, ага. — Воин Новичок кивнул. Он откусил ломоть жёсткого хлеба и сглотнул. — Она ещё не высохла.

— Ладно, позже отдай её мне. Эта вонь не исчезнет, если ты будешь стирать её по-своему. Я сделаю это за тебя.

— Ох, ух… прости.

— Я не хочу сама провонять лишь из-за того, что провожу своё время с тобой. — А затем она отвернулась от него.

Провал во время их последней вылазки был целиком и полностью его виной.

— Прости, — пробормотал он, концентрируясь на еде.

Он оторвал себе кусочек хлеба и макнул его в суп. Когда тот размяк и стал достаточно хорош, он зачерпнул своей ложкой кусочек бекона и съел всё это вприкуску.

Суп был довольно жидким, а на вкус отдавал в основном солью. Он прилежно съел его, не проронив ни единого слова.

Если бы парень, который должен был служить щитом, оказался настолько голоден, что не мог бы сдвинуться с места, что бы тогда случилось с их маленькой группой? Это была ещё одна часть его работы.

Закончив приём пищи, он бросил ложку в уже пустую тарелку и кивнул.

— Ладно. Оружие.

— Оставить тот меч просто валяться там будет большой тратой для нас.

— Но послушай, — в ответ сказал он, наливая воды из стоявшего на столе графина себе в стакан. — Если мы собираемся пойти туда и найти его, мне понадобится оружие.

— А деньги на него у тебя есть?

— Насчёт этого…

Он сделал глоток воды. Послушница Жрица потянула руку к графину одновременно с ним, так что он налил воды и в её стакан.

— Спасибо, — сказала она, обхватив стакан обеими руками и поднеся его к своим губам. — У тебя ведь ничего нет, не так ли? В смысле, денег.

— Наверно, я мог бы одолжить…

— Хватит. Не взваливай на себя ещё и долги.

— Неа. Я имел ввиду взять оружие у заёмщика или вроде того.

«Одолжить оружие». — Он подумал о своих знакомых, интересуясь, пожелает ли кто-нибудь из них одолжить ему хоть что-нибудь.

Заполучить обычный клинок было вполне себе плёвым делом, но вот уверенности он как-то не вселял.

А чтобы одолжить нечто вроде длинного меча — вроде того, что он потерял после всего одного удара — да, такое ему вряд ли было по силам.

Заручиться доверием к себе было делом весьма нелёгким.

И стоило ему непроизвольно глубоко вздохнуть, как…

— Хм? Что случилось, малец? Больно рановато уж для такой кислой мины.

Над его головой раздался сей беззаботный комментарий.

Он резко дёрнул своей головой вверх. Он увидел авантюриста, вооружённого копьём, сверкающим на свету.

Ярлык, что висел у него на шее, был Серебряным — третий ранг.

— Ох, ух, ну…

— У меня свидание, под которым я имею в виду приключение, так что времени у меня маловато. Но я выслушаю тебя, пока оно у меня ещё есть.

Воин Новичок вдруг осознал, что потерял дар речи. Копейщик, известный как «сильнейший на пограничье», дружелюбно улыбался ему.

Юный воин сглотнул слюну. Сидевшая рядом Послушница Жрица ткнула его своим локтем. Он решительно кивнул.

— Ух, на самом деле я… Я обронил своё оружие во время нашего вчерашнего приключения.

— Вот оно как? — Копейщик инстинктивно нахмурился. — Тяжёлая ситуация, — сказал он,  и голос его прозвенел явной искренностью.

— Я хочу вернуть его, но теперь у меня нет оружия, так что… Я подумывал, может, есть шанс того, что кто-нибудь одолжит мне своё…

— Запасное оружие, которое ты сможешь одолжить, да?.. У меня имеется такое, так что я мог бы дать тебе одно на время, но… — Копейщик осмотрел Воина Новичка с головы до ног, после чего закончил свою речь: — Не уверен я, что тебе хватит сил для владения им.

— Экх…

Тихий звук смущения и стыда сорвался с его губ.

Воин Новичок был стройным и гибким, но в вопросе мускулатуры с Копейщиком сравниться он явно не мог.

У них попросту были разные типы телосложения. Вполне естественно, что они могли пользоваться оружием разных весовых категорий.

— А если ты ещё и его потеряешь, готов поспорить, расплатиться со мной тебе не удастся.

— Действительно, так? Даже он не сможет заставить себя вымогать деньги у новичка-авантюриста.

Прекрасная женщина появилась возле Копейщика, тихая как тень, если не учитывать тихо произнесённые ею слова.

Она была ведьмой, одежда которой подчёркивала её пышную и роскошную фигуру. Послушница Жрица осознала, что лицо её покраснело, и отвела от неё взгляд.

— А магическое оружие, тоже наверняка, не подойдёт тебе, верно?

«Занять магическое оружие?!»

Воин Новичок выпучил глаза, пока Ведьма шептала и хихикала.

Для такого новичка как он, металлическая броня была пределом всяких мечтаний. А уж магическое оружие для него было будто бы какой-то далёкой легендой, мало связанной с реальностью.

«Я слышал, при достаточном везении его можно найти в руинах и лабиринтах, и изредка сам вижу его на прилавках».

Но оно на столько нулей превышало его бюджет, что он и думать не смел о том, чтобы приобрести его.

— Так что, вместо этого, позвольте мне, одолжить вам, нечто полезное.

Элегантным движением Ведьма достала нечто из своего декольте — одну свечу.

Она была не стандартного белого цвета, а слегка синеватой — после тщательного осмотра стало понятно, что вызвано это было цветными письменами, покрывавшими её.

Обилие иероглифов было вырезано на свече плавным почерком, расшифровать который, Воин Новичок был не в состоянии.

— Это… — Послушница Жрица моргнула несколько раз, — …свеча?

— Да.

Ведьма подмигнула ей и сделала свой голос тише, будто бы она раскрывала тёмный и невероятно тайный секрет.

— Видите, ли, это Свеча, Поиска… Когда вы, находитесь возле, объекта, который вы, ищите, она становится, теплее. Понятно?

Магический предмет. Воин Новичок тяжело сглотнул.

Им не было никакой нужды использовать его самим. Продай они его, и этих денег было бы хватило на гораздо большее, чем просто хороший меч…

— Вы вполне, можете, продать её — обменять, на деньги.

Её улыбка будто бы видела его насквозь, и Воин Новичок вдруг осознал, что взгляд его направлен только на землю. Послушница Жрица в очередной раз ткнула его своим локтем.

— Ох, ам. Я, ух… С-спасибо. Большое вам спасибо.

— Да не, за что. Всего лишь, небольшая, помощь.

Колеблясь, Воин Новичок принял предмет, а Ведьма улыбнулась и на лице её появилось такое выражение, словно всё это невероятно её позабавило.

— Ну что ж. Нам пора отправляться на наше… свидание.

— Ага. Не помрите, детишки.
На прощание Копейщик взъерошил волосы Воину Новичку и отправился в путь бойкой походкой.

Ведьма последовала за ним через дверь Гильдии.

Воин Новичок приложил правую руку к своей голове, которая всё ещё чувствовала прикосновения этой могучей ладони.

— …Они такие крутые.

— Ага. — Послушница Жрица позволила себе тихо прошептать это. — Возможно…

 

§

 

— Неа, ни за что! — На травянистом поле позади Гильдии Паренёк Скаут сидел и неистово размахивал своими руками. — Я недавно потерял свой клинок. А тот, что у меня сейчас, я одолжил. Если я и этот потеряю Кэп убьёт меня!

— Ты потерял его? Как это случилось?

— Его растворил гигантский слизень.

— Что ты делаешь? — спросила Девушка Друид, а по совместительству рея, приподняв брови.

— Гигантский слизень, а? Повезло тебе…

Воин Новичок сжал свои губы, получив удар локтем от Послушницы Жрицы.

— Мы Фарфорового ранга, в то время, как они причислены к группе авантюристов Серебряного ранга. Нам с ними не сравниться.

— Вы занимаетесь убийством гигантских крыс, верно? — спросил Паренёк Скаут. Воин Новичок нахмурился и кивнул.

— И я обронил свой меч, пока мы занимались этим.

— Как же тебе повезло, что он был не единственным в своём роде.

Паренёк Скаут поднял свой взор и украдкой взглянул на место, где Бронированный Воин размахивал своим двуручным мечом.

Когда он разрезал воздух, раздался вшууух, а после это сразу раздался дууф, когда Девушка Рыцарь проскочила под ним.

Двуручный меч не позволял ему носить с собой щит, но та лёгкость, с которой он владел им, служила наглядным примером всей той огромной магической силы, которой он был одарён.

Выпад, блок, удар, парирование, удар плашмя, взмах над головой, отражение, режущий удар, отбрасывание.

Его оружие было изготовлено весьма умелыми руками, как и его броня. Сияние бережно созданного оружия можно было различить даже при свете дня.

— …Хотелось бы мне иметь один такой.

— Один, что?

— Один из таких огромных мечей, — сказал Воин Новичок, упёршись подбородком о свои руки. — Двуручник.

— Забудь об этом, — сказала Послушница Жрица, широко раскрыв глаза. — Даже если бы у тебя был такой, подумай, что бы произошло потом.

— Да всё равно.

— Она хочет сказать, что он смог бы разрезать только воздух?

— Она хочет сказать, что он бы никак не смог ударить им хоть что-либо.

Болтовня Паренька Скаута и Девушки Друида заставила Воина Новичка раздражённо отвернуться.

— Хотя, если бы мне удалось попасть таким хоть по чему-нибудь, это было бы невероятно круто.

— Такое оружие настолько тяжёлое, что ты бы очень быстро лишился своих сил.

— Но я бы выглядел таким крутым.

— А ещё оно ой какое не дешёвое. — Послушница Жрица погрозила Воину Новичку своим пальчиком, и ему ничего не оставалось, кроме как закрыть свой рот.

— Да она словно Тишину на тебя наложила! — Паренёк Скаут разразился хохотом. — Парень, да ты у неё под каблуком!

— Ох, — сказала Девушка Друид, тихо хмыкнув, сохраняя совершенно спокойное выражение лица и подёргивая своими ушами в форме древесного листа. — Будто ты не спустил бы все наши деньги, не контролируй я все наши финансы.

Паренёк Скаут сам вызвал упрёк в свою сторону. Он цокнул языком и Девушка Друид удовлетворённо кивнула. Затем она спросила: — Эй, а может вам спросить у Гильдии совета?

— Ты имеешь в виду, у кого и как можно одолжить оружие?

— Нет, о том, как убивать гигантских крыс. Может, они смогут дать вам парочку подсказок.

— Хммм. — Голос Послушницы Жрицы стал заметно тише. — Интересно, неужели всё так просто.

 

§

 

— Боюсь, это далеко не так просто.

«Ну, разумеется».

Регистраторша медленно помотала головой Послушнице Жрице, облокотившейся щекою о свою ладонь и выглядевшей весьма обеспокоенно.

— Я не думала, что настолько…

— По сути, мы просим авантюристов заняться этим как раз потому, что это далеко не лёгкое дело.

— Если бы каждый мог справиться с этим, то из этого не стали бы делать полноценную оплачиваемую работу, да… — сказал Воин Новичок. — Ох, один антидот, пожалуйста.

— Конечно, прошу.

Послушница Жрица взяла протянутую ей бутыль и бережно засунула её в свой мешок с вещами. По крайней мере горькие воспоминания о том, как она убегая, упала на землю, разбив одну такую в своём ранце, оказались для неё ценным уроком.

— Скажите, как насчёт целебного зелья? — добавила Регистраторша.

— Я бы с радостью, но… вы же знаете, деньги… У вас есть какие-нибудь бинты, целебные травы или мази?

— Всё настолько нелегко, да? И всё же… — Регистраторша прочистила своё горло, дабы сделать свой тон важным. — Есть кое-что, чему я могу обучить вас…

— Правда?! — Стул затрещал под Воином Новичком, пока тот пытался изо всех сил прильнуть к прилавку.

Время перевалило за полдень, и в Гильдии Авантюристов можно было увидеть лишь пару-тройку авантюристов.

Большинство из них уже подобрали себе квесты и бодро отправлялись в приключение.

Воин Новичок и Послушница Жрица прождали до этого момента, чтобы попросить о помощи, и им ой как не хотелось уходить домой без единой, даже самой жалкой подсказочки.

— Что угодно! Нам всё сойдёт!

— Ну, это крайне очевидная идея… — Регистраторша вознесла свой указательный палец, подчёркиваемый аккуратно подстриженным ногтем. — Усильте свою защиту. Раздобудьте хотя бы кольчугу или нечто вроде неё, так крысы и гигантские тараканы не смогут укусить вас.

— Но у нас нет денег!.. — Вся радость Воина Новичка рассеялась, и стул вновь затрещал, когда он вновь рухнул на него, и голос его при этом звучал весьма удручённо.

Регистраторша склонила свою голову набок, отчего её туго сплетённая коса опала и стала свисать над стойкой. — Вы сможете получить небольшую скидку, если приобретёте использованное снаряжение.

— Разве они не снимают его с мертвецов? — слегка прохладным тоном спросила Послушница Жрица, и Регистраторша недовольно издала звук, от которого так и веяло словами «как грубо».

— Какую-то часть приносят отошедшие от дел авантюристы, какую-то — дельцы. Мы не торгуем проклятыми предметами.

— Но вы продаёте вещи, снятые с мёртвых людей, верно?

— Ну, мы… Но они точно не становились нежитью… — Какое-то время Регистраторша выглядела крайне нерешительной. Но вскоре она вновь натянула свою дежурную улыбку. — Как бы то ни было, снаряжение есть снаряжение, не так ли?

Воин Новичок вздохнул.

«А отсутствие денег, есть отсутствие денег».

— Ещё какие-нибудь идеи есть?..

— Дайте-ка подумать… Ох, вы пользуетесь фонарём?

— Да, тем, что был в Наборе Авантюриста, — слегка устало сказала Послушница Жрица. Набор Авантюриста содержал в себе верёвку, фонарь, мел, несколько цепей различной длины — и всё это находилось в одной небольшой коробке. Пока что пользу им принёс только фонарь, так что она слегка сожалела о том, что купила его.

— Есть люди, использующие факел вместо фонаря, потому что он может служить как источником света, так и оружием.

Регистраторша с улыбкой упомянула, что крысы и насекомые испытывают к огню жгучие страх и отвращение.

— Да что за авантюрист решился бы так поступить?

— Ну, есть один…

Регистраторша остановилась, и на лице её словно распустился цветок.

Воин Новичок последовал за её взглядом и наткнулся уже своим взглядом на вход в Гильдию.

Качающиеся двери со скрипом отворились, и въедающийся в нос мощный запах железа на крыльях ветра влетел внутрь.

Сложно было винить Воина Новичка за «Эргх», сорвавшееся с его губ.

Возле входа показался самый странный авантюрист на свете.

Одет он был в дёшево выглядящий стальной шлем и чумазую кожаную броню, к левой его руке был прикреплён щиток, а у бедра его висела примитивная дубина.

Он был авантюристом по имени Убийца Гоблина.

— У-Убийца Гоблинов, сэр, я ведь говорила тебе, что ещё слишком рано…

— Разве?

Жрица в белых одеяниях, запачканных до мерзкого чёрно-красного состояния, следовала за ним.

Ответ Убийцы Гоблинов был краток. Он узнал эти двоих, стоявших у стойки регистрации, после чего начал идти к ней своей привычной смелой походкой. С грузным пумф он сел на скамейку в зоне ожидания. Жрица рухнула рядом с ним.

Регистраторша, покачивая пальцем в её сторону в неком сигнале, прищурилась, будто бы говоря: «Ничего уж с ним не поделать».

— Тебе стоит помыться и постирать одежду. Я ведь всегда говорю тебе об этом. Люди же всё неправильно поймут, — проворчала она. Затем она заметила выражения лиц Воина Новичка и Послушницы Жрицы. — С вами двумя всё в порядке?

— Ох, мы, ух…

— Ам… — Послушница Жрица неловко почесала свою щёку. — Не так давно мы сказали кое-что… довольно грубое.

Она говорила о событии, случившемся несколько месяцев назад, но память о том событии всё ещё была свежа.

Они думали, что он вполне мог использовать своего компаньона-новичка в качестве приманки.

Теперь-то им было понятно, что тогда они мыслили совершенно в неподходящем ключе, но в тот момент они были крепко убеждены что спасают Жрицу.

— Ах! — сказала Регистраторша, захихикав, стоило ей уловить их ход мыслей. — Я уверена, всё в порядке. Он не позволяет таким случаям хоть как-то затронуть его.

— Да, но нас это волнует… — сказал Воин Новичок, а затем моргнул. Он протёр глаза своим рукавом. Что-то было не так.

Только что вошедший мужчина был одет в дёшево выглядящий шлем и чумазую кожаную броню, к левой его руке был прикреплён маленький щиток, а на бедре висела примитивная дубина.

«Дубина?»

— …Разве он не бьётся мечом?

— Знаешь, когда ты упомянул об этом… — Послушница Жрица тоже глядела на Убийцу Гоблинов. — …Полагаю, им он и бьётся. Хотя, выглядит тот дёшево.

— Ага, ты права.

— А эта девчонка покрыта каплями крови.

«Да что же такое с ними произошло?» — Юная парочка выглядела крайне обеспокоенной, но Регистраторша лишь слегка рассмеялась и улыбнулась.

— Интересуетесь, что с ними стряслось? — спросила она, многозначительно постукивая кипой бумаг о стойку, дабы выровнять их. — Лучший способ обучиться прохождению приключений — спросить самого авантюриста.

— Д-действительно…

Но это ведь был Убийца Гоблинов.

С другой стороны, он тоже был авантюристом третьего, Серебряного ранга.

Но… он всё ещё был Убийцей Гоблинов.

— …Ну ладно!

Именно Послушница Жрица встала, собрав в кулак весь энтузиазм, который у неё только был.

— Э-эй, что?..

— Вопросы, — сказала она, сосредоточенно глядя только вперёд, — стоят ровно ничего!

За сим она оставила сбитого с толку Воина Новичка и бравым маршем начала продвигаться вперёд, выделяя атмосферу решительности.

Воин Новичок мельком взглянул на Регистраторшу. Та всё ещё улыбалась.

— Ооу, да чтоб вас!..

Теперь Воин Новичок собрался с силами и встал.

Разумеется, выражение лица Регистраторши не изменилось ни на йоту.

 

§

 

— Амм… — Послушница Жрица позвала её, вызвав у Жрицы лишь вопросительный «Нуах?»

Было явно видно, что она только-только вернулась из совместного с Убийцей Гоблинов приключения. Послушница Жрица нахмурилась, только сейчас осознав, что ей стоило выбрать момент получше.

— В чём дело?

— Иип…

А в довершение ко всему раздался ещё и этот низкий, бесстрастный, практически механический голос.

Стальной шлем медленно двигался, скрывая за забралом пронзительный взгляд. Броня мужчины была покрыта тёмными пятнами крови.

«Он и правда выглядит как ожившая броня или вроде того…»

И с этой довольно неподобающей мыслью в голове Послушница Жрица сглотнула.

— Ух… Ам! — Воин Новичок вклинился между ними, будто бы прикрывая её. Он проигнорировал её недовольство фразой: «Подожди секундочку!» и продолжил говорить привычным тоном.

— Мы бы хотели спросить у вас кое-что… если можно.

— В чём дело?

Ответ Убийцы Гоблинов был краток и был произнесён всё тем же низким голосом.

Сидевшая рядом с ним Жрица покачивала головой из стороны в сторону.

— Тише, пожалуйста.

— Ох-экх… П-простите… — ответил Воин Новичок натянутым голосом. Его руки были напряжены и слегка тряслись от нервов.

Послушница Жрица нежно взяла его за руку. Она была груба и вся покрыта шрамами.

— …Дело оказалось не самым приятным?

— Нам нужны были деньги — такова причина? — Но нет. Убийца Гоблинов помотал своим шлемом из стороны в сторону. — Меня заставили пойти туда.

Воин Новичок тяжело сглотнул и сжал руку Послушницы Жрицы в ответ.

— Ну, мы… Мы хотели бы спросить у вас кое-что. — Он сделал глубокий вдох. Его руки расслабились. — Почему вы используете дубину?

Ответ пришёл моментально: — Я украл её у гоблина.

— У-украли?

— Ты бросаешь меч или прознаешь их им. Он ломается или слегка крошится. Бережное использование может помочь, но один меч будет слабо полезен, когда их пятеро.

Это вроде звучало как ответ… И в то же время, вроде как и нет.

«Стоп… Может, это то самое».

— Хрмм, — пробурчал Воин Новичок. После, он затих на некоторое время. — А что насчёт крыс или тараканов?

Теперь настал черёд Убийцы Гоблинов бурчать и обмозговывать слова собеседника. — Крыс или тараканов?

— …Да.

— Не могу сказать точно. — Но… Он хлопнул по дубине, висящей у него на поясе. — …Если размахнёшься и ударишь ею, урон ты им нанесёшь. По крайней мере тебе не придётся беспокоиться о том, что лезвие может затупиться.

Убийца Гоблинов устрашающе медленно встал со скамейки. Жрица, до этого опиравшаяся на него, вздрогнула.

— Это легко.

— Легко.

— Я пошёл, — коротко сказал он Воину Новичку, который задумчиво замер на месте. Затем его шлем повернулся туда, где потирала свои сонные глаза Жрица. — Будешь отдыхать?

— Ох, н-нет, я иду!

— Ясно.

Жрица тоже встала, поспешно стараясь нагнать его храбрую походку, быстро уносящую его прочь отсюда.

Но прямо перед тем как уйти, она повернулась к двум авантюристам и слегка поклонилась им.

— Ох, ам… эй! — сказала Послушница Жрица.

— Да?
Она понимала — сейчас или никогда.

Послушница Жрица позвала её практически инстинктивно, даже не задумываясь об этом, но теперь Жрица склонила свою голову набок.

— Могу я вам помочь?

— Ну, ам, мы просто… Почему ты вся покрыта кровью?

— Ох… — пробормотала Жрица с лёгким оттенком смущения на лице. Она даже чуточку покраснела. — Я… Я бы предпочла, чтобы вы… не спрашивали об этом.

— Ох… ох, вот как?

— Ах, н-но я не пострадала или вроде того, так что не переживайте! — Она устало, но храбро улыбнулась Послушнице Жрице. На её лице, несмотря на покрывавшую её смесь пота и грязи, не проглядывало даже намёка на печаль или уныние.

Ярлык ранга, висевший у неё на шее был не Фарфоровым, а уже Обсидиановым.

Послушница Жрица медленно выдохнула.

— Эй…

— Да?

— Прости за случившееся тогда.

— ?

— Я думаю, мы крайне неправильно поняли ситуацию.

Глаза Жрицы расширились, и она моргнула несколько раз.

— Да не переживайте об этом! — А затем, вдруг, спокойная и серьёзная девушка схватилась за свой посох обеими руками. — Всё в полном порядке. Я знаю, как он выглядит, но на самом деле он хороший человек…

— Идёшь? — издали раздался грубоватый голос.

— Нам стоит поболтать, когда выпадет возможность, — сказала Жрица, а затем поклонилась им двоим. Приложив одну руку к своей шапке, чтобы та не слетела, она резво побежала туда, где стоял Убийца Гоблинов.

— Что-то не так? — спросил он.

Но она ответила: — Нет, ничего.

— Ты выдохлась?

— Ох, нет… Ам. Ну, может, я слегка устала.

— Отдохни немного.

Даже с такого расстояния эти двое смогли увидеть, как Жрица слегка улыбалась, отвечая ему: — Да, сэр.

Послушница Жрица громко выдохнула и пожала плечами.

— Полагаю…

— А?

— Мы тоже должны попытаться выложиться на полную.

— Угу!

Закончив свой диалог, Воин Новичок и Послушница Жрица легонько стукнулись кулаками.

 

§

 

— Оооотличненько! Начнём же проходить наш квест!

— Ладно, давай пройдёмся по списку!

За пределами города, когда рассвет только-только кончился, и сине-фиолетовый утренний туман всё ещё висел в воздухе, возле канавы со сточной водой можно было услышать голоса парня и девушки.

— Антидот!

— Есть!

— Средства первой помощи!

— Мази и травы — есть!

— Свет!

— Фонарь из Набора Авантюриста, немного масла и факел! Что насчёт тебя?

— Свеча Поиска… Амм, карта!

— Есть! И под этим я имею в виду, что одолжил её, когда мы приняли квест!

— Логично. Теперь броня!

— Моя кожаная броня всё ещё пованивает… да и щит тоже. Ну-ка, покружись передо мной.

— Я? Я как бы не собираюсь подвергаться вражеским атакам в этом одеянии.

— Да неважно, просто покажись мне. А иначе какой смысл в этом списке?

— Ну да, ладно… И последнее — оружие!

— Есть!

И, сказав это, Воин Новичок взял в свою правую руку примитивную, но совершенно новую дубину.

Она была настолько новенькой, что на ней ещё вполне мог висеть ценник. Среднестатистический покупатель посчитал бы её довольно дешёвым предметом, но этот юноша явно так не думал.

— Отлично, — сказала Послушница Жрица, кивнув при виде дубины. Она широко расставила руки и один раз покружилась на месте. Рукава её белого одеяния раздулись. В некоторых местах виднелись швы и прорехи, но она все ещё выглядела чисто и привлекательно.

— Нормально выглядит?

— Тебе наверняка захочется попозже подлатать её.

— Было бы чем латать… — Послушница Жрица приставила руки к бёдрам и с серьёзным выражением лица крикнула: — Если сегодня мы не выполним условия квеста, то всё! Это конец!

— Не думаю, что у нас всё настолько плохо…

— Но именно с таким отношением ты должен войти туда!

Воин Новичок выглядел довольно расслабленным; Послушница Жрица хорошенько ударила его своим посохом в форме меча и весов.

— У нас нет денег даже на дорогу домой. Тебе придётся стать крепостным, а мне… ну ты понял…

— Проститукой? Пффф, да кому ты нужна?

— Да как ты смеешь говорить такое, придурок! — Её лицо стало ярко-красным, а её локоть резко ударил парня в бок — прямо в то место, где крепилась броня.

Дрожа и корчась, она посмотрела на него, а затем хмыкнула.

— Как бы то ни было, ты меня понял?

— А-ага, но… Ну, да. — Воин Новичок собрался, поправил крепления на своём снаряжении и энергично кивнул. — Уж как-нибудь, да справимся!

Это был пограничный городок, одно из тех мест, где люди не шибко-то и требовательны к условиям жизни, и канализация была здесь лишь потому, что, и это естественно, кто-то её построил.

Одно дело, когда город строили над какими-то древними руинами, как было с водным городом, но до появления города в этом чистом поле явно не было никаких общественных заведений. Сюда позвали строителей и магов из расы дворфов, мастеров всевозможных построек, дабы те с нуля возвели каменную канализацию.

Была ли канализация построена потому, что этот город процветал, или же город начал процветать из-за того, что здесь построили канализацию? Воин Новичок не знал, что из этого случилось первым.

«Чёрт, да я даже не знаю, как она работает».

За ржавыми металлическими дверьми и лестничным проёмом, глубоко вниз, располагалось мрачное и сырое подземелье.

Дорожка в нём шла прямо вдоль канала, несущего сточные воды, а запах гнили распространялся буквально повсюду.

Ни секунды не колеблясь, Воин Новичок прикрыл свой рот тканью; Послушница Жрица сморщила лицо и вставила в свой нос затычки.

Канализация была новой, но гигантских крыс и тараканов тянуло к грязи.

По какой-то причине Не Молящиеся Персонажи — НМП — совершенно естественно появлялись в таких местах. Тем больше было причин избавиться от них прежде, чем появилась бы гораздо большая угроза…

— Итак, куда нам идти?

— Ох, ам, подожди!

И пока Воин Новичок замер на месте, бдительно осматривая округу, Послушница Жрица торопливо достала что-то из своей сумки.

Она взяла кремень и зажгла фонарь, после чего повесила его себе за пояс. Она открыла его и зажгла от его пламени свечу.

Свеча Поиска горела странным сине-белым пламенем; она могла почувствовать, как та постепенно нагревалась в её руках.

— …Как ощущения?

— Она тёплая, но всё ещё какая-то…

— Постарайся думать только о моём мече и не отвлекаться.

Конечно, они пришли сюда в поисках меча, но ещё они прибыли сюда убить крыс. У них был квест, и его надо было выполнить.

Воин Новичок, твёрдо решив, что они выполнят всё, за чем они сюда пришли, отправился в путь, и спустя несколько поворотов канализации они оказались глубоко внутри тёмных коридоров.

Это было гнездо гигантских крыс, которое им наконец-то удалось обнаружить после стольких заходов и поисков.

— …Оох, вот они где.

Быть может, это течение принесло сюда так много остатков пищи из города.

Именно за ними крысы и пришли сюда. Одна, две…

Воин Новичок плюнул на свою руку и хорошенько сжал рукоять своего оружия, а затем он в низкой стойке набросился на врагов.

— Ияяяяяяяях!

— ГЬЮУИ?!

Одной из них удалось избежать удара, но он настиг ту, что была слишком занята своей пищей.

Раздался глухой звук удара, который полностью отличался от удара мечом. Он почувствовал, как оружие соприкоснулось с куском плоти.

Гигантская крыса завизжала и отлетела в сторону, но она всё ещё была жива.

— Ты… сдохни… уже!

Он давно уже перестал испытывать к монстрам хоть какую-либо симпатию. Всё было просто — убей, или убьют тебя. Если бы им удалось вонзиться зубами в его трахею, то умер бы он.

— Вооу! Ия!

Гигантская крыса подскочила и прыгнула прямо на него, обнажив свои клыки.

Воин Новичок встретил её с щитом наготове, вложив весь вес своего тела в удар корпусом. Его левая рука, в которой он держал щит, задрожала от удара примерно десятикилограммовой туши.

— Почему… ты!..

Но в вопросе веса преимущество было на стороне Воина Новичка.

Он упёрся ногами о пол грязного коридора чтобы не упасть, после чего ударил своей дубиной крысу прямо по голове.

В этом ударе не было никакой техники и никакого секрета. Даже в обычной драке в подворотне было больше утончённости.

— ГЬЮ?!

Когда сломался позвоночник крысы, раздался треск, напоминавший звуки ломающейся мокрой ветки. Ещё один удар. Гигантская крыса дёрнулась.

Он проверил, отсутствовала ли в её глазах жизнь, и только потом Воин Новичок вытер пот со своего лба.

— Ч-что насчёт в-второй?!..

— Она уже убежала.

Воин Новичок осмотрел территорию, пока девушка, нервно держащая посох в виде меча и весов, громко выдохнула.

Она бодро подошла к нему и опытным глазом осмотрела его на наличие каких-либо ран.

Воин новичок сжал ладонь в кулак, будто бы пытаясь удостовериться, что она всё ещё функционирует, после чего разжал её; потом он пошевелил руками и ногами.

Он не пострадал. Его не укусили. Крыса истекала пенящейся кровью, но ни одна капля не попала на него.

— Я… в порядке.

— …Кажется, да.

«Отлично». — Послушница Жрица кивнула. Им не надо было тратить свой антидот или целебные предметы.

— Ну, так как тебе битва с дубиной?

— Я пока не до конца уверен… — Воин Новичок беспечно взмахнул своим орудием. Она была далеко не такой острой как меч, но была гораздо тяжелее его, и это вселяло в него какое-то странное чувство доверия. — Но я точно знаю, что если ударю ей какую-нибудь тварь, то та умрёт.

Он не смог подавить свой вздох, думая о том, как же ему далеко до весёлого взгляда на мир Копейщика или до стойкости Бронированного Воина.

Это была всего лишь одна крыса.

Но это было хорошее начало.

 

§

 

— Что показывает свеча?

— Хм… Полагаю, если смотреть в том направлении, она становится теплее?

Каждый раз, когда они доходили до развилки, Послушница Жрица поднимала свечу, чтобы определить верное направление, и только после этого они продолжали свой путь.

К несчастью — наверно, это было предсказуемо — меча не оказалось там, где они оставили его во время вчерашней битвы. Может, гигантские крысы утащили его или гигантские тараканы оттолкнули в сторону…

— Они же не гоблины. Они не копят чужое добро.

— Эй, не говори так, это жутко. — Послушница Жрица уставилась на Воина Новичка и в очередной раз хорошенько ударила его своим локтем. — Если бы под этим городом действительно обитали гоблины, это было бы далеко не весело.

— Наверняка.

Тогда бы им пришлось попросить у Убийцы Гоблинов гораздо больше, чем обычного совета.

Они продолжили старательно искать меч, без конца жалуясь на запах.

— По пути они встретились с — и избавились от них — тремя гигантскими крысами и одним гигантским тараканом.

Вскоре дубина оказалась покрытой густой слизью, громко заявляющей об истории её битв.

— Полагаю, я не подумал о том, сколько крови и… это что, мозги? …будет расплёскиваться по мне.

— Ну, ты же сам видел, каким грязным был этот гоблинский парень… — Послушница Жрица прервала саму себя. — Каким грязным был Убийца Гоблинов.

Новое оружие было слишком тяжёлым, и размахивая им из стороны в сторону, он уставал гораздо быстрее чем с мечом в руках.

— Но мне нравится, что можно так легко размахивать ею, вообще не целясь.

— Только постарайся не потерять её или ещё что-нибудь в этом духе.

— Ага…

Выглядывая из-за угла, Воин Новичок ворча согласился с этими словами.

В данный момент на пути виднелись лишь крысы самого обычного размера, так что никаких проблем не было.

Жестом подозвав стоящую позади него Послушницу Жрицу, он в то же время сделал один шаг вперёд.

Послушница Жрица слегка взвизгнула при виде длинных крысиных хвостов, пока они шли, наступая на грызунов.

— Ах да…

— В чём дело? Хочешь сделать очередной глупый комментарий?

— Нет. — Воин Новичок яро помотал своей головой, проверяя обстановку слева и справа, дабы убедиться, что им ничего не угрожает, после чего сел прямо посреди дороги. — У нас есть какой-нибудь шнурок?

— Верёвка подойдёт?

— Слишком толстая.

— У меня есть нитка, которой я придерживаю свои волосы…

— Спасибо.

Она порылась в своей сумке, а затем передала ему ленту для волос, сказав: «Уж постарайся вернуть её». Затем она присела рядом с Воином Новичком и начала внимательно смотреть, как он что-то мастерил.

— Когда мы раздобудем денег, я куплю тебе новую.

— Только деньги на неё пойдут из твоей доли, ясно?

— Да, конечно.

Работа была тонкой, но достаточно простой. Он крепко обернул ленту вокруг рукояти дубины, пока из неё не вышла петля специфического размера.

И когда он продел руку в петлю чтобы схватить дубину…

— Видишь? Теперь я не уроню её.

— Хмм… — Послушница Жрица осмотрела наспех связанный узел, после чего хмыкнула. — Для твоего уровня вполне неплохая работа.

— Ой, ранишь в самое сердце.

— Когда вернёмся, я сделаю узел получше.

Задорно хихикнув, Послушница Жрица встала, но когда она приподняла свечу, чтобы проверить местонахождение…

— Вооу, ойойой!

…она чуть не уронила её, бешено пытаясь поправить положение рук, чтобы схватить её покрепче.

— Эй, что-то не так? — Воин Новичок тоже встал, на всякий случай держа дубину наготове.

Он был неопытен, но всё равно осторожно осматривался, держа щит приподнятым. Девушка помотала своей головой.

— Д-да ничего такого. Просто… свеча становится всё горячее и горячее.

— Становится горячее? Так это же значит…

Он увидел, что синевато-белый огонёк Свечи Поиска стал заметно больше.

Воин Новичок и Послушница Жрица переглянулись.

— Мы должны подобраться поближе.

И сейчас именно невероятная удача дала ему почувствовать, как что-то приближалось к ним сверху.

Воин Новичок тотчас же передвинулся, чтобы прикрыть Послушницу Жрицу и оттолкнуть её, уводя их обоих с пути.

— Иик! Ч-что ты!..

— Дура, гляди!

Это напоминало массивный чёрный кусок плоти.

Должно быть, оно было шесть футов в длину. Оно обладало блестящим хитиновым панцирем и шестью шипастыми лапами, размахивало своей антенной, длиной напоминавшей тонкий стальной кабель, и скрежетало своими острыми челюстями.

— Что показывает свеча?!..

— Она невероятно горячая!

— Только не говори мне, что он внутри этой твари!

Насекомое — это был уже далеко не гигантский, а прямо таки колоссальный таракан — шустро подползало к ним. Парочка закричала и понеслась от него прочь.

 

§

 

— Ч-ч-что же нам делать?!

— Хотелось бы мне знать!..

Массивное чёрное насекомое, ползающее по полу, стенам и потолку без каких-либо помех, вселяло дикий ужас.

Сам факт его преследования был не единственной пугающей вещью. Ещё была мысль о том, что это существо может съесть их заживо.

Они стали авантюристами не для того, чтобы стать угощением для каких-то крыс или тараканов!..

— При таком раскладе оно поймает нас!..

То, что они всё ещё были живы и здоровы, отчаянно несясь на полной скорости по канализации, было заслугой их резвой реакции и расстояния, которое было между ними и тварью изначально.

В вопросе проворности гигантскому таракану было далеко до людей — как минимум до авантюристов Фарфорового ранга.

Но было очевидно, что очень скоро оно нагонит и сожрёт их.

«Мы должны добраться до поверхности прежде… Нет, нам никак не успеть!..»

Чтобы подняться на поверхность, они должны были забраться по лестнице. И если на них нападут в этот момент, всё будет кончено. Обычные тараканы умели летать. Гигантские наверняка тоже были способны на это.

— А что если мы прыгнем в воду?!

— Ну да, подхватив какую-нибудь чуму, мы точно облегчим свою жизнь!

— Ну ладно… Узкий туннель! Может, в таком туннеле оно не сможет преследовать нас!

— Не сработает! Тараканы невероятно гибкие!

Узкий проход мог дать им короткую передышку, но затем жук протиснулся бы туда вместе с ними. От одной лишь этой мысли у него пошли мурашки. Ладно, никаких туннелей.

— Мы должны сразиться с ним!

— Но как?!

От этого шкрябания всё его нутро сжалось, а звук всё приближался и приближался.

Воин Новичок посмотрел вниз, на дубину, лежащую в его руке.

Если он ударит таракана достаточное количество раз, тот помрёт. Он был уверен в этом. Но как это сделать?

«Если я просто размахнусь и ударю, мне точно ни за что не удастся попасть по нему».

Он был таким быстрым. Если ему не удастся остановить его, победы в этой битве им точно не видать. У него попросту не было необходимых навыков.

— Э-эй! Думаешь, тебе удастся попасть по нему Святым Ударом?!

— Не знаю!.. Это боги подбирают цель заклинания, а не я!

— А что если он будет переть прямо на тебя?!

— В таком случае, наверно!..

— Хорошо!

Вот теперь он должен был думать быстро. Если он собирался сделать это, ему нельзя было сомневаться в своём решении.

Воин Новичок схватил фонарь, висевший за поясом у Послушницы Жрицы.

— Ойой! Э-эй, что ты!..

— Можешь отругать меня, если выживем!

Крикнув ещё громче чем Послушница Жрица, Воин Новичок оглянулся назад.

Огромное насекомое было прямо здесь, и слизь стекала с его клацающих челюстей.

Воин Новичок сделал глубокий вдох.

— Попробуй-ка это!
А затем он бросил фонарь прямо перед насекомым.

Удар об пол разбил дешёвый корпус фонаря, и огонь вырвался из горящего там пламени.

Громадный таракан взвизгнул, расправил свои крылья и взмыл в воздух. Одного лишь его вида было достаточно, чтобы они потеряли всякую волю к битве.

Воин Новичок почувствовал что-то тёплое и мокрое в своих штанах. Он сжал зубы, чтобы те перестали стучать.

— Пора…  сделай это!

— …Ии… иих… ааах!..

В ответ на выкрик Воина Новичка молчаливо дрожащая Послушница Жрица подняла свой посох в виде меча и весов.

«Лорд правосудия, принц меча, носитель весов, яви же свою силу!»

Потрескивающий болт, сотканный из молний, понёсся прямо к мерзкому жуку.

Рокот грома и блестящий, синевато-белый свет разогнали тусклую тьму канализации. Чудо просуществовало лишь мгновение.

Дым, отдающий озоном и обгоревший хитин оторвало от тела монстра, обнажая его внутренности.

Громадный таракан рухнул на землю, мерзко выставив напоказ своё брюхо, отчаянно дёргая своими шестью лапами, чтобы вновь встать на землю.

— Х-хии… яяяяяяяяяя!

Воин Новичок поднял свою дубину и набросился на него. Он взобрался на чёрное брюхо, игнорируя шипастые лапы, пытающиеся расцарапать его, и воткнул свой щит меж его челюстей. Тёмные клешни вонзались в промасленную кожу брони, но его небольшой фокус был завершён. С животным криком он поднял свою дубину и обрушил её вниз, ударяя, раскалывая и опять, и опять, и опять.

Он не обращал внимания ни на слизь, вылетающую из челюсти, ни на кровь, текущую из его царапин. Отвлекись он на них, и ему пришёл бы конец.

Дубина выскользнула из вспотевших рук. Лента, которую он привязал, позволила ему быстро схватить её вновь. И он ударил вновь.

Удар и удар, и удар, и удар, и удар, и удар.

«Что бы ни произошло, просто бей. Нанеси как можно больше ударов. Бей, пока онО не сдохнет».

— Хоо… аах… фуух… аах…

Наконец, он достиг своего предела. Ему не хватало кислорода.

Он попытался прояснить свои мысли, в глазах у него уже всё покраснело от избыточного жара его же тела, но эта попытка вызвала лишь головокружение. Стоило ему только подумать, что он сейчас упадёт, как оказалось, что Послушница Жрица стояла рядом, поддерживая его.

— Ты- ты в порядке?!..

— Д… Думаю, да.

Паренёк отметил, что он весь с головы до пят был покрыт телесными соками таракана. Больше всего их было на правой руке, крепко державшей дубину.

Где по сути должна была располагаться голова насекомого, теперь находилась растущая лужа мерзких жидкостей.

Шесть лапок, шкрябая, сохранив последние остатки жизни, всё ещё наводили страх.

— Оно… всё ещё живо?.. — спросила Послушница Жрица.

— Д-держись подальше. Оно… опасно.

Воин Новичок тяжело сглотнул, после чего достал из-за пояса клинок. Он воспользовался им, чтобы перерезать каждую лапу у основания, пока те, наконец, не отвалились. Он должен был сделать это, иначе им так и будет грозить опасность. Он провернул это шесть раз, пока в итоге его пальцы не одеревенели и не начали ужасно болеть. Но это был ещё не конец.

— Ам… брюхо, да?

Он обеими руками схватил клинок обратной хваткой, поднял его, а затем обрушил вниз. Раздался пфшшш, и гейзер жидкости вырвался из тела.

Лезвие ударилось о что-то твёрдое, после чего Воин Новичок собрался с духом и засунул руку в желудок таракана. Он смог достать что-то оттуда.

— Нашёл…

Он понятия не имел, о чём думала эта тварь, съедая его. Но меч, что он достал из неё, несомненно был тем мечом, который он с такой радостью приобрёл, его первым оружием.

— …Может, с сегодняшнего дня мне стоит звать этот меч Грудоломом, а эту дубину — Убийцей Тараканов. Что думаешь?

— Я думаю, тебе стоит перестать нести эту чушь, принять антидот, а затем мы отправимся домой.

Паренёк представлял из себя жалкое зрелище: каждый сантиметр его тела был покрыт слизью. Немного попало и на талию девушки, которая оказалась открытой, когда он сдёрнул с её пояса фонарь, и теперь от неё исходил слабый пар.

Эти двое же решили притвориться, что не заметили всего этого, обменявшись дежурными улыбками в честь их великой победы.

 

§

 

— Эээх…

За стенами пограничного городка садилось солнце.

Эти двое вымылись в реке с головы до пят — старательно избегая любых случайных взглядов друг на друга, ведь мылись они в одном лишь нижнем белье — а затем пошли в Гильдию дабы сдать свой отчёт.

Они проверили своё снаряжение, восстановили потраченные запасы расходных предметов, зализали раны и, наконец, заплатили за простецкое место для ночлега.

И в итоге у них осталось всего лишь несколько серебряных монет, которые Воин Новичок сейчас держал в своей руке.

Это будут их сбережения.

«Но… сколько мы вообще сможем скопить?»

Сев на корточки возле Гильдии Авантюристов, Воин Новичок тоже захотел вздохнуть.

— Эй, ты чего это уставился в никуда пустым взглядом?

— Хмм…

Послушница Жрица, придерживающая полотенцем свои мокрые волосы, стояла возле него.

Воин Новичок не ответил, всё его внимание было сосредоточено на людях, входящих и выходящих через эту дверь.

Всевозможные авантюристы направлялись в город со своими особыми предметами или же заходили в само здание Гильдии. Каждый из них был нагружен снаряжением, а на лицах их сияла смесь усталости и чувства выполненного долга.

Пареньку и девушке ещё не хватало опыта, чтобы понять одно — это всё означало, что сегодня ни один авантюрист не погиб в бою.

— Я просто… думаю, что нас впереди ждёт ещё долгий путь.

— Ну, это очевидно, — хмыкнув сказала Послушница Жрица, присев рядом с Воином Новичком. — Небольшой прогресс каждый день! Проблемы начнутся, когда ты захочешь большего.

— Н-ну, да, но…

— Выкладывайся на полную, жертвуй, зарабатывай деньги и выживай. Не о чем тут особо жаловаться, верно?

— Н-ну да, но… — Серебряные монеты в его руке блестели в лучах вечернего солнца. Отражающийся от металла свет слегка бил по глазам. — …Нас впереди ждёт ещё долгий путь.

— …Твоя правда.

«Но я — даже я — сегодня смог разобраться с несколькими гигантскими крысами и тараканами».

В легенды это явно не войдёт, но нельзя отрицать, что сегодня он поставил свою жизнь на кон.

— Ладно! Пойдём раздобудем какой-нибудь нормальной еды! — сказал он и отдал монеты Послушнице Жрице.

— …Ага. Полагаю, сегодня мы можем немножко побаловать себя.

Однажды… однажды… однажды.

Они хотели стать храбрыми. Они хотели стать героями.

Они хотели стать авантюристами, что могут одолеть дракона.

Монеты слегка зазвенели в ладони девушки, пока она вставала.

Глава 2. Об одном маленьком мальчике

— Ну, давай уже, как долго ты ещё собираешься спать? Просыпайся!

Мальчик услышал знакомый голос своей старшей сестры, пронёсшийся сквозь утренний воздух.

Он медленно вставал, издавая множество ууф, ааах и других нечленораздельных звуков, пока солнечный свет не ударил ему в глаза.

Рассвет… наступило утро.

— Уже утро?!

Мальчик вскочил со своей соломенной кровати и хорошенько потянулся.

Он сделал глубокий вдох, засасывая утренний воздух, холодный и такой уютный. И воздух принёс с собой какой-то душистый аромат.

«Хлеб!»

Время завтрака.

— Если не поторопишься и поскорее не встанешь, тебе ничего не останется!

— Знаю! — прокричал он своей сестре в ответ, после чего быстро оделся.

Если утро уже наступило, то он не мог терять ни единой минуты, нет, даже секунды. К тому же, он был голоден.

«Когда я закрываю свои глаза, утро сразу же наступает… так почему же я просыпаюсь таким голодным?»

Может, его сестра знала ответ. Он хотел спросить её об этом, но сейчас завтрак был гораздо важнее.

— Утречка, Сестрица!

— Мне кажется, ты хотел сказать «доброе утро», — раздражённо сказала она, когда он на всей скорости влетел на кухню (а также столовую и гостинную — это был небольшой домишко). — Боже. Вот именно поэтому нам и приходится просить её приглядывать за тобой.

— Хрк… она тут не при чём. — Когда сестра приводила его давнюю подругу, живущую по соседству, на лице мальчика возникало такое же недовольное выражение лица, какое было у неё сейчас.

Соседка была младше его, но она умела столько всего, что все относились к нему так, словно это он был младше, и заставляли её приглядывать за ним. Он мог бы пожаловаться на это своей сестре, но она бы лишь улыбнулась. Любой человек при виде этого мог бы подумать, что старшей сестре стоило обращать чуть больше внимания на чувства своего младшего брата.

— Да неважно, давай кушай.

— …Да, Сестрица.

Его протест был безжалостно отклонён и она жестом, взмахом большой ложкой, сказала ему сесть за стол.

Блюда на столе включали в себя хлеб, настолько тёплый, что от него всё ещё исходил пар, и молочный суп. В дни, когда курицы откладывали яйца, на столе бывала ещё и яичница, но это случалось не особо часто. Его любимым блюдом было рагу, которые они могли позволить себе лишь тогда, когда убивали одну из своих куриц.

Его желудок заурчал от всех этих вкусных запахов.

Он взял ложку, решительно не желая дать хоть какому-либо блюду остыть.

— Эй, помолись перед едой! — сказала его сестра, у которой, кажется, были глаза на затылке, проверяя суп.

Мальчик с сожалением положил ложку обратно на стол и с громким хлопком соединил свои руки в молельном жесте.

— О Тот, кто больше рек и шире озёр, благодарим тебя за то, что даровал нам мудрость, с коей мы и заполучили эту еду.

— Всё верно, молодец!

Обычно, в этих деревушках, основанных первооткрывателями земель, в основном было принято верить в Мать Землю, и мальчик крайне гордился тем фактом, что его семья отличалась от всех остальных. Его сестра научилась чтению, письму и математике в храме Бога Знаний, и даже начала сама обучать этому местных. Именно это помогло им выжить после того, как умерли их родители — и за это они были благодарны богу.

«Но… — подумал мальчишка. Он хлебнул немного супа, затем оторвал кусочек хлеба, макнул его в суп, после чего съел. —  Лично я, я хочу стать авантюристом».

Но это явно были не те слова, которые он мог вслух сказать своей сестре.

 

§

 

— Просто постарайся держаться подальше от Западного Леса!

— Знаю!

— Возвращайся в полдень и иди в храм!

— Да, знаю я, знаю!

И пока его сестра талдычила ему уже давно въевшиеся в голову слова, мальчик отправился вперёд по дороге, которую он знал с самого рождения.

«Ну, на самом деле не совсем с рождения…»

На его спине висел, постукивая о кости, деревянный меч, который не так давно ему на день рождения подарила сестра. Размахивать им, притворяясь авантюристом — в эти дни именно это занятие стало его любимой игрой. Разумеется, в своих мыслях он вовсе не притворялся.

«Сегодня моя группа меньше на одного человека».

Соседская девчонка сегодня отправилась в город. Нечестно. Вообще нечестно.

— Даже я ещё ни разу не видел город. — Он достал свой меч и пару раз бездумно и размашисто ударил по кустам.

— Эй, малец! Не размахивай этой штуковиной, когда люди вокруг бродят, опасно же!

Разумеется, среднего возраста фермер, стоявший нагнувшись к земле, заметил его и накричал. Должно быть, он поливал свои поля. Когда он потягивал свою затёкшую спину, раздался какой-то звук.

— …Да, сэр. — Мальчишка понял, что все его поступки отражаются на репутации его сестры, и послушно вложил меч в ножны. — Простите.

— Уж будь поосторожнее. — Нежно похлопав себя по пояснице, фермер лёгким шагом начал уходить с полей, радостно улыбаясь грядущему короткому перерыву. Он подошёл к мальчишке, встал позади него и протяжно выдохнул, взяв висевшее у него на поясе полотенце и вытирая своё лицо. Он был покрыт землёй, пылью, грязью и потом, так что полотенце довольно быстро покрылось коричневыми пятнами.

— А где та девчонка, с которой ты вечно гуляешь?

— Она? Сегодня она в городе, — с ноткой раздражения сказал мальчик, но фермер лишь кивнул.

— Вот как? Ясненько… миленькая она у тебя. Может она в городке-то красивой одёжки себе понакупит. Хорошенько посмакуй это ожидание, малец.

— Не думаю, что нарядная одежда ей к лицу. — Он надул щёки. Фермер погладил его по голове своей мозолистой грязной рукой. Взглянув на мальчика, фермер вновь рассмеялся.

— Ну, так ты погодь, пока её не увидишь. А пока попридержи-ка эти словечки в себе.

— Хрм…

— Слушай, малец. Ты ведь в полдень в храм почапаешь, верно?

— Угу. Сестрица сказала, что я должен учиться.

— Ну, так она вполне себе права. — Фермер кивнул, а затем нахмурился и нежно постучал кулаком по своей пояснице. — Слухай, у меня тут спина опять ноет. Могёшь попросить у монахов каких-нибудь лекарств.

— Конечно. Лекарство для вашей спины, я понял.

Мальчик кивнул, и на потёртом лице фермера расцвела морщинистая улыбка.

— Славный мальчик, — сказал он. — Ох, и это, малец. Тебе ведь говорили держаться подальше от Западного Леса, верно?

— Да, говорили, — сказал он, запрокинув голову набок. Вот только, если подумать…

— Но почему я не должен туда ходить?

— А сеструха твоя тебе, что, не говорила?

— Нет. Да я никогда и не спрашивал.

— Там, то бишь в Лесе Западном… — Фермер грузно скрестил руки на груди, глубоко вздыхая. — …Там гоблины водются.

 

§

 

— Авантюрист, да? Интересно, действительно ли сможет он помочь нам.

Вниз по грубой дороге, идущей из деревни первопроходцев, располагался тёмный густой лес.

И у входа в него дрожал один из деревенских юношей — хоть ему и было больше 30 лет.

Тот, о ком идёт речь, держал в руках старое ржавое копьё, но выглядел обеспокоенным и не особо надёжным. В конце концов, прошло уже десять лет с тех пор, как он уходил на войну, вооружённый этим копьём. И даже тогда битва закончилась, пока он ещё находился в тылу, и ничего особого не произошло.

Ныне же каждый в деревне, обладавший хотя бы толикой боевого опыта, был призван на битву с гоблинами, но все эти люди были не особо готовыми к ней.

— Гильдия, конечно, пообещала нам и всё такое, но мне явно не хочется сталкиваться с какими-нибудь бандитами…

— А я так вообще боюсь всей этой вашей чернявой магии…

Шепчущие голоса принадлежали двум тревожно выглядящим мужчинам в самом расцвете третьего десятка своих лет.

Они держали в руках ручные топорики, предназначенные для рубки деревьев, беспокойно поправляя и снова поправляя хватку на них.

— Я слышал, тут даже с дамочками надо держать ухо востро, а не то, они высосут из тебя всю душу!

— Ага, я тоже такое слышал, — сказал бывший солдат настолько тихо, насколько только мог. — Вроде, даже была одна такая молодуха, жившая в деревне шелкопрядов, что по ту сторону горной гряды?

— Ах да, точно была.

— Ну вот, она сказала, что ей как-то не хочется прожить долгую жизнь, поедая один чёрствый хлеб. Она собиралась прожить насыщенную, но короткую жизнь в качестве авантюристки.

— Покинула свой дом, да?

— Ещё как. Но, знаете что, на самом деле она ушла потому, что она В-Л-Ю-Б-И-Л-А-С-Ь в одну эльфиечку-магичку, что приходила к ним в деревню.

— Оуу, вот тьфу…

— Конечно, иногда всё бывает ровно наоборот. Авантюристы постоянно уводят с собой или насилуют девчушек, когда наведываются в деревни, верно?

— Хватит уже нести эту чушь. Разве мой дедуля не говорил вам об этом? — Лидер группы, мужчина двадцати с чем-то лет, который наверняка станет в будущем вождём этой деревни, говорил это с серьёзным выражением лица. — Единственными деревнями, которым удавалось пережить нападение гоблинов, были те, что нанимали авантюристов.

— Да, но…

— Или же нам стоит послать этим маленьким дьяволам твою дочь в качестве подношения?

— Эй, послушай-ка…

— Ты должен был хотя бы краем уха слышать историю о путешествующем торговце, чью дочь они похитили.

И пока бывший солдат утвердительно кивал, робкий парень прохныкал, что это крайне плохо, и сама мысль об этом невыносима.

— Я знаю одно — мой дедуля не ошибается. О битвах он знает гораздо больше меня.

— Да, но… но это же гоблины. Нам не нужно нанимать ради них авантюристов, верно? Если мы просто оставим их в покое, разве это не?..

— Когда заявляются один или двое, их легко можно прогнать и самим. Гоблины не такая уж и большая проблема. — Их лидер помотал своей головой, всё ещё выглядя крайне серьёзным. — Но дедуля говорил, что когда они начнут возводить себе гнездо — они придут за нашими жёнами и дочерьми.

— Но послушай-ка. У нас самих ведь не так много шансов самостоятельно одолеть их, не так ли? — И пока бывший солдат говорил, робкий человек пискнул так, словно в этот самый момент смотрел смерти прямо в лицо.

— Ко-ко-ко-ко-ко-конечно мы не можем, — сказал он. — Может я и могу прогнать гоблинов, что случайно заявляются в деревню, но…

— Ну, в этом и вся суть, — сказал бывший солдат. — Так авантюристы зарабатывают себе на хлеб… дадим им заняться этим.

— Тц, — пробормотал лидер. — Ну что за сопливый, трусливый…

— Ну же, ну же, тебе надо подумать и о его чувствах, — спокойно сказал бывший солдат, защищая робкого паренька от потока брани. — Мы знаем, что ты обручён с дочкой вождя, и твоё будущее уже определено, но не всех ведь устраивает такой исход.

И от этого аргумента затихли все, включая лидера.

Деревенские юноши были очарованы авантюристами и их образом жизни. Они хотели влюбляться в женщин, есть вкусную еду и прожить насыщенную жизнь. Им не хотелось провести всю свою жизнь, вспахивая родную грязь. Они бы скорее предпочли сразиться с драконом. Готовность встретиться со смертью явно выступала на их губах, если даже не на сердцах.

А с молодыми девушками дела обстояли точно так же. В будущем они видели себя лишь пустоголовыми идиотками, у которых нет ничего кроме дома и фермерских дел, или же служащими богу в храме, молящимися до самой смерти*. Если они оказывались невезучими, на них могли напасть и изнасиловать бандиты, или же они могли оказаться в такой нужде, что продажа своего тела становилась их единственным способом добывать на пропитание…

Так почему бы им вместо этого не провести ночь с авантюристом, мечтая о всяком, или даже впасть в фантазии и задуматься о том, чтобы начать путешествовать вместе с ним? Девушки посильнее могли даже заявить о себе и стать авантюристками совсем как мужчины.

— Ну, любой будет беспокоиться о своей дочери, сестре, сыне или брате.

Жизнь пограничных первопроходцев была далеко не сахар.

Монстры появлялись без конца, но ты точно не мог рассчитывать на то, что армия появится и защитит тебя. Его Величество король, чьего лица ты никогда и не видел, явно был занят, разбираясь с драконами, тёмными богами и прочими.

Храм, где они молились богам от имени всех жителей, наверняка был построен в качестве меры поддержки и, возможно, по-своему даже успокаивал.

И были налоги. Дождь падал, ветер дул, а солнце сияло. Иногда бывало туманно. А ещё были гоблины.

Если деньги кончались, всегда оставались варианты в виде проституции или поездок в неизвестном направлении с целью подзаработать… и было вполне естественным делом, что молодёжь мечтала стать авантюристами.

Если они желали именно этого, они могли бы попросту попробовать стать сотрудниками Гильдии Авантюристов в Столице…

Но без образования или денег это тоже становилось мечтой, сбыться которой было не суждено.

— Я надеюсь, к нам заявится умелый и сильный авантюрист…

— Надеешься? Король именно поэтому и тратит наши налоги на постройку всё новых Гильдий. Беспокоиться тут не о чем.

— …Ну да.

Гоблины, скрывавшиеся настолько близко, оказывали давление посильнее чем мечты или деньги.

Трое юношей переглянулись, а затем глубоко вздохнули.

Наверное, именно поэтому никто из них не заметил мальчишку, тихо прошмыгнувшего в лес в полном одиночестве.

 

§

 

Гоблины.

Чем же на самом деле были эти существа, которых так боялись взрослые?

Мальчик никогда не встречал их, так что теперь ему хотелось посмотреть на них хотя бы одним глазком.

«Тогда мне будет о чём похвастаться!»

Это была простая логика обычного ребёнка.

Он слышал, что гоблины были слабейшими монстрами. Также он слышал, что когда один или двое из них появлялись в деревне, взрослые легко прогоняли их.

И если это было правдой, может и он мог справиться с ними?

И если ему удастся…

«Тогда я смогу похвастаться о гораздо более крутом поступке!»

Мальчик беспечно спускался по знакомой тропинке, размахивая своим деревянным мечом.

Рука человека не смогла оставить свой след на лике этого леса, и даже в полдень тут было темно. Деревья были густыми; запахи мха и животных смешивались в воздухе.

Его частенько предупреждали, насколько тут опасно, но сегодня атмосфера была особенно тревожной. Но опасность и странность как раз таки были причиной, по которой он так часто приходил сюда.

— …Хм?

Мальчик остановился, стоило ему увидеть цепочку незнакомых следов в том месте, куда он всегда ходил играть. Размером они были больше следов его подруги, примерно с его ногу. Они не принадлежали ни волку, ни лисе, ни оленю.

— …Гоблин?

В тот момент, как он произнёс это, ветер зашелестел травой и листьями.

Он тяжело сглотнул. Он вдруг заметил, что у него во рту стало сухо, а горло заныло.

Ладони мальчика начали потеть, и он быстро поправил хватку на своём мече.

— Е-если вы здесь, выходите и попробуйте одолеть меня!..

Притворяясь храбрым — хотя сам он не считал, что притворяется — мальчик пытался выглядеть соответствующе образу в его голове.

Ветер подул снова, принеся на своих крыльях мокрый зловонный запах.

«Где он?»

Мальчик нервно вдохнул и выдохнул. Вскоре он вновь начал двигаться.

Он беспричинно размахивал своим мечом, осматривая кусты и ветки и ударяя по корням.

Ничего не произошло. Здесь царила лишь тишина затихшего леса.

«Здесь никого нет?»

— Пфф, да я спугнул его…

Утрированным жестом мальчик вытер свой лоб и начал вытирать свои руки об рубашку. Прикоснувшись к ней, он понял, что ткань насквозь была пропитана потом, а сердце его всё ещё бешено стучало.

Он вновь сглотнул, помотав головой. Он вновь заговорил, будто бы успокаивая себя.

— Л-ладно, пора домой. Не хочу заставлять Сестрицу волноваться!

Он развернулся… и увидел гоблина, размахивающего дубиной.

— Ии… иик…

— ГОРРБ?!

Гоблин выглядел почти настолько же удивлённым, как и мальчик. Он застыл с поднятой вверх дубиной.

Существо было примерно одного с ним роста, с грязными ртом и глазами. Бледно-зелёная кожа. И дыхание, отдающее гнилым мясом.

— Г-г-гоблин?!

— ГБ?!

Его деревянный меч, которым он рефлекторно размахивал от страха, ударил тварь по голове с глухим таннк.

В его голове пронеслась мысль: «Я сделал это!»А вот ощущение, пробежавшее по его нутру, гласило:  «О нет…»Но было уже слишком поздно.

— ГГГГГ…

Гоблин неуверенно встал, придерживаясь за голову. С неё стекала тонкая струйка крови. У мальчика перехватило дыхание.

— ГООРБОГООРОРОБ!!!

Гоблин взвыл, глаза его пылали ненавистью, и в этот же самое мгновение мальчишка дал дёру словно испуганный кролик.

Бежать, бежать, бежать, бежать. Он нёсся, спотыкаясь, почти падая, действительно падая, отчаянно поднимаясь на ноги. Он даже не знал, выбирается ли он из леса или же всё глубже уходит в него. Стоило ему сойти с тропы, и он уже не мог определить, в каком направлении он движется по этому лесу.

— Эргх… аааах!..

Он запыхался. Он жадно пытался вдохнуть воздух. У него в горле покалывало. Всё его тело болело. Ноги его были тяжелы. Но он продолжал бежать.

Времени оглядываться не было. Он не слышал гоблинского голоса, но это наверняка могло быть из-за того, что в ушах у него стоял звон.

— Ох! Г-где?!..

Мальчик прибыл в место, которое он никогда раньше не видел.

Поляна прямо в центре леса. Всегда ли она была здесь?

И не только это… кто бы мог подумать, что тут окажется пещера?

Отчаянно набрав в лёгкие воздуха, дабы облегчить страдания кружащейся головы, мальчик забрался в кусты. И дело тут было вовсе не в желании спрятаться. Он попросту не мог больше сделать ни шага.

Его дыхание едва-едва можно было услышать, и он изо всех сил старался держать его под контролем.

А затем…

— ?..

Он услышал храбрые и беспечные шаги.

Он выглянул из кустов по направлению к источнику звука, после чего прикрыл свой рот руками, дабы сделать: «Ох!» — сорвавшееся с его губ, как можно тише.

Гоблины.

Двое… и ни у одного из них нет раны на голове. Тогда, получается, их всего трое?

— ГОРББРБ…

— ГРОБ! ГБРРОБ!

Они толкнули друг друга, размахивая дубинками в руках, после чего дружно мерзко рассмеялись.

Мальчик не понимал их языка, но он мог предположить, о чём они говорили.

Потому что он сам говорил себе нечто подобное — дабы раскалить свой дух в то время, когда битва только затевалась.

«Они идут в деревню!»

Он должен предупредить всех.

Его нога зашевелилась прежде, чем он осознал это. И когда она сдвинулась с места, кусты зашуршали.

— ГБРО?..

Слишком поздно.

Гнусные жёлтые гоблинские глаза перевели свой взор прямо на кусты, где застыл мальчик.

Коротковатый палец показал на кусты, и второй гоблин зашипел и злобно загоготал.

Один шаг, другой. Двое гоблинов всё приближались.

У мальчишки застучали зубы. Каким-то чудом ему удалось схватить свой деревянный меч. Он должен был бежать. Он должен был…

«Но как?»

— ГБОРОБР?!

В следующее мгновение из глотки стоящего дальше от мальчика гоблина появился меч.

— ГОРБ?!

Другой гоблин развернулся, услышав вопль своего компаньона.

Прямо позади существа, пытающегося схватить воздух, разбрызгивая кровь во время падения, мальчик увидел его.

Он был — он должен был быть им — авантюристом.

Дёшево выглядящий стальной шлем. Чумазая кожаная броня. Маленький круглый щиток, прикреплённый к его левой руке, а в правой он держал меч странной длины*.

Он не был похож на тех блистательных авантюристов из рассказов или же на неотёсанных грубиянов, иногда посещавших их деревню.

И всё же он несомненно был авантюристом.

— Это один.

Голос его был низким и бесстрастным, практически механическим. Мальчик не был уверен, как тому удалось достичь его ушей.

Другой гоблин был ошарашен. Сперва монстр посмотрел на дубину в своей руке, затем на авантюриста, а потом на вход в пещеру.

Жажда мести, ярость и страх не позволили ему позвать своих компаньонов.

В это же мгновение авантюрист вытащил свой меч из тела мёртвого гоблина.

— Два.

Он поднял его и швырнул.

— ГОРОБ?!

Корчась от боли, гоблин наклонился вперёд с мечом, пронзившим его позвоночник — хоть мальчик и не знал, что такое позвоночник.

Наконец, лежащая на земле тварь дёрнулась в очередной раз, а затем замерла.

— Хрм.

Авантюрист заворчал низким голосом и подошёл к двум телам храброй и беспечной походкой.

Он выдернул свой меч, вытянув вместе с ним верёвки серой массы, после чего цокнул языком и отшвырнул его в сторону.

Вместо этого мальчик увидел, как он забрал нечто вроде кинжала с пояса одного из гоблинов…

— Ох!..

«Нет… Ты не можешь… Там есть ещё…» — Все эти слова вылетели из него одновременно.

— Тут снаружи бродит ещё один гоблин!

Реакция авантюриста была слишком быстрой, чтобы заметить её невооружённым взглядом. Он развернулся, поднял кинжал и прицелился — и всё это одним непрерывным движением. Раздался свист ветра, закончившийся, едва успев зародиться, крик и звук чего-то тяжелого, ударяющегося об землю.

— ГБОРОБ?!

Тот самый гоблин стоял позади него, совсем недалеко, разбрызгивая и кашляя кровью, текущей из его глотки.

— Ох!..

И только в этот момент мальчишка осознал, насколько он сам был близок к смерти.

Деревянный меч выскользнул из его дрожащих рук, с лёгким грохотом упав на землю у его ног.

— А это три.

Сминая траву и расталкивая кусты, авантюрист подошёл поближе. Его поношенная кожаная перчатка подобрала деревянный меч с земли, после чего протянула его мальчику.

— А? Ааах?..

— Прости. — И пока мальчик рассеянно принимал меч из его рук, авантюрист тихо, бесстрастно, но всё же так чётко и ясно продолжил говорить. — Спасибо за помощь.

Он направился в пещеру, ни разу не кинув на мальчишку взгляд, а тот молча смотрел ему в след.

 

§

 

— Да как ты!.. И это после того, как я столько раз говорила тебе не ходить в лес!

— Мне очень жаль, Сестрица!

Он поспешил в храм и попытался скрыть случившееся, но его сестра довольно быстро узнала обо всём. В конце концов, здесь больше не было мест, где он во время игры мог получить целую гору царапин.

Она протащила его за ухо весь путь от храма до дома, где обрушила на него шквал нравоучений, оказала первую помощь, а затем накормила ужином.

Мазь, которую она использовала, жутко щипала. Она обернула его в бинты и, наконец, хорошенько шлёпнула его по мягкому месту, да так, что мальчик аж подскочил.

Честно говоря, он хотел, чтобы она была хотя бы чуточку добрее по отношению к нему, но он не мог сказать ей это.

— О небеса. Вот всегда ты говоришь: «Да, знаю, знаю я», но ты ничегошеньки не знаешь.

Она стреляла этими маленькими колкостями всё то время, пока они ели, после чего сестра глубоко вздохнула.

— Ну, да, ладно… по крайней мере ты легко отделался.

Затем она облегчённо улыбнулась.

«Я и правда заставил её волноваться».

От этой мысли мальчик почувствовал острую боль в сердце и угрызения совести.

— Ам… а что насчёт гоблинов?

— О них не волнуйся. Тот авантюрист избавился от них всех.

Его сестра улыбнулась, и улыбка эта была яркой как солнце, а затем нахмурилась и пальцем показала на его комнату.

— Это значит, что тебе больше не из-за чего бодрствовать по ночам… так что марш спать! Твоя подруга ведь завтра возвращается, верно?

— Ох, точно!

Мальчик выпрыгнул из кресла, но стоило ему коснуться рукой двери своей спальни, как он развернулся.

— Спокойной ночи, Сестрица. И… прости меня.

— И тебе спокойной ночи… Просто не занимайся больше такими опасными вещами, хорошо?

— …Понял.

Он открыл дверь, вошёл в свою комнату, и та закрылась прямо за ним. Он выдохнул.

Это действительно был насыщенный денёк. Гоблины преследовали его, напали на него, да ещё и сестра отругала.

Но…

Устроившись поудобнее в своей кровати, мальчик начал ворочаться, пока его взгляд не упал на деревянный меч, висящий на стене.

Этим мечом он ударил гоблина. И авантюрист подобрал его специально ради него.

Неутихающие нервозность и восторг того момента всё ещё заставляли его сердце бешено биться в груди.

— Интересно… как выглядит его лицо.

«Я встретил настоящего авантюриста!»

Нет… это ещё не всё.

«Я помог настоящему авантюристу и даже побил гоблинов!»

Вот теперь это была та история, которой он точно мог похвастаться.

И она уж была всяко поинтереснее покупок какой-то там красивой одежды в городе.

Удовлетворённый исходом своего приключения, мальчик закрыл глаза, предвкушая завтрашний день.

Глава 3.  Об Официантке из таверны

— Здравствуйте, добро пожаловать!

— Здарова. Принеси-ка нам, для начала, три эля и два стакана лимонной воды!

— Конечно!

— И, ух… эм, фрителлас тоже сойдут. На пятерых!

— Сию минуту! — радостно ответила официантка, мимолётом взглянув на авантюриста, на спине у которого висел двуручный меч, и заприметив количество пальцев, которые тот приподнял.

Ранним вечером в любой таверне всегда бывало оживлённо, но в Гильдии Авантюристов всё было иначе. Тут находились люди, расслабляющиеся после приключения, где на кону стояли их жизни. А другие могли скинуть камень с души, ведь их друзья, наконец, вернулись из дальних мест.

Некоторые посетители были авантюристами, пришедшими издалека и решившими плотно поесть, стоило им только прибыть в этот город.

Официантка, являвшаяся бродягой или, иначе, зверодевушкой, носилась от одного столика к другому — она обожала эту атмосферу. Чувство того, что она помогает людям мотивировало её гораздо сильнее, чем зарплата.

А пока её длинные, аккуратно собранные в косу волосы виляли, словно хвост (её настоящий хвост скрывался под юбкой), её позвали на кухню.

— Три эля, две лимонные воды и пять тарелок фрителлас!

— Понял тебя. Большой и несложный заказ — облегчили они мне задачку!

Низенький и толстоватый рея средних лет беспрестанно передвигался туда-сюда по небольшой кухоньке.

Котлы и сковородки, ножи и вертела, черпаки и скалки. Он владел огнём и кухонными инструментами так, что его действо напоминало магическое шоу, а еда была готова в мгновение ока.

Едва-едва сладковатый соус покрыл курицу и рыбу, которые были зажарены в масле до золотистой корочки. Они были хрустящими и горячими снаружи, и стоило только вонзиться в них зубами, как соки наполняли рот. Бродяги были далеко не единственными, кто принюхивался к здешнему воздуху, учуяв столь приятный аромат.

— И, готово. Забирай!
    — Да, сэр!

Когда дело доходило до готовки, тут уже никто не мог сравниться с реями.

«Разумеется, я тоже добавила сюда парочку своих штришков!»

Её небольшие дополнения вкупе с отточенными навыками шефа со временем сделали из них непревзойдённых героев кулинарии.

Она зачерпнула немного эля из бочки, выжала лимон над стаканами с колодезной водой — и заказ был готов.

Она поспешно разложила еду по подносу и устремилась туда, где находилась группа, уже севшая за столик и с нетерпением ожидающая своего заказа.

Скорее всего, им попросту не хотелось оставаться в полном облачении до возвращения домой, поэтому каждый член группы снял с себя часть снаряжения. Но тот факт, что, несмотря на это, бойцы авангарда оставили свои мечи там, где они могли достать их в любой момент, говорил об их большом опыте.

— Благодарю за ожидание! Три эля, два стакана лимонной воды и фрителлас на пятерых!

Воин-полуэльф в лёгком облачении, который был ответственен за финансы группы, передал ей несколько звенящих серебряных монет.

— Спасибо. Ох, и принесите мне виноградного вина.

— Конечно, я помню, как обычно!

Официантка взяла монеты своей плотной рукой и положила их в карман своего фартука. Их оказалось больше, чем нужно было оплатить по счёту — возможно, он учтиво добавил туда чаевые. Хотя, также был возможен вариант, что он решил состроить из себя донжуана.

— Слушай, когда ты приходишь в таверну, то всегда должен начинать с эля, ясно? — сказала девушка-рыцарь, будто бы не веря в услышанное только что. Она упёрлась подбородком в свои же руки.

— И вот опять наша Леди Рыцарь говорит то, что только взбредёт ей в голову — истинный воин Порядка, хороший и праведный!

— Ну это ведь очевидно. Так написано даже в Священном Писании Верховного Бога, — горделиво надув грудь, сказала Девушка Рыцарь, негодуя от самого факта, что ей приходилось это объяснять.

Воин в Лёгкой Броне крепко приложил руку ко лбу, как при головной боли, и тяжело вздохнул.

— Дети, когда вырастете — не становитесь похожими на неё, хорошо?

— Дасэр!

— Но ведь в том наряде она выглядела так круто…

Паренёк Скаут поднял свою руку, подтверждая сказанные слова, а Девушка Друид беспокойно вздохнула.

Разгневавшись, Девушка Рыцарь надула щёки.

— О чём это ты? Я всегда выгляжу круто!

— Грах! Ты даже глотка ещё не сделала, а уже звучишь так, словно ты в стельку! — Воин в Тяжёлой Броне сделал успокаивающий жест рукой, как если бы отчитывая ребёнка, а затем поднял свою кружку эля. — Время тоста! Мы вернулись с приключения. Ешьте и пейте, пока лезет, детвора!

— Вухуу! Мясо! Мясо!

Паренёк Скаут и Девушка Рыцарь радостно воскликнули и набросились на еду и напитки. Их компаньоны смотрели на это действо с лёгким раздражением, но при этом тоже не отрывались от своих тарелок.

— Наконец-то дома…

— Действительно, так. Хорошо, сегодня, поработали?

— Твоя правда! Отличная работа.

Раздался звон наддверного колокольчика, а затем в таверну вошли крепкий и бодрый мужчина, несущий в руках копьё, и прекрасная женщина со сладострастной фигурой.

Копейщик и Ведьма уселись на свои места, а их лица были налиты кровью от удовлетворения тем, что они завершили своё дело.

— Эй, вы, мисс! Мы бы хотели сделать заказ!

— Да, сэр! С возвращением! — Бродяга Официантка поспешила к их столу, в то время как Копейщик вяло поднял в воздух свою руку. — Что бы заказать?

— Мне… Дайте-ка, подумать. Виноградного, вина и, пассерованную, утку. Могу я, получить это?

— А мне… Говяжью ногу — на кости и хорошенько прожаренную. И яблочный ликёр.

— Ох, яблоки… — пробормотала Ведьма, прищурив глаза. С ноткой вялости её губы было приоткрылись, но тотчас же вновь сомкнулись.

Копейщик равнодушно пожал плечами.

— Хочешь немного?
    — Нет, это необ…

— Тогда добавьте к её утке печёное яблоко. Да и мне тоже приготовьте одно.

— …Хррррм.

— Непременно, ваш заказ принят.
    Несмотря на свой  внушительный вид, эти двое могли быть довольно милыми. Такое мнение образовалось у Бродяги Официантки при взгляде на Ведьму, которая сидела, поджав губы словно маленькая девочка.

«Или же это из-за того, что он здесь?»

— Мисс, не подскажете? — сказал Копейщик.

— Да?

— А Регистраторша всё ещё здесь?

Впечатлений о них у неё, пожалуй, было даже слишком много.

Бродяга Официантка почувствовала, как силы покидают её, но сумела сдержаться, посмотрев прямо в глаза Копейщика, лицо которого было невероятно серьёзным.

Она сдвинула свою чёлку набок и вздохнула. Она была вполне уверена, что Регистраторша всё ещё находилась на рабочем месте. Официантка прекрасно знала, как сильно та может иногда задерживаться.

— …Да, кажется, она всё ещё здесь.

— О да-а-а-а!

Ведьма и Бродяга Официантка безо всякого энтузиазма смотрели, как Копейщик ликовал, сжав руку в кулак.

«Боже, и это когда рядом с ним находится такая прекрасная женщина…» — таким был комментарий, который она предпочла оставить при себе.

В кого влюбляться и кого любить — это было личным делом каждого.

И всё же, подумать только, что «сильнейший на пограничье» авантюрист, тот, чьи навыки владения копьём могут заставить стыдиться даже Рыцарей Столицы, окажется вот таким…

«Он выглядел бы гораздо круче, держи он свой рот на замке».

Она почувствовала себя как-то неловко, подумав, что, возможно, если узнать реальные причины, по которым все здесь стали авантюристами, то это может также сильно разрушить столько образов, как и нынешнее поведение Копейщика.

«Ну, полагаю, с ним хотя бы очень легко подружиться».

Это несомненно было лучше отчуждённого поведения…  верно? И с этой мыслью Бродяга Официантка поспешила на кухню.

— Виноградное вино, пассерованная утка, говяжья нога на кости, хорошо прожаренная, яблочное вино. И два печёных яблока!

— Уже готовлю! А ты пока подай им напитки!

— Дасэр!

Раздавшийся голос Реи Шефа совершенно не подходил к его крохотным размерам. Бродяга Официантка ответила ему примерно таким же криком.

Когда она подала этим двоим напитки, они улыбнулись ей, сказали «спасибо» и передали деньги.

— Ну ладно, выпьем же за наше «свидание».

— Да. Пьём, до дна.

И, будто бы войдя в гармонию с элегантным звоном их стаканов, наддверный колокольчик вновь зазвенел.

— К-как же я устал…

— Да хватит тебе, иди нормально! Боже!

Два юных авантюриста-новичка вошли внутрь, всем своим видом олицетворяя усталость и измотанность.

Послушница Жрица чуть ли не бросила Воина Новичка на его место, после чего вытерла со лба пот.

— Почему-то у меня п-попросту нет никакого настроения для еды…

— Что ж, очень жаль! Тебе стоит кушать!

Вдруг девушка оторвалась от отчитывания парня, который выглядел так, словно был готов уснуть в любой момент, и подняла взгляд.

Её глаза встретились с глазами Бродяги Официантки, и авантюристка покраснела.

— Ох, п-простите. Амм… Одну тарелку овсяной каши, пожалуйста, и хлеба на двоих…

— Да, мадам!

— Ох, и воды!

— Уже бегу!

Она направилась на кухню и там передала их заказ. Рея Шеф приподнял бровь.

— Сейчас будет! Возьмёшь её вместе с той жареной говядинкой. Хрм, ну-ка, куда там подевался уксус?

— Я знаю, я знаю. Ох, уксус стоит на полке позади вас.

И пока шеф с ухмылкой разворачивался, Бродяга Официантка указала пальцем на одну из полок. Шеф схватил небольшой кусок сыра и бросил его на тарелку вместе с хлебом, после чего удовлетворённо кивнул.

— Ладно, тогда я забираю эти заказы!

— Ага, молодец!

Она оставила обжигающую маслянистую тарелку Копейщику и Ведьме, и как следует поблагодарила их за заказ. После этого она поспешила туда, где сидели парень и девушка, но Послушница Жрица лишь уставилась на неё, активно моргая…

— А? Простите, но мы это не заказывали…

— Всё в порядке, просто ешьте. — Бродяга Официантка махнула рукой и показала на сыр своим мохнатым пальцем. — Всё равно скоро сюда придёт тот, кто без ума от него, и нам придётся доставать новую головку. Но сначала надо прикончить старую!

— С-спасибо вам.

— Да ничего. Спасибо вам за всю вашу помощь.

После этого она обошла все столики и добралась до стены, где глубоко вздохнула.

Оживлённый шум галдящих в таверне авантюристов грозил обернуться звоном в её ушах.

Они наслаждались собой, смеясь, крича и распевая песни, а стоило им только закончить есть и пить, как они тут же возвращались к веселью.

— Мм. — Бродяга Официантка поймала себя на мысли, что ей приятно попросту стоять здесь со скрещенными на груди руками, наблюдая за ними.

А затем…

— Оооооо боже, как же я устала! Я хочу поесть и хочу отправиться в кровать!

— Как же там было много гоблинов, верно?
    Колокольчик вновь зазвенел, и внутрь вошло ещё пять человек. Во главе группы, с размахом и громким стуком открыв дверь, шла высшая эльфийка-рейнджер. За ней следовала жрица Матери Земли.

— Что ж, пир есть привычное действо после баталии. Пить, есть, веселительствовать, а затем отправиться ко сну — так мы в некоторейшем роде почитаем память наших врагов.

— Естественно, но вот Брадорез завтра вновь отправится убивать гоблинов, верно? Ну и трудоголик…
    Далее вошли людоящер и дворф-заклинатель, шаги которых отзывались грузностью и стойкостью.

А затем вошёл последний из них.

— Да, — резко сказал авантюрист, проходя сквозь дверной проём. И все в таверне тут же бросили на него свои взгляды.

Чумазая кожаная броня, дёшево выглядящий шлем, маленький круглый щит, прикреплённый к руке, а на бедре у него висел меч странной длины.

— Нам нужны деньги, — тихо сказал Убийца Гоблинов.

— Прости. Будь у меня больше энергии…

После этих слов в разговор ворвалась Высшая Эльфийка Лучница, будто бы пытаясь прикрыть Жрицу, звучащую крайне разочарованно.

— Эй, не волнуйся ты так об этом. Просто дай другим авантюристам разобраться с этим.
    — Мы рассмотрим этот вариант, если там не окажется гоблинов.

— Боже, ну вот всегда с тобой так. — Высшая Эльфийка Лучница раздражённо уставилась на потолок, помахивая ушами.

— Здравствуйте, добро пожаловать!

Бродяга Официантка устремилась ко входу, приветствуя авантюристов доброжелательной улыбкой.

Эти авантюристы были дикими и необузданными, но обладали добротой, родившейся от опыта — один из них даже был Серебряного ранга.

Так что вполне естественно, что она хотела обслужить их с улыбкой на лице.

— Ох-хо, — сказал их посредник, Ящер Жрец, закатив глаза. — Как поживают ваши чайные, миледи официантка? Что ж, я бы хотел заказать себе сыру…

Бродяга Официантка слегка захихикала от его угрюмого тона. Тот факт, что людоящер был одержим сыром во всех его формах, был довольно известен здесь.

— А что насчёт остальных?

— Хмм, я буду — как там это называлось? — ту тонкую штуку. Паста? Вот её и буду, — сказала Высшая Эльфийка Лучница.

— Ох, ам, м-мне бы чего-нибудь лёгкого… — пробормотала Жрица.

— И это всё? — сказал Дворф Шаман. — Я что, единственный тут, у кого имеется нормальный аппетит? Мяса, говорю, мяса мне! И хорошего, крепкого винца!

— Что-нибудь мясистое, о да, сэр! — вклинился Ящер Жрец.

Подол юбки официантки слегка приподнялся, когда резво повернулась к последнему авантюристу.

— Сэр, наше сегодняшнее блюдо дня — щука! Пойманная в водном городе и зажаренная ещё свеженькой!

Нужны были всего лишь подходящие ингредиенты, идеально приготовленные, ну а таланты шефа, разумеется, не подвергались никаким сомнениям. Она проинформировала его об этом, будто бы бросая ему вызов, и выпятила свою грудь среднего размера, словно провоцируя его на ответ.

— Ну так, что же вы выберете?

Это был слегка нахальный тон для разговора с посетителями, но в данный момент она не относилась к этому человеку как к посетителю.

Она уставилась на него, отказываясь отпускать с пустыми руками, и ей даже показалось, что она могла увидеть сверкнувший под этим шлемом красный глаз.

— Ничего, — сказал Убийца Гоблинов. — Сегодня я ничего не хочу.

 

§

 

— Да что с ним не так? Он совсем с ума сошёл?!

— Ну, я не знаю насчёт этого…
    Бродяга Официантка оборвала ответ подмастерья из мастерской, ударив кулаком по прилавку.

— То есть, авантюристы ведь должны убивать драконов, пить вино и смеяться вот так: «Бва-ха-ха-ха-ха!» Это же их работа, разве нет?

— Не отрицаю, что такие действительно иногда встречаются, — Подмастерье принял аргумент девушки с ироничной улыбкой, а затем вонзил вилку в лежащую на тарелке рыбу. Хорошенько прожаренная щука уже начала потихоньку остывать, но она всё ещё была жирной и вкусной. На ней лежал лимон или ещё какая-то приправа, отдающая слабым цитрусовым ароматом, от которого рот наполнялся слюной.

— Как бы то ни было, спасибо за закуску. Мм, как же вкусно. Давненько я не ел рыбки.

— Я просто не хотела выбрасывать остывшее блюдо. Не пойми меня неправильно!

— Мне нравится, что ты совершенно точно не говоришь это для того, чтобы скрыть своё смущение или ещё что!

И когда это угощать его едой — на самом деле остатками — стало частью повседневной рутины Бродяги Официантки?

Ночь уже давно царила на улице, и все авантюристы разошлись по гостиницам, а она прибиралась в таверне, сняв с себя форму и переодевшись в повседневную одежду.

И когда пришла пора идти домой, она решила заглянуть в мастерскую, где в полном одиночестве, склонившись над огнём, стоял паренёк-подмастерье.

«Чем занимаешься?» — спросила она его, на что он ответил: «Мы не можем позволить огню потухнуть».

Разумеется, этот вопрос был всего лишь отговоркой; своим острым зрением она уже увидела, что он ковал клинок.

В этом был смысл. Днём он работал, так что ему приходилось выделять время и для оттачивания навыков.

Для Бродяги Официантки это был идеальный шанс; угостить его остатками еды в нынешней ситуации казалось вполне логичным делом.

— Люди, которые умеют есть, должны это делать.

— Думаю, ты перепутала термины…
    — Вот почему меня так бесит, когда люди игнорируют мою еду! — сказала Бродяга Официантка, показывая всю свою ярость, решительно размахивая хвостом. Было не совсем понятно, насколько хорошо подмастерье понял столь уникальный жест бродяги.

— Ты понимаешь, что это касается и моей чести, как официантки? Или же нет? Я вот думаю, понимаешь ли ты вообще суть моих слов!

— Ну… — Подмастерье смущённо почесал щёку кончиком своего пальца, — …думаю, мне бы тоже не понравилось, если бы сделанное мной оружие швыряли чёрт пойми куда.

— А мне казалось, ты не против.

— Этот парень попросту швыряет мечи во все возможные стороны, — пробурчал подмастерье. А ведь те несчастные клинки даже не были работой его рук — он пока ещё не получил разрешение выставлять свои работы на витрине лавки — а были творениями его мастера.

— Мастер говорит: «Ты единственный, кого по-настоящему может удовлетворить проделанная тобой работа».

— Ну, а я хочу, чтобы этот чудила попробовал еду в нашей таверне.

— Ну, он ведь должен есть, верно?
    — Вот именно! — Бродяга Официантка плюхнулась на отполированный до блеска прилавок мастерской. Так уж вышло, что её грудь прижалась к прилавку, и паренёк-подмастерье отвёл свой взгляд настолько обыденно, насколько только мог. — Только вот, после своих приключений он этого не делает.

— Д-думаю, я слышал о людях, которые не едят перед тем, как отправиться в приключение…

— О-о-о-о-оу, блин. Может ему не нравится наше меню…

— Тебя это вдруг стало как-то слишком сильно беспокоить. — Взгляд подмастерья медленно переместился на пол, и он сразу же поспешно вновь поднял его. Его щёки покраснели. — В чём же дело?

— Ну ведь раньше он вообще не заходил в таверну, верно? — сказала она, видимо не заметив его дёрнувшегося взгляда.  — В любом случае, как долго он уже здесь находится?

— Вроде, где-то пять лет?

Для Бродяги Официантки вопрос, когда и какой авантюрист появился в городе, был совершенно незначителен. Если обращать на такое внимание, то в итоге начнёшь запоминать и моменты, когда они пропадают. А стоит начать волноваться о надолго исчезнувших тех-то тех-то — пиши пропало. Лучше вложить всю свою энергию в гостеприимство к людям, которые находились здесь прямо сейчас. Этот урок она выучила в свой первый год работы в этом заведении.

«Если подумать, разве та девушка со стойки регистрации не начала работать здесь тоже около пяти лет назад?»
    Лёжа на прилавке и прижимаясь к нему всей грудью, Бродяга Официантка пробормотала: — Хмм…

Паренёк-подмастерье изо всех сил старался не смотреть на неё, но почему-то всё продолжал и продолжал глазеть в её направлении. Его взгляд перемещался направо, затем налево, а потом проходил этот путь вновь и вновь, пока наконец вновь не закрепился в одной точке.

— Ох!
    — Что? — Бродяга Официантка вскочила, а уши её задёргались.

— Не знаю, правда это или нет, — кивая сказал паренёк-подмастерье, —  но я как-то раз слышал, что ему нравится рагу. Говяжье.

 

§

 

— Говяжье рагу, верно?
    — Именно!

Встав перед большим кипящим котлом, Бродяга Официантка выпятила свою какую-никакую грудь. Рядом с ней на стремянке стоял шеф и глядел в котёл, скрестив руки на груди и бормоча: — Хмм.

— Прости, Дедан. Тебе придётся научить меня этому, и всё тут.

— Что ж, если ты научишься готовить, я смогу хотя бы чутка расслабиться.

— Оу, Дедан, хватит бубнить как старик, пусть ты и действительно старик.

— Полагаю, именно возраст во мне и говорит. Я словно кусок масла, размазанный слишким тонким слоем по хлебу.

— Ты имеешь в виду свой дух?

— Меня словно тянули, тянули и в итоге растянули. — И сказав «прошу прощения», шеф зачерпнул ложку рагу и попробовал его. — Мм, неплохо. Дай ему потушиться ещё немного.

— Отли-и-и-ично!

Это вполне могло стать ключом к её победе.

Шеф бросил взгляд на Бродягу Официантку, когда та во всё горло испустила громогласное «Ура!», и пробормотал:

— Но мне вот интересно, с чего бы тот авантюрист должен съесть его…

— А? — Она моментально застыла. — Разве оно плохое?

— Эмм, я бы так не сказал. — Если бы он сейчас сказал хоть что-нибудь, остановить его было бы уже невозможно. Рея Шеф почесал свой кругловатый нос. — Ну, ты подумай над этим.

— …Да чёрт подери. Ты пожалеешь о том дне, когда дал мне время подумать!

— Хар хар! Ты, главное, не сдавайся.

Бродяга Официантка взглянула на своего босса полуоткрытыми глазами, пока тот махал ей своей рукой, а затем вновь сосредоточилась на котле с рагу.

Пристальное наблюдения за ним явно не было способом понять хоть что-либо, но всё же…

— О божечки, кажется, я учуял тут нечто очень вкусное…

Она услышала знакомый голос и шаги двух пар ног. Наддверный колокольчик не прозвенел. Посетители прибыли откуда-то изнутри здания.

Бродяга Официантка высунула свою голову из кухни и радостно подняла руку, приветствуя двух своих коллег.

— Эй! А я тут как раз готовила. Наше сегодняшнее блюдо дня — говяжье рагу!

— Ох, рагу — это здорово.

— Ого-о-о, говяжье рагу!

Они были её коллегами — хотя, если говорить официальными терминами, то они были полноправными работниками, а она была лишь помощницей, хотя все трое при этом являлись работниками Гильдии.

Но Бродягу Официантку совершенно не волновали их различия в статусе, так что она совершенно не нервничала перед Регистраторшей и Инспектором.

— Спасибо. А? Вы обе пришли обедать? — Выглядывая из-за кухонного окошка, она могла увидеть, что солнце уже давно ушло из зенита и начало опускаться за горизонт. Сумерки были уже не за горами. — Как-то поздно для этого.

— Мы вроде как пропустили его…

— Это крайне плохо, как вы можете ожидать от своих тел адекватной работы с таким-то отношением?
    «Или же они “пропустили” его из-за?..»

Разумеется, в том, что её острое зрение зафиксировалось на одной определённой точке, не было совершенно ничего неправильного.

— Ты права. Я умираю с голоду… — сказала Регистраторша, держась за свой живот. Бродяга Официантка ненавидела этот живот.

«Мы должны набить её жирком».

— Так, ладно, не хотите ли попробовать его? Мы собираемся подавать его авантюристам этой ночью.

— Конечно, если ты не против, — с улыбкой сказала Регистраторша и кивнула. Затем она добавила: — Ох, но…

— Хм? — Бродяга Официантка склонила свою голову набок.

Регистраторша сказала неуклюже:

— …Мне интересно, что авантюристы подумают об этом.

— Да… Выглядит оно довольно кровавым, — сказала Инспектор, приправив свои слова кивком.

— Ох…

Стоило им упомянуть об этом, как она заметила, что они имели в виду. Бульон, в который входили томаты, был красновато-чёрным; плавающие в рагу куски мяса покрылись пузырями.

И пока Бродяга Официантка застыла на месте, бормоча себе под нос, она почувствовала, как маленькая рука ударила её по спине.

— И-и-и-ик!

— Прошу меня простить леди, но не вмешивайтесь в мои уроки.

Разумеется, это был шеф. Мужчина средних лет, выскочивший позади них как чёртик из табакерки, злобно хлопнул по своему пухлому животу, а лицо его приняло крайне серьёзное выражение.

— Я ведь надеялся посмотреть, сможет ли эта девчонка сама это заметить.

— О боже, простите нас.
    С губ Регистраторши сорвался тихий смешок, и она, показывая на рагу, сказала:

— Тогда мы пообедаем здесь. В качестве извинения.

— Тогда вам придётся… поесть хорошенько! Одного рагу будет достаточно?

— Ох, ну ладно. Дайте-ка подумать. Хлеба и… могу я получить чашечку чёрного чая?

— И кучу джема к нему!

— С удовольствием!

Регистраторша и Инспектор сделали свои заказы; Рея Шеф энергично ответил им и затянул лямки своего фартука.

— Ну ладно, не стой тут как вкопанная — за работу, за работу!

— Эргх-х-х-х… дасэр!

Теперь уже ничего нельзя было поделать. Еда была готова, и кто бы не захотел съесть её — съел бы.

Бродяга Официантка носилась по своим делам, и через какое-то время наступила ночь.

Когда солнце полностью скрылось за горизонтом, авантюристы как обычно заполнили таверну.

Неудивительно, что рагу практически никто не брал, ведь оно появилось в меню слишком уж неожиданно.

Разве им не хотелось поесть его сразу же после приключения? И всё же, подавать говяжье рагу на завтрак, было слегка…

— …Если честно, возможно, если мы добавим его в меню завтраков, это вполне может сработать.
    Она занимала себя этими оптимистичными мыслями, пока, наконец, один авантюрист не вошёл в таверну, двигаясь храброй походкой.

На секунду каждый глаз в таверне повернул свой взор на него, и все разговоры затихли, но вскоре болтовня возобновилась.

Чумазая кожаная броня, дёшево выглядящий шлем, маленький круглый щит, прикреплённый к его руке, и меч странной длины, висящий у него на бедре.

Он прошёл сквозь здание Гильдии, направляясь наружу. Он даже не смотрел в направлении таверны.

«Будто я позволю тебе так просто уйти!»

Бродяга Официантка поспешила встать прямо перед ним и остановила его своим пальцем.

— Сэр, сегодняшнее блюдо дня — говяжье рагу!

— Разве?

— Что бы вы хотели заказать?!

— Ничего, — сказал Убийца Гоблинов. — Сегодня я ничего не хочу.

 

§

 

— Мне казалось, ты сказал, что ему нравится говяжье рагу!

— Я сказал, что я слышал об этом.

Была полночь.

При скудном свете лампы Паренёк Подмастерье выглядел весьма довольным супницей с говяжьим рагу, которую она ему принесла.

На самом деле это не оскорбляло Бродягу Официантку, но она всё равно надула губы и уставилась на него.

— О-о-о, большие куски картошки. Идеально.
    — …Ты уверен, что сказал это не из-за того, что тебе попросту захотелось говяжьего рагу?

— Точно нет. Ну, может быть совсем чуточку. — Паренёк Подмастерье ухмыльнулся ей.

Хорошенько сваренное мясо было настолько нежным, что его можно было разрезать ложкой. Но оно не было чрезмерно мягким; в него всё ещё было приятно вгрызаться. А соки, выплёскивающиеся после каждого укуса, масло и основа супа были невероятно вкусны, пусть даже они и были слегка остывшими.

А что касалось овощей — он любил, когда их куски были большими и тяжёлыми.

— Итак, чем ты сейчас занят?

— Собираю стружку с места, где мы занимались заточкой оружия.

Бродяга Официантка наблюдала за ним с неподдельным интересом, а он ответил ей, попутно отдавая ей обратно супницу.

Он подметал метлой угол кузницы, без конца думая, лишь бы это не стало главным его занятием.

— Даже от ножей получается много стружки. — Он не стал подмечать, что некоторые люди считают мечи всего лишь ножами-переростками.

Заточка производилась при помощи шлифовки металла о точильный камень в форме колеса телеги, так что процесс заточки создавал много металлической стружки. Убедиться в том, что рабочее место было хорошо убрано и готово к работе, было одним из множества важных занятий подмастерья.

Кроме того, имел место факт, что смешав её с металлом, можно было придать ему более долгую живучесть. А иногда они использовали стружку, когда срочная работа требовала больше ресурсов, чем у них было.

«Хотя на самом деле я хочу поскорее закончить с этим и приступить к ковке…»

Как подмастерье, он всё ещё находился в процессе обучения. Очевидно, что никто бы не доверил ему чрезвычайно важное производство оружия и брони.

Так что он верил, что ему стоит полностью посвятить себя возложенным на него делам и обязанностям.

«Не то чтобы я не понимал её». — Ему было знакомо это чувство, когда ты видишь, что все твои усилия полностью проигнорировали.

Что, если бы он выставил созданное им оружие на прилавок — в будущем, разумеется — и всё оно было бы проигнорировано покупателями?

— Тебе хочется хотя бы узнать почему, верно? — спросил он.

— Да, вот именно! Я не могу принять этого отказа — принятие твоей работы очень важно!

— Хммм, — пробормотал подмастерье, скрестив руки. Затем он вдруг развёл их в стороны и хлопнул в ладоши, воскликнув: — Эй, точно же!

— Что такое? У вас появилась идея, о будущий мастер кузнечного дела? Поведайте же её мне!

Стоило только Бродяге Официантке придвинуться к нему, как некий аромат сорвался с её волос и направился к нему. Это был запах кухонной готовки, травянистое амбре, характерное для всех Бродяг, мыла…  и что-то ещё, нечто сладкое. Паренёк Подмастерье тяжело сглотнул и замахал руками.

— П-просто спроси! Спроси того, кто знает его лучше.

— Что, кого-то вроде Дедана с кухни?

— Нет, — сказал он. — Я имею в виду ту девчонку с фермы.

 

§

 

— Что это? Рагу?

 — У-угу!

Это было позднее утро, и тележка с поставками стояла у чёрного входа в Гильдию.

Пастушка разгрузила телегу с бодрым «Ххоп!» и теперь смотрела на Бродягу Официантку, часто моргая.

Её внушительная грудь подскочила, когда она вздохнула и вытерла пот со своего лба.

Бродяга Официантка прекрасно осознавала, что её размеры были примерно средненькими — если честно, скорее, даже чуть больше средних; определённо не меньше. Но всё же…

«Может они полны молока?»

Она не смогла остановить эту противную мысль, и та проникла ей в разум.

Исходя из сплетен, ходящих в конторе, Регистраторша беспрестанно работала на сохранение своей фигуры — в таком случае Бродягу Официантку всё устраивало.

— Я уверена, что ты готовишь лучше меня. — Пастушка покраснела и неловкими движениями скрестила пальцы, облокотив руки на грудь. — Я лишь знаю, как готовить домашнюю еду…

— Дело не в том, хороша ты или плоха в готовке. — С кошачьей лёгкостью Бродяга Официантка уселась на бочку. Она возила пером по рецепту, прикреплённому к деревянной дощечке, которую она держала в своей руке. Сотрудники стойки регистрации имели дело с деньгами, но вот в её работу входила проверка доставленных продуктов.

— Знаю, я спрашиваю об этом каждый раз, но ты точно не хочешь заглянуть внутрь?

— Мой нос уже всё знает. Всё в порядке.

Бродяга Официантка испустила тихий горделивый смешок и выпятила свою грудь, которая упёрлась в фартук. Зная, конечно же, что в этом соревновании ей ни за что не выиграть, она быстро взмахнула рукой и сменила тему разговора:

— Как я уже говорила, дело не в том, умеешь ты готовить или нет. Просто есть тут вот этот парень, который ничего не ест, и меня это действительно беспокоит.

— Тут есть авантюрист, который ничего не ест?

— Что-то не так?

— Нет… — Пастушка озадаченно улыбнулась и почесала свою щёку, — …он не хотел вас обидеть.

— В этом-то вся проблема!

— Хмм… — Пастушка звучала так, будто настойчивость Бродяги Официантки одолела её. Она рукой вытерла стекающий со лба пот, после чего села на располагающийся рядом ящик.

Она начала беспечно болтать в воздухе ногами, а затем её взгляд зафиксировался на Бродяге Официантке.

— И это всё?

Для человека или кого-нибудь ему подобного её тон прозвучал бы совершенно неизменно от обыкновенного. Но не для Бродяги Официантки. Её острый слух уловил едва заметное дрожание в голосе Пастушки.

— Что, всё? — Она запрокинула голову набок, притворившись, что ничего не заметила.

— Ну, ам, знаешь. — Пастушка едва умудрялась выдавливать из себя слова, а взгляд её метался из стороны в сторону. Она глубоко вздохнула. — …Ты хочешь накормить им того, кто тебе нравится или что-то в этом роде?

— О-о-о-о-ох, нет, ничего такого.
    Бродяга Официантка искренне рассмеялась и помахала рукой так, словно только что услышала глупую шутку.

Её рука прекратила двигаться.

«Ну, может, разве что только одного человека».

Не успела она заметить, как её лицо уставилось на землю, и она прикрыла его своей плотной рукой.

Был один человек, которому она всегда отдавала приготовленную ей еду.

— …Полагаю, я могла бы угостить того паренька из мастерской.

— …

Пастушка пристально смотрела на лицо Бродяги Официантки. Казалось, что её искренние светло-розовые глаза пришпорили девушку-бродягу к одному месту.

— Ч-что такое?.. — спросила Бродяга Официантка, но Пастушка замолкла и не произнесла ни слова.

 

 

— …Ну, тогда ладно, — сказала она всё тем же тоном, спустя какое-то время, и Бродяга Официантка осознала, что вздохнула от этих слов. — Я расскажу тебе рецепт. У тебя есть, чем его записать?

— Прямо в руках, — сказала Бродяга Официантка, переворачивая документ. Она взяла перо и сказала: — Диктуй. — Пастушка беспомощно улыбнулась.

— Ам-м, ладненько. Готовить его надо так…

А затем она в деталях рассказала весь рецепт.

На самом деле рагу было тушёным мясным блюдом, а не супом. Но для блюда, которое описывала она, требовалось много молока. И, если говорить коротко, произвело оно впечатление…

— На удивление… нормальное?

— Верно, — Пастушка кивнула с улыбкой на лице. — Оно абсолютно нормальное.

— То есть, это же самое обычное рагу, верно?
    — Так и есть, — сказала она, не позволяя улыбке исчезнуть со своего лица. — Самое обычное рагу.

Это было как минимум неожиданно.

Официантка была уверена, что в рецепте находилось нечто… более уникальное. Кончиком пера она почесала свой висок.

— Это какой-то фамильный рецепт, передававшийся в вашей семье из поколения в поколение?

— Хаха, думаю, можно сказать и так. — Пастушка слегка улыбнулась и спрыгнула с ящика. Она хлопнула в ладоши, чтобы стряхнуть с них пыль, после чего хорошенько потянулась, выпячивая свою обширную грудь. — Не то чтобы ему меня научила моя мама… хотя мне хотелось бы, чтобы всё так и было.

Бродяга Официантка запрокинула голову, услышав это едва слышимое бормотание.

— Узнала от родственников?

— От соседки. — Пастушка взглянула вверх на голубое небо и прищурилась. Ветер пробежался по её красным волосам. — Девушка постарше, что жила рядом с нами.

 

§

 

— Здравствуйте, добро пожаловать!

— Здарова. Принеси-ка нам, для начала, три эля и два стакана лимонной воды!

— Конечно!

— И, ух… эм, тарелка картошечки на пару тоже сойдёт. На пятерых!

— Сию минуту!

За стенами таверны царили сумерки. Бродяга Официантка сновала между разговорами авантюристов о том, о сём.

Здесь царила всё та же оживлённость. Шумели всё те же лица. И это было чудесно.

Ещё один день, в который они могли вернуться домой, чтобы насладиться вкусной едой и выпивкой. Этого одного было достаточно, чтобы замотивировать всех.

— Дедан, у нас заказ!

— Сейчас сделаю. И постарайся не дать ему остыть… и не уронить его. — Такова была любимая колкость Реи Шефа.

Она заглянула на кухню, где звучно варился суп, масло шипело на сковородке, а нож летал среди ингредиентов словно вспышка.

И, разумеется, в центре всего этого стоял шеф, безостановочно мельтеша руками.

«С таким маленьким телом он может делать столько всего».

Ей никогда не надоедало наблюдать за ним, пусть даже она и видела его каждый день.

Когда тарелки показались на прилавке, Бродяга Официантка взяла их обеими руками, не оставив на них свободного пространства, и глянула вперёд на кастрюлю с рагу, стоящую в глубине кухни.

— Всё нормально? Оно ещё не сварилось?

— Что, ты теперь говоришь мне, как надо готовить? И я это слышу от пятилетней девчонки, если судить поварскими терминами!

— Да знаю, знаю я. Просто проверяла.

Почувствовав, что на неё надвигается лекция, она выпрямила свои хвост с юбкой и поспешила убраться оттуда.

Для Бродяги Официантки это было самым любимым временем в таверне.

Она могла приветствовать авантюристов, пришедших домой, и видеть на их лицах облегчение от возвращения.

Были и авантюристы, которые не смогли вернуться домой. Она верила, что они отправились путешествовать куда-нибудь.

Что и когда случалось с авантюристами, могли поведать лишь храбрейшие…

— …М-м-м?

Уши Бродяги Официантки вдруг дёрнулись. Они уловили звуки храбрых, практически жестоких, равнодушных шагов, подходящих всё ближе и ближе.

Чумазая кожаная броня, дёшево выглядящий стальной шлем, маленький круглый щит, прикреплённый к руке, и меч странной длины, висевший у него на бедре.

И при появлении Убийцы Гоблинов, разумеется, вся таверна на мгновение затихла.

— Сэр?!

— …На стойке регистрации мне сказали, что я должен зайти в таверну. — Стальной шлем слегка склонился от удивлённого восклика, сорвавшегося с её губ. — Что такое? Здесь видели гоблинов?

— Ох, нет! Сэр, пожалуйста, подождите здесь минутку.

— Хорошо.

Оставив странного, но утвердительно кивнувшего мужчину там, где он стоял, Бродяга Официантка поспешила на кухню.

— Ох… ох-хо! Что на этот раз?

— Дедан, дай мне тарелку! Только маленькую!

— Скажи это тому, кто их мыл!

— Это была я!

Она схватила тарелку с полки для кухонной утвари, которая громко зазвенела, ударившись друг о друга. Она зачерпнула в тарелку немного рагу, а затем поспешила в таверну, чтобы суметь подать его, пока оно ещё не остыло.

— Мистер дегустатор!

— … — Убийца Гоблинов сомнительно посмотрел на блюдо, которое поставила перед ним Бродяга Официантка. — Рагу?

— Вот именно!

— Я должен его попробовать?

— Именно так!

— …Ясно.

Он неохотно взял блюдо, но затем опытными движениями проглотил блюдо сквозь щели в забрале.

Ожидания Бродяги Официантки о том, что он хотя бы снимет шлем во время еды, были разрушены. Но…

Убийца Гоблинов произнёс слегка удивлённое «Мм».

Уши официантки не могли сравниться с эльфийскими, но это изменение в тоне они не пропустили.

Она сделала это. Чуть ли не милостивая улыбка возникла на её лице, пока она триумфально спрашивала:

— Что думаете? Довольно неплохо, да?

— Да, — Убийца Гоблинов кивнул. — Неплохо.

— Да-а-а-а-а-а-а-а!!!

Она осознала, что ликует в честь своей победы, размахивая в воздухе кулаком. Она даже не обращала внимание на других авантюристов, которые наблюдали за этим действом, пытаясь понять, что там происходило.

— Да! Круто! Я сделала это!!! — Она закружилась вокруг собственной оси, и подол её юбки развевался во время этого действа, после чего радостно сказала: — Так вы будете есть сегодня, сэр? Что бы вы хотели заказать? Рагу?

— Ничего, — сказал Убийца Гоблинов. — Сегодня я ничего не хочу.

— Что?! Почему?!

Бродяга Официантка была настолько ошарашена, что чуть ли не уронила тарелку, судорожно стараясь схватиться за неё покрепче. Убийца Гоблинов сказал: — Меня кое-кто ждёт.

Его голос был отрывисто-грубым, безэмоциональным и ледяным, почти что механическим.

Но Бродяга Официантка от его слов резко заморгала. Она пристально уставилась на шлем.

В её голове красный глаз, сверкающий из глубин шлема, скрылся за другим, более розоватым глазом.

«Ох…»

Так вот оно что.

— Что-то не так? — Убийца Гоблинов вопросительно склонил свою голову, глядя на неожиданно улыбнувшуюся Бродягу Официантку.

Теперь она всё поняла. Глядя на это под таким углом, безошибочное решение сразу же приходило в голову.

— Ничего. Я просто думала, сэр, что вы никак не хотели обидеть меня своими действиями.

— Вот как? — Убийца Гоблинов уверенно кивнул, после чего сказал: — Вы всё?

— Думаю, да, — сказала Бродяга Официантка, на что он предсказуемо ответил: — Вот как? — и развернулся. — В таком случае, я пошёл.

— Конечно, была рада принять вас в качестве нашего клиента.

— Не понимаю, о чём вы.

Убийца Гоблинов помотал своей головой и пошёл через всю таверну храброй, но быстрой походкой.

— Эй, Убийца Гоблинов! Убил сегодня ещё несколько гоблинов?

— Как насчёт хотя бы разок сразиться с кем-нибудь другим? Тебе стоит охотиться на цели покрупнее, прямо как это делаю я!

— Оу-у, ты сегодня один? Миленькой принцесски или сексуальной эльфиечки с тобой нет?

Ответив «Да» или «Вот как?» на окружившие его издевательские вопросы, Убийца Гоблинов открыл дверь.

А затем, оставив за собой лишь звон колокольчика, он вышел в город, вышел в ночь.

Ну, это было не совсем верно.

Его приключение закончилось, и он собирался вернуться. Вернуться домой.

— Боже. Если всё дело было в этом, ему бы стоило попросту сказать хоть что-нибудь!

Бродяга Официантка рассмеялась, осознав, насколько односторонним было это соревнование.

Затем она испустила громкое «Ну ладненько!» и хорошенько шлёпнула себя по щекам своими плотными руками.

Этот вскрик освежил её, и она перевязала лямки на фартуке, что располагались на спине, готовая вернуться к работе.

— Сегодняшнее блюдо дня — рагу, в которое я вложила все свои сердце и душу! Кто-нибудь хочет попробовать?

Руки взмыли вверх. Люди начали подзывать её. И на каждый полученный заказ Бродяга Официантка улыбалась в ответ и произносила:

— Конечно, сейчас всё будет!

Но для готовки рагу она выбрала ужасно большую кастрюлю. И остатки совершенно точно не могли не появиться.

А в таком случае…

— Я попросту могу заставить его съесть их!

Пока она могла готовить еду, которая ей нравилась, так, как ей это нравилось, и кормить ею человека, который ей нравился, она больше ничего не желала в этом мире.

Бродяга Официантка поспешила вновь влиться в шумный поток таверны.

Глава 4. О совершенно обычном гнезде гоблинов

Для этого гоблина всё на свете было просто худшим, худшим, худшим.

Они находились в крошечной яме, вызывающей клаустрофобию, которую даже при наличии крайне богатого воображения нельзя было назвать комфортной.  А его поставили стоять перед дверью, от которой разило сыроватым зловонием.

— Нет! Н-не надо! Остановите-есь… Хвати-и-и-иа-агх!

Он заглянул внутрь через щель, появившуюся от того, что дверь была посажена кривовато, и обнаружил, что его товарищ был занят своим грязным делом. Ему не хотелось смотреть на очередной мелкий гоблинский зад, но вот зад женщины, которую крепко держал тот гоблин, пока та отчаянно пыталась пнуть воздух — на это ему посмотреть хотелось и ещё как.

— ?.. ГРОБ! ГБРООБ!

Но другой гоблин заметил это и хрипло гаркнул на него, после чего тот быстро отвернулся и занял прежнюю стойку.

И вот так было всегда.

«Ты часовой, так что стой на страже», — сказали бы они, и ему бы пришлось остаться тут одному, ожидая своей очереди. По крайней мере они могли бы дать ему посмотреть.

Такие мысли проносились в его голове, пока он тщательно рассматривал копьё, которое держал в своих руках. У него был металлический наконечник и дубовое древко, но вот только древко было с жестокостью разломлено пополам.

Сломал его сам гоблин. Он почувствовал, что оно слишком длинное и слишком тяжёлое для нормального использования, а если бы он сломал его, то у него было бы целых два копья.

Оружие чуть ли не сверкало, когда он получил его, но теперь наконечник и древко были покрыты грязью бордового оттенка.

Он был счастлив, когда получил работу часового вместе с копьём, которое они отобрали у той женщины, но…

— ГББОРБ…

Он понятия не имел, как ему избавляться от этих пятен. И теперь, когда он задумался об этом, возможно, ему больше бы подошёл тот неплохой чистенький пояс, который получил другой гоблин. У того гоблина был такой прекрасный пояс, а ему всё равно хватало наглости бросать свой взгляд на его копьё.

Он едва выносил эти муки. Этот пояс подходил ему гораздо лучше, чем другому гоблину! Именно. Да этому чурбану ни один пояс не будет к лицу.

«Он часть моей семьи, так что, если он умрёт, я могу заполучить его».

В стае почти все были связаны кровными узами, но эта мысль благополучно обошла его голову. Его недальновидный маленький мозг начал дымиться от мысли о том, чего у него не было.

— И-и-и-и-и-и-и-ия-а-а!

Прямо как та женщина.

Каждый раз, когда он видел, как другие наслаждались жизнью, развлекаясь с ней, зависть жгла его сердце.

Его оставили в гнезде под предлогом того, что он был часовым, и ему никогда не удавалось в одиночку насладиться хотя бы одной из их пленниц. Он являлся частью этой группы по нескольким причинам, но ему никогда не удавалось испытать уникальное удовольствие, вызванное пребыванием в полном одиночестве.

Женщина в той комнате была самой обычной: дёргалась, сопротивлялась и отказывалась сдаваться, несмотря на то, как долго продолжалось это действо. Разумеется, гоблины тоже поступали так, как обычно поступали пред лицом такого показательного презрения — причиняли ей боль и ломали её.

Была одна, которая, кажется, сдалась, свернувшись в маленький шар и выжидая, пока буря тел не стихнет. Но затем она умерла, пока они веселились, пытаясь понять, что же может заставить её закричать.

Были и другие, которые во всех красках извинялись перед гоблинами, вставая на колени и чуть ли не разбивая лбы о землю, попутно выпячивая свои задницы.

А однажды, ведь гоблины могут делать всё, что им вздумается, они отрезали чьи-то руки и ноги одну за другой, после чего сварили и съели их.

«Ну, это было вкусно».

Он не мог в точности вспомнить, где или когда это было, но всё равно облизнул свою пасть.

В конечном счёте, именно так и выглядели отношения между гоблинами и другими расами. Если вторые были сильны, первым ничего не оставалось, кроме как поклониться и подчиниться им. Но если бы это же существо умирало у них на глазах — будь это огр или даже демон — они бы набросились на него всей оравой, уничтожив его во всех возможных смыслах этого слова. Такими уж были гоблины.

— ГОБРБОБ…

— ГБОРБ?!

Его товарищ, закончив своё грязное дело, открыл дверь и вышел. Возможно, он всё же насолил ему, потому что, проходя мимо него, тот издевательски захихикал.

Этот товарищ думал, что «быть на страже» — это всего лишь тупое шатание по гнезду, вот и решил посмеяться над часовым. Это так сильно разозлило часового, что он ткнул другого гоблина в задницу древком своего копья.

— ГОБОРБ?!

Часовой загоготал, когда другой гоблин подскочил в воздух. Его жертва понеслась на него с поднятыми кулаками, так что он развернул копьё и выставил его наконечником вперёд.

— ГРОБ! ГБООРОБО!!!
    Иначе говоря, это был его пост, и если у другого гоблина больше не было здесь никаких дел, ему стоило уйти отсюда восвояси.

Другой гоблин никак не возразил против проявления власти часового, дарованной ему этой работой. И пока тот ворча уходил, часовой гаркнул: «Так тебе и надо», и ухмыльнулся.

Пора было переходить к весёлой части работы.

Часовой огляделся по сторонам, убедился, что никто его не видел, а затем прошмыгнул за подгнившую дверь.

— ГБОБ?..
    Самка уставилась наверх, издавая лишь слабые «аах» и «агх», когда он пинал её. Едва можно было понять, жива она вообще или нет. Гоблин легонько ткнул её своим копьём, и она тотчас же завопила: — Гаааах! — За этим последовало ещё несколько тычков, а она всё продолжала производить интересные звуки в стиле «я-яа-а-аргх».

Мда. Вот без таких привилегий выносить тяжёлую работу часового точно было бы невыносимо. Хотя его всё равно раздражало то, что ему наказали ни за что не позволить ей умереть.

Если бы она умерла, они бы разозлились на него, ведь им всем хотелось ещё позабавиться с ней. Но какая-то небольшая злость в обмен на нечто такое? Это явно стоило всех последующих проблем.

— Верни… Верни его!..

— ГРРОРБ!

Гоблин склонил свою голову, глядя на женщину, которая наконец начала стонать и хныкать.

«Хмм, это копьё ведь принадлежало этой самке, верно?»

Копью, как и женщине, недолго оставалось. Он посчитал эту мысль до странности забавной и позволил смешку вырваться из его пасти.

Он веселился с самкой, пока та не перестала издавать хоть какие-нибудь звуки, а затем побрёл в сторону гнезда.

Он убедился в том, что она всё ещё жива — по крайней мере она дёргалась — и даже позаботился о том, чтобы она сходила в туалет.

А вскоре должно было наступить «утро». Авантюристы же приходили лишь по «ночам».

«И никто не сможет ко мне придраться».

Гоблины всегда поступали так, как было удобнее и выгоднее лично им.

— ГОРОБ! ГООБОРРОБ!!!

— ГББРОБОГ!!!

Он какое-то время прогуливался по гнезду, когда вдруг услышал радостный гогот.

Это были разведчики.

Двое или трое из них сидели вместе и пили вино из потрескавшейся кружки.

Они были теми, кто обыскивал тропинки или деревенские окраины в поисках случайной жертвы, отправляясь на дело группами по одному-двое гоблинов. Так что вполне естественно, что они получали дополнительные привилегии.

Нередким явлением было и их раннее возвращение в место, которое гоблины считали безопасным, где те наслаждались отдыхом. Они всегда ликующе хапали себе вещи, украденные ими у прежних владельцев. Но ведь их работа была такой простой: соберитесь толпой да нападайте на жертву. Часовой так усердно работал всё это время, а эти парни!..

«А что насчёт работы стража?!» — подумал он, негодуя от того, что его присутствие проигнорировали. Он попытался показать им тупой конец своего копья, но те лишь бросили на него взгляд.

— ГОБОР?..

— ГОРОБОР!

Они ничего ему не сделали, и никакие размахивания копьём этого бы не изменили. Он уклонился от разведчика, попытавшегося ударить его своей миской, и поспешил прочь.

Тьфу. Они были отвратительно жестокими тварями. И им стоило просто пойти и сдохнуть.

Всё ещё поглощённый своей горечью, он добрался до боковой тропы, которая отделялась от основной возле входа. Это была тропа для засад, которую гоблины, прекрасно знакомые с устройством земли и почвы, прорыли в пещере. Кажется, авантюристы, или как они там себя называли, никогда не думали о том, что кто-нибудь может напасть на них сзади.

Разумеется, неподалёку располагались и камни, за которыми можно было спрятаться, и именно к одному из них подошёл часовой.

«Чтоб их, всех и вся».

Он ненавидел, ненавидел, ненавидел всё на свете.

Ненавидел работу часового.

Ненавидел, что у него нет ничего, кроме копья.

Ненавидел разведчиков за то, что те запугивали его.

Он даже ненавидел их тупоголового вождя, которого из толпы выделял один лишь размер. Да из него самого вышел бы лучший вождь, чем из этого идиота!

Он мог бы самолично получать всех авантюристок и деревенских девок, которые бы ему только приглянулись.

Он мог бы заставить стражу и разведчиков делать всю неприятную и раздражающую работу. Он бы просто раздавал приказы из глубины пещеры и жадно набрасывался бы на еду и самок.

Хрм. Работа вождя звучала как вполне себе лакомое место.

Он был полностью поглощён тем, что казалось ему вполне реалистичной возможностью, но на деле являлось чистейшей несбыточной фантазией.

Как бы он убил вождя, объединившего всю эту орду? Как мог ничтожный он победить великого его?

Он разработал план, в успехе которого никто бы не засомневался. После чего он начал медленно вставать из тени камня.

Но…

— ГОРБ?..

Вдруг его не особо-то и острый слух уловил звук храбрых шагов.

Они быстро приближались. Он поспешно скрылся за камнем, а затем осторожно выглянул, да так, что только его глаза и были видны.

«Авантюрист!»

Ошибки и быть не могло. Лишь авантюрист мог идти по их гнезду с факелом в руке.

И он явно был один. По запаху было сложно понять, кто это был. Он надеялся, что это окажется самка. Но даже если это окажется самец, они всё равно смогут сожрать его.

Гоблин облизнул свою пасть, обильно и мерзко пуская слюни и даже не пытаясь скрыть скопившуюся в нём алчность.

Он нападёт, повалит авантюриста на землю, силой затащит в пещеру и разберётся с ним.

«Чёртов авантюрист! Чёртов авантюрист!»

Но пока он прятался, готовый выскочить с копьём в руках, его голову посетила капля рассудительности.

Его жертва была одна. Но даже так, гоблины всё равно были слабы. Авантюристы же были тупыми, но сильными. И даже если бы гоблин набросился на авантюриста здесь и сейчас, какой ему был с этого прок, если бы его убили.

Он мог бы закричать и позвать своих товарищей, но его всё равно убили бы первым.

Он мог бы тихо отступить и рассказать им, но на пути находились разведчики. И всё признание досталось бы им.

«Что же делать?»

Гоблин стоял на месте с копьём в руках, пытаясь соображать на пределе своих сил.

Он не хотел умирать. А вот получить что-нибудь с этого авантюриста ему хотелось. Что же делать, что же делать?

«Может, мне стоит сбежать?»

Он быстро помотал головой. Нет, это не сработает. Если авантюрист заметит, что он бежит, то сотрёт его в порошок. А если его товарищи всё же победят, то ему, как сбежавшему, ничего не достанется. Ни спаривание, ни еда. Ему останется лишь смотреть, как все остальные наслаждаются добычей прямо у него на глазах.

Он не мог вынести этого. Так что он решил дождаться выгодного для себя момента.

Он задержал дыхание и медленно, ох как же медленно и осторожно последовал за авантюристом, стараясь не издавать ни звука.

 

 

Наконец, этот момент настал.

— ГОРОБОР!!!

— ГРОБ! ГРОБОРБ!!!

Авантюрист прибыл туда, где попивали вино разведчики.

И сразу же после прибытия он швырнул факел, находившийся в его левой руке, прямо в центр группы.

— ГОРБ?!

— ГРБББРОГ?! ГРОБООБР!

Вино расплескалось, и огонь распространился. Подкармливаясь алкоголем, пламя с факела раскалилось добела.

Гоблины определённо были способны видеть в темноте, но дым всё равно мешал им.

Один закричал, второй запаниковал, а третий вообще не понял, что происходит. У каждого из троих разведчиков была своя реакция на случившееся, но все они ещё только пытались осознать всю ситуацию, а в это время авантюрист начал действовать.

— ГРОБ?!

Удар по телу маленьким щитом.

Цель, которой не повезло стоять к нему спиной, рухнула лицом прямо в костёр.

— Четыре, — пробормотал авантюрист, встав прямо на горящего гоблина, корчащегося от агонии.

— ГРБББР…

— ГРОБРОБ!!!

Оставшиеся два гоблина затаили дыхание. Но даже в состоянии шока они схватили свои орудия, чтобы напасть на буйствующего вторженца.

Но они опоздали.

Правая рука авантюриста сверкала, когда он размахивал своим мечом; он сломал зубы одному из разведчиков, вонзив меч ему в рот.

— ГООБР?!

— Пять.

Авантюрист даже не оглянулся на склонившегося, дёргающегося гоблина с вытекающими из затылка мозгами.

Вместо этого авантюрист всем весом упёрся на гоблина, находившегося у него под ногой, ломая ему хребет и делая выпад вперёд, пока его рука приближалась к последнему разведчику.

— ГББООРБ?!

Заострённая кромка щита воткнулась прямо в гоблинское лицо. Струя крови окрасила стену.

Гоблин отбросил в сторону своё оружие, чтобы прикрыть разбитые нос и глазницу обеими руками, но…

— Это шесть.

Авантюрист подобрал короткое копьё разведчика, которое упало прямо к его ногам, и пронзил им сердце зелёной твари.

Последний разведчик почти перестал двигаться, лишь дёргался и стал, по сути, обычным мешком с кровью и внутренностями, стекающими на пол.

Авантюрист отбросил копьё в сторону, будто бы оно было лишним мусором, и выдохнул. Затем он беспечно подошёл к телу, наступил на него и выдернул меч, торчавший у того в глотке.

«Они были глупцами».

Если бы этот гоблин не решил остаться позади, выжидая удобного случая, он бы так и не узнал этого.

Трое против одного. Действительно, разведчики были пьяны. Но он предвидел все их действия.

Вот почему его метод был гораздо лучше.

Разведчик захаркал кровью и дёрнулся в предсмертной агонии. В душе часовой был крайне рад лицезреть это.

«Так вам и надо, тупоголовые варвары».

В его душе не было ни капли сострадания к разведчикам, превратившимся в само олицетворение слова «страдание».

Но, как бы то ни было, он всё равно был зол на того, кто пришёл в их гнездо и начал убивать гоблинов.

Вот почему он выбрал этот самый момент, когда авантюрист, уставший в битве, повернулся к нему спиной.

«Сейчас!»

Его товарищи должны были скоро прибыть, услышав звуки заварушки. И когда они увидят его, пришпилившего авантюриста к земле после нападения сзади, они точно похвалят его. Возможно, он даже сможет похвастаться тем, что стоял и сражался,  даже когда его товарищей убили.

С сердцем, наполненным эгоистичными интересами и алчностью, он сделал большой прыжок. Он обрушил своё копьё вниз, держа его обратным хватом.

Живот или грудь были бы лучшими целями, в которые можно было попасть, но в идеале нога или рука тоже сойдут. А если авантюрист окажется мужчиной, то они все смогут съесть его.

— ?!..

И тогда случилось это.

Он даже не понял, что произошло. Он знал лишь то, что его атака должна была стать неожиданным ударом сзади, но теперь авантюрист держал его копьё обеими руками.

Бронированный авантюрист двигался слишком быстро, чтобы его движения можно было увидеть невооружённым взглядом.

И в мгновение ока гоблин, пытавшийся решить, стоит ли ему бросить копьё или сделать что-нибудь ещё, обнаружил себя придавленным к земле вместе с копьём.

— ГРОБ?!

Такой исход он не рассматривал.

Его разум опустел; он совершенно не знал, что ему делать.

— ГББОРОБО?!

Полностью ошарашенный, он даже не мог никак ответить.

Он почувствовал ужасную боль от удара спиной о землю, его плоть и кости вопили, а хуже всего было то, что он почувствовал, как тяжело ему стало дышать.

Он открыл и закрыл свой рот, а копьё выпало из его рук.

У него больше не осталось никаких вариантов. Авантюрист достал меч.

Пошатываясь, гоблин встал и начал бежать ко входу в пещеру так быстро, как только позволяли его ноги…

— Это будет семь.

Вместе с безжалостным заявлением пришёл удар, шоковой волной пробежавший от спины к груди, и его сознание погасло.

И больше никогда не зажигалось вновь.

 

§

 

— Хрм.

Прикончив семерых гоблинов, Убийца Гоблинов наконец решил передохнуть.

Довольно легко понять, что за тобой хвост, когда за твоей спиной появляется цепочка чужих следов.

Он достал свой меч и вытер с него кровь гоблинским тряпьём, после чего проверил лезвие и засунул меч обратно в ножны. Его всё ещё можно было использовать.

Кончиком пальца он провёл по наконечнику копья, отобранного у гоблина, и внимательно осмотрел древко.

Убийца Гоблинов цокнул языком, а затем повесил копьё себе за пояс.

После чего он пнул по рукам разведчиков, ломая им пальцы и высвобождая мечи, за которые трупы держались мёртвой хваткой.

Мечей оказалось три. Он взял тот, что находился в лучшем состоянии и также повесил его себе за пояс. Сойдёт.

Он пошарился в своём мешке с вещами, схватил свою фляжку, выдернул оттуда пробку, после чего выпил её содержимое.

Фляжка была изготовлена из овечьего желудка, вывернутого наизнанку и высушенного на солнце, а её содержимым являлась смесь из колодезной воды и виноградного вина.

Холодная жидкость проскользила меж щелями в забрале шлема Убийцы Гоблинов, а затем и меж его губами, и стекла вниз по его горлу прямо в желудок.

Опьянение от вина не сулило ничего хорошего, но малая его толика согревала тело и обостряла бдительность.

— …Я не видел здесь никаких тотемов, — пробормотал себе под нос Убийца Гоблинов, засовывая пробку обратно в горлышко и возвращая фляжку в мешок.

Он медленно помотал своей головой, стоило ему осознать, что за его словами не последовало никакого ответа.

Жрицы и других его товарищей — он вновь помотал своей головой, чтобы осознать, что он подумал о них именно в таком ключе — здесь не было.

У них были свои планы. Им надо было беспокоиться о своём здоровье. Они не могли всегда быть вместе.

Убийца Гоблинов развернулся спиной к стене и опустил своё забрало. Он задержал дыхание. Он не слышал ничего похожего на шаги.

Вместо этого он услышал звук жадно пожираемой пищи. Он почувствовал, как небольшая волна мурашек пробежала по его спине. Было ясно, что тут происходит.

Его источник света — факел — всё ещё мерцал среди следов былой попойки разведчиков. Отлично.

Убийца Гоблинов быстро достал бутылочку из своей сумки с припасами и быстро швырнул её примерно в нужное место.

Глиняный контейнер и стена взорвались практически одновременно.

— ГБРРОБОРРБББГ!!!

Гоблины.

Целая орда, бурлящий поток.

Но первая группка, нетерпеливо прыгнувшая вперёд, неожиданно упала навзничь.

Должно быть, они поскользнулись на растёкшемся по всему полу жире. Эти кувырки стали последней каплей в чаше их унижения.

— ГОРОБ?!

— ГОБ?! ГБОРООБОГОБГ?!

Они закричали, осознав, что их пинают и топчут свои же товарищи, которые начали выходить один за одним из-за этой груды упавших тел.

Более того, они упали прямо на горящий факел и были покрыты ревущим огнём.

— ГОРОООБОГОРООБО?!?!

— Восемь, девять… десять.

Сгоревшими считались лишь две из трёх тварей. Третью же топтали до тех пор, пока та не затихла.

— Осталось семь. Одно копьё, один меч, один топор, четыре дубины. Пойдёт.

Наплевав на жертвы своих собратьев, гоблины хлынули вперёд, а злость вместе с алчностью сияли в их глазах.

Пересчитав своих врагов, Убийца Гоблинов достал свой меч, занял стойку и приготовился встретить своих врагов лбом ко лбу.

— ГББРБГГБ!!!

Первым напавшим на него оказался гоблин, вооружённый копьём — буквально лидер всей их операции.

— Одиннадцать.

Убийца Гоблинов равнодушно бросил свой меч в существо. Он просвистел сквозь застоявшийся запах пещеры и вонзился прямо в гоблинский лоб с громким чвяньк, пронзая его мозг.

— ГГБГГО?!

А пока гоблин пошатывался и падал от удара, Убийца Гоблинов выхватил оружие из его рук.

Оружие подлиннее было не так уж и плохо. С таким тебя не окружить. Первым делом надо было разобраться с тем, кто обладал большей мощью.

При столкновении с большой группой в приоритете должно было находиться сокращение их численности, но в данный момент он хотел избежать потери мобильности из-за всего одного удара.

Это означало, что следующий его шаг был очевиден.

Убийца Гоблинов, всё ещё держа в руках копьё, устремился вглубь пещеры.

— ГОРООБ! ГОРОБООРГ!!!

 — ГРООБ!!!

Шестеро гоблинов последовали за ним, и шаги их раздавались довольно жалким звуком. Убийца Гоблинов оглянулся, чтобы зафиксировать свою цель, после чего бросил своё копьё.

— Это двенадцать.

Копьё пролетело по дуге в форме лука.

Оно пролетело мимо гоблинов, толкавшихся в первых рядах, и ударилось прямо в того, кто держал топор.

— ГООРОБОГ?!

Скорее всего, оно вонзилось ему в живот; нечленораздельный крик эхом раздался по пещере.

Осталось пять. Убийца Гоблинов достал меч разведчика со своего пояса. У него кончалось время, а уходить ещё глубже было довольно рискованно. Пора было столкнуться с врагом.

— ГОРОББ!!!

— ГБОР!

Гоблин, вооружённый мечом, с важным видом раздал приказы четырём гоблинам с дубинами.

Разумеется, в этом поступке не было ни капли храбрости, а одна лишь жгучая жажда мести.

Им явно не нравилось смотреть, как их компаньонов убивали, и им чертовски хотелось поколотить торжествующего противника. Больше всего на свете гоблинам приносило удовольствие избиение авантюристов и кража их снаряжения.

— Хммф.

Убийца Гоблинов сделал шаг назад, после чего придавил ногой к земле первую дубину, опасно размахиваемую вблизи него.

— ГБОРОБ?!

А пока монстр пытался освободить своё орудие, Убийца Гоблинов вонзил свой меч в того, кто попытался наброситься на него справа.

Лезвие прошло сквозь челюсти твари и пронзило её голову под необычным углом. Но оно не смогло выдержать вес гоблина и сломалось.

— ГООРОБООБО?!

— Ещё четыре.

Поправив свою хватку на рукояти меча, он встретил фронтальный удар дубиной, который попытался нанести ещё один монстр, своим щитом. В его левой руке закололо. Не останавливая руку, он проделал ею размашистый жест и с помощью щита шмякнул своего противника прямо о находящегося слева гоблина.

— ГБОР?!

 — ГОРОБО?!

— Следующий.

И пока те два гоблина всё ещё корчились от удара, он замахнулся рукоятью меча прямо на стоящее перед ним существо. Запаниковавший гоблин бросил свою дубину и попытался сбежать, но было уже слишком поздно.

— ГОБООРОГОБОГОБ?!

Один удар. Рукоять и гарда меча воткнулись прямо в гоблинский затылок, кроша его череп, от чего монстр заорал.

Рана не была критической, но это было неважно. Он мог попросту выбить дух из этого гоблина.

Убийца Гоблинов ударил тварь своим лишившимся лезвия мечом так, словно это был молот.

— ГОРОБ?! ГОРООГ?! ГООРОБОГ?!

Глухие удары и смачные трески раздавались, пока, наконец, из расколотого черепа не полились кровь и мозги.

Убийца Гоблинов цокнул языком и бросил меч, после чего сдвинул ногу в сторону, чтобы подобрать дубину, на которой он стоял.

— Это десять и четыре. Осталось трое!..

Два гоблина, барахтаясь, встали на ноги и одновременно напали на него.

Убийца Гоблинов разобрался с одним из них, воспользовавшись своим круглым щитом и раскалывая черепушку монстра, попутно уходя за пределы зоны атаки дубины другого гоблина.

— Осталось двое.

Разница в размерах тел означала и разницу в дальности удара. И в битве один на один он никак не мог проиграть гоблину.

Мгновение спустя предсмертный хрип следующей твари эхом раздался по стенам пещеры.

— ГОРООБОРОБ?!

— ГОРОБОГР!!!

Последний оставшийся в живых гоблин, тот, у которого был меч, не терял времени: он издал звучный вопль и поспешил прочь.

К счастью для гоблина, его враг направлялся вглубь пещеры. Если бы он выбежал наружу, за ним бы точно не последовали. Столь ненавистная яркость, царившая снаружи, теперь выглядела как спасительный свет.

Бросив своих товарищей, гоблин не почувствовал даже укола вины. Вообще, это они были виноваты в том, что он оказался в опасности.

Он пронёсся мимо всё ещё тлеющих останков других созданий, и всё бежал, бежал, бежал…

— Хрммф.

Убийца Гоблинов равнодушно отбросил покрытую мозгами дубину и подошёл к пронзённому копьём трупу.

Топор всё ещё лежал в его руке. Он подобрал его, взмахнул им в воздухе, определяя вес, и швырнул его.

Убегающий гоблин умер, до последнего мгновения своей жизни считая, что ему одному уж точно удастся спастись.

Топор расколол его череп сзади, разрубая его мозг. Он склонился вперёд и упал.

— Семнадцать.

Убийца Гоблинов достал новый факел из своего мешка с вещами и поджёг его тлеющими угольками того, что лежал среди останков группы разведчиков.

Затем он оглянулся на мгновение, а взгляд его был храбрее прежнего, и с помощью топора обыскал труп убитого топором гоблина.

Он искал меч. Когда он нашёл его, то засунул в свои ножны.

— Трое на разведывательной миссии, одно случайное столкновение, трое отдыхающих разведчиков, десять сидели в засаде. Всего семнадцать. Пленников нет. Нет тотемов. Нет яда, — пробормотал он себе под нос.

И как это интерпретировать? Разумеется, ответа он не услышал. Убийца Гоблинов начал размышлять.

Гнездо не было особо большим. Наверняка тут оставалось не так много гоблинов. А он ещё не разобрался с их лидером.

— Возможно, их вождём является хоб.

И всё же, он не почувствовал приближения хобгоблина.

Вскоре Убийца Гоблинов определил, что бы это могло значить.

— Это то, до чего мог бы додуматься только гоблин.

Он быстро проверил своё снаряжение. Шлем, броня, щит, оружие — всё было в порядке.

Он взял факел в свою левую руку и пошёл вглубь пещеры своей храброй, беспечной походкой.

Гнездо было достаточно большим, чтобы в нём могло обитать примерно десять существ. У него было несколько ответвлений, но и они были довольно ограничены.

Но больше всего тут выделялся неприятный, проникающий в нос душок, чётко говорящий Убийце Гоблинов о том, куда ему надо идти.

Он несколько раз повернул на извилистой тропе и вскоре подошёл к подгнивающей двери.

— Ах… ой! Это… Это больно?!..

— ГГГОРОООББ!!!

В поле зрения возник массивный гоблин, дёргавший женщину за волосы.

Женщина застонала от боли, но, судя по состоянию её тела, она находилась в том состоянии, в котором для сопротивления уже не было сил.

Из её головы было вырвано несколько прядей вместе с небольшими частями скальпа, но всё, на что была она способна в данный момент — это беспомощный стон.

Насмехаясь над её страданиями, хобгоблин вдруг осознал, что кто-то перегородил ему путь. Он посмотрел наверх.

— ГОРОББ…

Хобгоблин что-то пробурчал, подтянул женщину наверх и выставил её перед собой.

Каждая часть её тела отдавала отвратительной вонью; кровь и прочие телесные отходы смешались воедино и стекали по её телу.

Хоб грубо поставил её, сверкавшую лишёнными жизни глазами, перед собой и прикрылся её телом, будто бы пытаясь привлечь внимание Убийцы Гоблинов — наверняка сейчас он видел в ней лишь мясной щит.

— Глупец, — грубо бросил Убийца Гоблинов. — Это ничего не изменит.

Мышления хоба было понятно. На самом деле, в подобной ситуации каждый гоблин наверняка подумал бы так же.

Пока он мог выжить, годились любые методы.

Тварь намеревалась пожертвовать своими собратьями и сбежать вместе с женщиной.

Это то, до чего мог бы додуматься только гоблин.

— ГРОБО! ГОБООРОГБ!!!

— …

Он предположил, что ему сказали бросить своё оружие, отложить его в сторону или ещё что-то в этом роде.

Хобгоблин жутко ему ухмыльнулся, размахивая топориком в его правой руке.

Убийца Гоблинов посмотрел на женщину, которую существо использовало в качестве щита. Он взглянул ей в глаза. После чего он слегка кивнул один раз.

— Отлично.

Он достал меч, висевший у него на бедре, и бросил его на землю. Глаза хоба проследили за этим движением.

Убийца Гоблинов мгновенно бросился вперёд, безжалостно пнув тварь прямо в пах.

— ГГРООООРООБОРООБ?!

Монстр издал нечленораздельный крик от урона, нанесённого области между его ногами. Убийца Гоблинов, естественно, почувствовал, как что-то разорвалось под его ногой.

Гоблины всегда были такими самоуверенными. Хотя, даже после этого он ни капли не собирался тихо позволить убить себя.

— Эрг… аах!

— ГББРГО?! ГОРООБОГОРОГОБ?!

Трясясь в конвульсиях, хоб отбросил женщину в сторону. Стальной шлем бесстрастно посмотрел на него сверху вниз.

Затем Убийца Гоблинов подобрал свой меч, схватил его обратной хваткой, схватил гоблина за плечо и вонзил лезвие прямо в его жизненно важный орган.

— ГООБОР?!

Раздался лишь бессвязный рёв. Меч застрял прямо в затылочной части черепа этой твари. Убийца Гоблинов размашисто развернулся.

Меч разрезал его позвоночник со звучным треском, а хоб лишь единожды яро дёрнулся, после чего прекратил двигаться навсегда.

— Восемнадцать… Ты жива?

Отброшенная в сторону женщина дрожала. Крайне слабо, с дрожащими губами, она едва-едва выдохнула краткие «дх» и «аах».

— Ясно.

Убийца Гоблинов порыскал в своём мешке с вещами и достал оттуда свёрнутую шинель. Он накрыл ею женщину, и как только та покрыла всё её пропитанное отходами тело, он поднял её, словно груз.

Женщина что-то слабо пробормотала, на что Убийца Гоблинов ответил: — Ясно, — и кивнул.

— Я подобрал копьё, — сказал он. — Древко сломано, но наконечник цел.

Убийца Гоблинов тихо вышел из пещеры.

Слабое, отчаянное рыдание тяжёлым грузом раздалось на его спине.

Глава 5. О дне, когда его здесь нет

— Мрм… оох… хуа-а…

Зародившийся после рассвета прохладный бриз покалывал её кожу; она толкалась и ворочалась под одеялом, слегка шумя.

Обычно сейчас она уже ожидала услышать их — но сегодня возле неё не раздавалось никаких звуков шагов.

— …О-о-ох?..

Она была не из тех людей, которым тяжело давался подъём с кровати, но без привычных звуков ей было тяжело открыть глаза.

Когда она наконец выбралась из соломенной кровати, то потёрла свои тяжёлые сонные веки и хорошенько зевнула.

Полудни всё ещё были тёплыми, а вот ночью и утром уже начинало подмораживать.

Дрожа и пошатываясь, она, как и всегда, натянула нижнее бельё на своё по-здоровому пухловатое тело.

— М-мм… чуточку… туговато, кажется?

Неужели она прибавила в весе? Или же слегка подросла? Что бы это не было, она это не приветствовала. Постоянная покупка новой одежды и нижнего белья была довольно нечестной по отношению к её дядюшке.

«Но ведь и носить одежду, которая тебе не подходит, тоже нехорошо».

Может, она могла бы слегка перекроить уже имеющуюся одежду.

С такими мыслями в голове она открыла окно, и свежий утренний бриз ворвался к ней в комнату.

Улыбаясь от удовольствия, она выглянула наружу, опёршись своей роскошной грудью о подоконник.

Этот пейзаж она прекрасно знала и любила.

Широкие, уходящие чуть ли не за горизонт поля. Коровы, мычащие вдали. Кудахтанье куриц. Дым, поднимающийся от столь далёкого города. Мир.

— …Ох, точно, — рассеянно пробормотала Пастушка, греясь в лучах золотого солнца. — Сегодня его здесь нет.

 

§

 

— Почему бы тебе не пойти в город?

— Чего-чего?

Чтобы посмотреть на своего дядюшку, Пастушка повернула лишь головой. Завтрак был окончен, и она складывала блюда возле раковины.

Когда его здесь не бывало, надо было мыть не так много посуды. Это делало всё проще и тоже, пусть и по-своему, было хорошо.

— Я сказал: почему бы тебе не пойти в город?

Она вновь посмотрела на него. Выражение его лица было простым и искренним, а сам он угрюмо смотрел на неё.

— Хм? — спросила она, оглядываясь на него, попутно беря тарелки и протирая их. — Да как-то не особо мне туда и хочется. Да и дел у меня там практически нет.

— Ну а вот это уже неправда. — Её дядюшка всегда был таким серьёзным. Он продолжил, не оставив даже места для паузы: — Там ведь твои друзья, верно?

— Друзья, да…

Пастушка отрешённо улыбнулась. Она взяла пригоршню песка из стоявшего рядом с ней ведра и начала втирать его в поверхность одного из блюд со звуком шкхрть-шкхряб.

— Полагаю, этого человека можно при желании назвать другом. Но я думаю, что для меня она, скорее всего, больше компаньон, с которым мы разделяем общие ценности.

— Иногда тебе стоит выбираться отсюда и веселиться.

— Хм-м…

Пастушка издала звук, не похожий ни на согласие, ни на отказ.

Проверив, что втираемый ею песок избавился от всех пятен на тарелке, она вновь промыла её водой.

Наконец, она нежно протёрла блюдо, тем самым высушив его, и вернула его на полку для посуды.

— Но мне надо приглядеть за скотом и урожаем, проверить каменную стену и забор, доставить продукты, а затем нам обоим надо подготовиться к завтрашнему…

Она считала свои задачи на пальцах — у неё действительно было много работы. Так много всего надо было сделать. И сделать это надо было сегодня. Она должна была заняться всем этим сегодня. Всем этим надо было заняться, и откладывать это не стоило.

«Верно», — Пастушка кивнула, от чего её грудь слегка затряслась. — У меня нет времени на баловство. Хорошо, что у нас полно работы!

— А я говорю тебе сходить повеселиться. — Его голос не принимал никаких возражений.

Она посмотрела на него, ошеломлённая его резким тоном.

Её дядюшка был непреклонен. Когда он становился таким, то скорее горный ландшафт бы изменился, чем его мнение. Он провёл десять лет растя её, и она прекрасно его понимала даже без слов.

— А? Но… ам…

— Ты всё ещё в нежном возрасте. Сколько тебе? Я хочу услышать, как ты произносишь это вслух.
    — Ам, мне… восемнадцать… — Она неистово кивнула. — Почти девятнадцать.

— Тогда работа от рассвета и до заката не является твоей обязанностью. — Пастушка напрягла свой мозг в попытках подобрать ответ.

«…А? Почему это я так сильно против прогулки в город?»

Эта мысль вспышкой пронеслась по её разуму и исчезла. Сейчас было не до неё.

— Н-но что насчёт денег…

— К счастью, мы не крепостные. Недостаток ресурсов не управляет нашими жизнями.

— Ну, да, но…

Это было бесполезно. Её вялое сопротивление быстро было подавлено, и Пастушка потеряла дар речи.

Ну и что теперь? Тарелки были чисты, и у неё больше не было на руках карт, которые она могла бы разыграть.

Она лениво походила по кухне, пока, наконец, не плюхнулась в кресло напротив своего дядюшки.

— Тебе не стоит беспокоиться обо мне. — Он был как всегда добр и говорил с ней, словно с маленьким ребёнком.

Пастушка накуксила губы — не обязательно было говорить с ней именно так — но ничего не сказала. Может, и сам этот поступок был каким-то детским. В таком случае…

— Сходи повеселись. — Пока он смотрел на неё, его морщинистое лицо смягчилось и расслабилось. — Юная девушка, работающая на ферме каждую минуту своей жизни, кроме тех, когда она спит? Уверен, у тебя там найдутся какие-нибудь девичьи дела, или тебе просто захочется чем-нибудь заняться.

— Наверное…

Пастушка не особо в этом разбиралась.

«Девичьи дела?»

Чем бы она могла заняться? Приодеться? Поесть сладостей? Все её идеи казались пустыми и неясными.

По сравнению с этим, завтрашняя погода выглядела ясной и понятной…

— …Ладно, — сказала она минуту спустя, всё ещё неуверенная в том, поняла она хотя бы что-то или же нет. — Я схожу туда ненадолго.

— Да, так и поступи.

— …Ладно.

Увидев облегчение на лице своего дядюшки, она смогла лишь кивнуть.

 

§

 

У неё не было тележки, а его не было рядом — она была здесь сама по себе.

Она заметила, что её шаг был довольно неустойчивым, хоть она и шла в город по столь знакомой дороге.

Как она обычно ходила по этой дороге? В итоге она почувствовала себя крайне озадаченной.

А затем, прорезая путь сквозь толпу входящих и выходящих авантюристов и торговцев, она прошла сквозь городские врата и вошла в город.

Пастушка криво улыбнулась, когда ноги начали нести её к Гильдии Авантюристов — месту, к которому она шла в первую очередь, когда оказывалась в городе. Осознанно отменяя действия своего подсознания, вместо гильдии она пошла прямо вперёд, вглубь города, к рыночной площади.

В воздухе витали болтовня, крики торговцев, звуки детских игр, крики их матерей, зовущих их, и переговаривающихся друг с другом авантюристов. Погрузившись с головой в эти звуки, Пастушка безучастно села на случайную скамейку. Она наблюдала за мальчиком и девочкой, возможно, лет десяти, пробегающими мимо. Она проследила за ними взглядом и вздохнула.

«Если подумать…»

— …А у меня вообще есть друзья?..

В этом мире не осталось никого из тех, кого она могла бы знать с самого детства. Она переехала десять лет назад, и первые пять лет из этой декады она была поглощена лишь тем, что было у неё прямо перед глазами*.

«Как-то поздновато сейчас предаваться воспоминаниям».

Учитывая то, какой она была тогда, ей ещё повезло, что он позвал её, пока та мялась на месте.

Тогда на его шлеме всё ещё были рога, а её волосы были гораздо длиннее.

Все последующие пять лет её голова была заполнена лишь им. Она прицепилась к нему, не имея возможности просто повеселиться.

— Ох, но…

Она помотала своей головой, думая о регистраторше и официантке, с которыми она виделась практически каждый день. Их вполне можно было посчитать её подругами — но их было всего две. Что ж, и двоих друзей было вполне достаточно.

Множество людей вообще не имеет друзей.

— …Я вполне неплохо справляюсь.

Эта мысль хорошенько поправила её настроение. Она слабо улыбнулась и продолжила наблюдать за людьми, приходящими и пересекающими площадь.

Выражения их лиц казались бесконечно разнообразными. Кто-то, кажется, был занят своим времяпрепровождением, кто-то выглядел печально. Некоторые казались одинокими, другие радостными. Но все они шли по площади без единого колебания, имея в головах какую-то конкретную цель. Работа или еда, или место, которое они звали домом, или же место, в котором они могли повеселиться, или, или…

Совсем не как она.

Пастушка сидела на скамейке, прижав колени к груди.

«Это серьёзная проблема».

«В конце концов, у меня всё же нет никаких привязанностей к чему-либо за пределами фермы…»

— ?.. Что-то не так?

Ей показалось, что она узнала раздавшийся над её головой голос.

Она посмотрела наверх и увидела девушку с золотистыми волосами, глядевшую на неё с лёгким замешательством. У неё была элегантная стройная фигура, а одета она была в скромную конопляную одежду, простую и непритязательную.

Пастушка моргнула, пытаясь вспомнить, кем та была, а затем хлопнула в ладоши.

— Э-эй, ты ведь та жрица…

 — Ох, да. А вы девушка с фермы, верно?

— Ага, всё верно. — Пастушка кивнула и встала, похлопав себя по округлому заду, стряхивая с него пыль. — Что с твоей одеждой?

Вместо своего обычного одеяния Жрица была одета в уличную одежду; по сути, её нынешняя одежда могла вполне себе принадлежать девушке из фермерской деревушки.

— В этот раз мне пришлось остаться тут, так что я подумала… может, мне стоит сходить развеяться. — Тонким пальчиком она почесала свою щёку в жесте, ярко показывающим неловкое смущение. — Но я совершенно не знаю, чем мне заняться.

— Ага, я тоже. Я прекрасно тебя понимаю. Обычно, я бы просто занималась всякими фермерскими делами.

Ого. Они были одинаковы.

Она знала, что её чувство сплочённости может оказаться односторонним, но Пастушка всё же глубоко вдохнула, вздохнула и слегка расслабилась. Всё-таки, она всегда была дружелюбной; она совсем не нервничала. Да и, в любом случае, она ведь была одним из членов его группы.

Нельзя было сказать, что в её голове не осталось ни тени сомнений — но Пастушка решительно вознамерилась заставить себя придерживаться дружелюбной позиции.

— Ты сказала, что в этот раз тебе пришлось остаться тут. Почему же?

— Ох, а-а-амм, как бы… — Вдруг, Жрица прервалась и не смогла закончить предложение; её глаза начали метаться из стороны в сторону. Её щёки покраснели — у неё что, слегка приподнялась температура? — а её глаза с подавленным видом уставились на землю.

«Хм?» — подозрительно подумала Пастушка, но объяснение было уже на подходе.

— Сегодня… слегка тяжеловатый день для этого…

— Конечно. — Пастушка натянуто улыбнулась и кивнула. Каждой женщине приходилось иметь дело с такими моментами.

Должно быть, смущённой юной девушке было очень тяжело, когда из неё чуть ли не вырывали подобную информацию.

— А чем ты обычно занимаешься, ну, знаешь, когда не ходишь в приключения?

 

 

— Молюсь.

Пастушка знала, что это была неуклюжая попытка сменить тему разговора, но ответ девушки был кратким и простодушным. Она более-менее подходила под образ, который Пастушка сформировала в своей голове, пару-тройку раз увидев её издалека.

— Правда! — одобрительно сказала Пастушка, а Жрица приложила свой тонкий пальчик к губам и задумалась.

— Ещё я читаю священные писания, Справочник Монстров и тренируюсь.

— Боже, а ты из серьёзных, да?

— Просто я ещё недостаточно изучила.

Возможно, Жрица не привыкла к похвалам, потому что удивлённое лицо Пастушки заставило её покраснеть от смущения.

«Хмм…»

Она решила не говорить, что запланировала попозже расхвалить ему Жрицу.

Несмотря на свой внешний вид, он по-своему заботился о людях, так что, быть может, она лезет не в своё дело, но…

— …Эй.

— Да?

— Не хочешь прогуляться? — Пастушка улыбнулась. — Раз уж мы тут столкнулись друг с другом и всё такое.

— …Вы правы. — Жрица вновь улыбнулась, да так, словно в поле расцвёл маленький цветочек. — Да. Давайте немного пройдёмся.

 

§

 

— Если подумать, до него ещё далековато, но стоит лету закончиться, как нагрянет фестиваль урожая, верно?

— Ах да. В Храме скоро начнутся приготовления к танцу подношения.

— Интересно, кого выберут на роль танцовщицы. Ты не думала вызваться в кандидатки?

— Нет, едва ли. Эта роль требует огромной ответственности. Я ещё не готова.

— Думаешь? Может, нашей ферме стоит установить прилавок… мы могли бы подготовить что-нибудь, помимо еды.

— На улице уже так жарко, но осень наступит, не успеешь и глазом моргнуть, не так ли?

Пока эти двое шли рядом друг с другом, не имея конкретной точки назначения, они лениво переговаривались.

Приграничный городок был одним из самых далёких от центра страны поселений. Естественно, в нём бывало много посетителей, а целые толпы людей шли куда-то именно через него. Но да, конечно, их было не так много, как в водном городе или же Столице, так что они встречали множество знакомых лиц тут и там, пока бесцельно прогуливались.

— Ох, рад встрече!

— Здравствуйте!

Пройдя мимо знакомого авантюриста, Пастушка поклонилась, а Жрица уважительно кивнула. Её круг знакомых определённо вырос после нападения гоблина-лорда на город.

«Весьма странное ощущение».

Пастушка непроизвольно захихикала, незамедлительно приковав к себе озадаченный взгляд Жрицы.

— Да ничего, ничего, — маша рукой сказала Пастушка, но улыбка никак не сходила с её лица.

Что бы он не говорил, он явно был связан с огромным количеством людей.

«Совсем не как я, да?»

— …Эй. А какой он? В смысле, обычно.

— Какой он? Что вы имеете в виду?

— Мне просто интересно, вдруг он, ну ты знаешь, бывает занозой в одном месте или ещё что…

Пастушка соединила руки на спине и покружилась на месте, но Жрица взмахнула рукой и сказала:

— Ох, что вы! Он всегда помогает мне и всё в таком духе. Боюсь, это я вечно доставляю ему проблемы…

Ни в словах Жрицы, ни на её лице нельзя было узреть ни капли фальши.

От облегчения Пастушка расслабила свою было напрягшуюся внушительную грудь. Облегчение было вызвано словами о том, что он не доставлял проблем? Или же то, что к нему не испытывали неприязни? Она не знала, какой вариант был верен.

— Но… — Голос Жрицы затих, и она дразня подмигнула. — …Возможно, он всё же бывает занозкой.

— Ох, вот оно как?

Эти двое переглянулись и рассмеялись.

Тот факт, что он был совместной для них темой, был весьма сомнительным во многих смыслах, но в то же время о нём так легко было разговаривать. Как он мог быть настолько странным, серьёзным и недогадливым, и при этом тебе никак не удавалось давать ему делать всё, что только вздумается. Он давал им неплохую пищу для разговора.

— Но я действительно многим ему обязана.

Жрица описала ту его сторону, которую Пастушка никогда не видела.

Как когда она впервые увидела его, то решила, что это какой-то монстр. Каким он был, вероятно пытаясь вести себя как авантюрист Серебряного ранга. Как быстро он оказывался под столом, когда группа собиралась выпить. Как он всегда охотно вызывался в дозор, внимательно учитывая большое количество заклинателей в их группе.

«Это звучит так в его духе», — подумала Пастушка. Но ещё она подумала: «Он ходил пить вместе со всеми?»

— И он многому меня научил о том, как быть авантюристкой.

— Чему, например?

— Например… — Жрица приложила пальчик к своим губам. — Например, он рассказал мне о кольчуге.

— Кольчуге?..

Где-то в глубинах подсознания Пастушка попыталась вспомнить все предметы, которые он держал в своём сарае. Кольчуга была одной из любимых частей его снаряжения. Она вспомнила, как он бережно полировал её при помощи масла. Он даже показывал ей, как делать экстренную починку повреждённых сегментов с помощью проволоки.

— Но… — Она вдруг вспомнила вопрос, который царил в её голове уже долгое время. — Разве она не тяжёлая?

— Если повязать пояс вокруг бёдер или живота, это распределит вес по всему телу, так что всё не так уж и плохо. — После чего она добавила: — Но плечи всё равно затекают.

Пастушка кивнула. В этом был смысл.

— Тяжело быть авантюристкой, да…

— Я ношу лишь кольчугу, но я осознала, что многие маги предпочитают не носить вообще никакой брони. — К примеру, дворф, кажется, полностью игнорировал сам факт её существования.

От слов Жрицы Пастушка уклончиво кивнула. Существовало старое предание, гласившее, что металл вмешивается в действие магии — но она не знала, было ли оно правдой. Она сама частично была уверена, что это лишь суеверие, но изредка она встречала людей, которые держали у себя подковы, чтобы отгонять магию.

Магия, колдовство и божественные чудеса были той темой, о которой Пастушка знала ровным счётом ничего.

Гораздо сильнее её заинтересовало…

— Кольчуга, да?

— Простите?

— …Эй, в Гильдии ведь продают кольчугу, броню, шлемы и всё такое, верно?

— Что? Ох, да, — сказала Жрица, поспешно кивая. — Я сама купила там свою кольчугу.

— В таком случае… — Пастушка ухмыльнулась, словно ребёнок, ускользнувший из под надзора своих родителей, чтобы поиграть. — Как насчёт немного посмотреть на товар?

 

§

 

— О-ойой…

И вот перед глазами Пастушки оказалось нижнее бельё.

Или, если точнее, броня, практически выглядевшая как нижнее бельё.

Это был набор, включавший в себя броню для груди и небольшой кусочек брони для нижней части тела. Если не придираться, то это вполне можно было назвать лёгкой бронёй.

В вопросе мобильности она на голову превосходила полноценный набор металлической брони.

Броня эта сама по себе имела прекрасные изгибы, была крепкой и искусно сделанной. С такой перспективы она была безукоризненной.

Проблема крылась в том, что она покрывала недостаточную площадь тела.

Это была всего лишь броня для груди — если честно, это была броня для груди — и трусики.

Действительно, в наборе были ещё и наплечники, но дело было совсем не в них.

— А? В-вместе с этим ведь надо носить что-то ещё, да?

— Нет, это полный набор. — Паренёк-подмастерье, сидевший за прилавком и водивший мечом по круглому точильному камню, взглянул на них. Теперь он пристально смотрел на них, не отрываясь, скорее всего из-за того, что на самом деле он переживал о том, как девушки держали в руках товар.

— Кто… кто-нибудь действительно покупал это? — спросила Жрица неверящим голосом. Не было понятно, заметила ли она, как покраснели его щёки.

— Ну, в ней легко передвигаться. Да и какую-никакую защиту она предоставляет… по крайней мере, на это делается упор при продаже. — Затем паренёк пробормотал нечто, что звучало как оправдание: — Не уверен, точно ли мне стоит говорить это, но, — и добавил: — Некоторые девушки, ну, вы знаете. Они хотят, ух, привлекать парней…

— Привлекать? Да, в этом наверняка можно привлечь к себе внимание. — Пастушка взяла в руки бронелифчик, покраснев и пробормотав: — Ойой.

Она осмотрела её спереди, повернула и осмотрела её сзади, провела пальцем по некоторым углам той части, что должна была держаться на бёдрах, отодвинула его, всё ещё держа в руках, и осмотрела ещё раз.

— А разве оно не чересчур откровенно?

— …Мы получаем на неё достаточно заказов, чтобы она заслуживала право висеть тут, — пробормотал паренёк-подмастерье, тактично отведя глаза.

— Хм-м, — вздохнула Пастушка. — Полагаю, для ношения чего-то столь опасного требуется храбрость. Это ведь по сути своей купальник.

— И правда… — Жрица кивнула с непонятным выражением лица. С огромным любопытством она пошла изучать предметы на полках. Скорее всего, как та, кто всегда находился в тылу, она не так часто имела дело с оружием и бронёй. Жрица вызывала в Пастушке чувство любопытства.

— Ох, это же… — Вдруг Жрица застыла перед демонстрационным набором брони. С улыбкой на лице она взяла что-то в руки. Это был шлем.

— Эй, я узнаю его.

Это был вполне естественный ответ от Пастушки, которая тоже улыбалась. Жрица взяла сверкающий, но дёшево выглядящий шлем. За исключением рогов, торчащих с обеих сторон, и того факта, что он был совершенно новым, этот шлем был прямо как у него.

Пастушка посмотрела вниз и уставилась на шлем, вглядываясь сквозь его пустое забрало, после чего хлопнула в ладоши.

— Эй, а почему бы нам не надеть его?

— А? А разве можно? — Жрица ошарашенно склонила голову от столь неожиданной идеи.

— На вывеске написано, что тут можно примерять вещи.

— Ам-м, ну ладно, чему быть, того не миновать…

Держа шлем с лёгкой неохотой, жрица сперва надела хлопковую балаклаву, на которой было написано «Для примерок». Она натянула её, внимательно присматривая за своими длинными волосами, после чего скользящим движением надела шлем.

— О-ойой…

Её хрупкое тельце склонилось на одну сторону; должно быть, на вид тяжёлый шлем оказался тяжёлым и в действительности. Пастушка рьяно протянула руки, чтобы поддержать её. Стройная фигура девушки оказалась ужасающе лёгкой.

— Воу, ты там в порядке?

— Ох, я в порядке. Просто слегка потеряла равновесие…

Через забрало можно было увидеть глаза Жрицы, всё ещё невинные, несмотря на надетое снаряжение. Судя по лёгкому покраснению на её щеках, можно было заметить, что её эта ситуация до странного смущала.

— Хех-хех… я… Я думаю, он довольно тяжёлый. И в нём тяжеловато дышать…

— Всё потому, что этот шлем закрывает голову целиком. Это вполне естественно — а забрало довольно плотно сидит.

От замечания паренька-подмастерья Жрица поспешно ослабила зажимы, и забрало поднялось.

— Фууф!

Пастушка рассмеялась от этого казавшегося непроизвольным вздоха, отчего лицо Жрицы стало ещё краснее.

— Э-это не повод для смеха!..

— Аах-ха-ха-ха-ха! Прости, прости. Ладно, я следующая.

Жрица сняла шлем, а затем и балаклаву. Когда Пастушка взяла их и натянула хлопковую защиту для головы то уловила слабый сладковатый аромат пота.

«Хм?»

Это было…  нет, не парфюм, но как ей удавалось естественным образом источать такой запах?

«Завидую!» — с этой мыслью она надела шлем.

— О-охох… а тут довольно тесно.

— Ага, я же говорила?

Через тесные щели в забрале мир казался тёмным, узким, и от него так и веяло дурными предчувствиями. Она с усилием вобрала в себя воздух и выдохнула, после чего вид в её глазах начал пошатываться.

«Такой мир встаёт перед его глазами?»

Как же она, Жрица, и другие его компаньоны представали в его глазах? Как выглядели их лица.

— Я могу более-менее представить себе это, но…

— Что такое?

— Мм. Разве то, что он может видеть наши лица, а мы не можем видеть его, не слегка нечестно?

— Аах, — одобрительно сказала Жрица, хихикая. — И правда.

— Не то чтобы я думаю, что он сознательно пытается его скрыть… Хоп!

Она кивнула, когда паренёк-подмастерье сказал: «Не забудьте положить его туда, где взяли, хорошо?» Она вернула шлем и балаклаву на полку.

Она вздохнула, а её грудь начала подскакивать, пока она потягивала свою шею во все стороны. Она явно не считала, что находится в плохой физической форме, но, всё равно, броня определённо напрягала плечи.

«Хм-м-м…»

— Скажи-ка…

— Да?

— Раз уж мы здесь… — Пастушка улыбнулась, словно дитя, задумавшее шалость. — Почему бы нам не примерить ту броню?

Жрица посмотрела туда, куда та указывала пальцем, после чего опустила голову, а лицо её пылало яркой краской.

 

§

 

— Во-от блин! Моя страна теперь, словно гренки!

— Какая жалость… Что ж, это ни капли не смешно.

— Этот дракон слишком уж силён! У меня нет ни подходящего снаряжения, ни навыков для победы над ним!

— Но ты найдёшь способ победить. Разве не поэтому у тебя Платиновый ранг?

После осмотра изделий в мастерской эти двое прибыли в таверну и застали странное зрелище.

Полдень уже прошёл, а сумерки ещё не наступили, и в таверне Гильдии было не так много посетителей. Но все выглядели готовыми к их нашествию. Стулья стояли возле столов, а официантка подметала угол пола.

Инспектор, Регистраторша и Высшая Эльфийка Лучница сидели за столом с разложенными перед ними картами. Компания из них была странная, но какая уж была.

— Чем вы все занимаетесь?.. — нерешительно спросила Жрица, моргая и поглядывая на столешницу.

Она всё ещё выглядела взбудораженной от случившегося ранее и никак не могла успокоиться; она поправила свою слегка встрёпанную одежду.

— Ох, это настольная игра, — ответила Регистраторша, поглядывая назад на Жрицу через плечо. На ней тоже была не униформа, а личная одежда. Выглядела она опрятно и модно.

Подумав про себя: «А она хорошо выглядит», — Пастушка направила свой взгляд на стол. Там, разумеется, лежало игровое поле с несколькими фишками, картами и игральной костью на нём.

— Я нашла её вчера, когда разбирала некоторые старые документы, так что мы подумали, почему бы нам не попробовать…

— Только вот этот дракон! Он такой сильный! — проскулила Высшая Эльфийка Лучница, а её маленькая грудь упёрлась в стол.

— Не будь он так силён, то не был бы драконом. Я понимаю, о чём ты, но не принимай это так близко к сердцу, — сказала Инспектор — тоже в повседневной одежде — с натянутой улыбкой. Предположительно, красного цвета фишка в виде дракона, стоявшая прямо в центре стола, и была обсуждаемым вирмом. А лежавшие вокруг него фишки были авантюристами, погибшими в сражении с ним.

— Ну так как ты себя чувствуешь? — спросила Высшая Эльфийка Лучница, повернув свою голову в сторону Жрицы.

— Ох, хорошо. — Жрица смущённо кивнула. — Всё уже почти закончилось.

— Славно, — сказала Высшая Эльфийка Лучница, помахав ей. — В таком случае помоги мне тут. Мне уже не хватает авантюристов.

— В этой… настольной игре… есть авантюристы? — Пастушка склонила свою голову набок от недоумения. В этом практически был смысл, но она всё никак не могла сложить из кусочков пазла общую картину.

— Простым языком, — сказала Регистраторша, — ты притворяешься авантюристом. Хотя здесь полно правил и всякого прочего.

— Притворяешься авантюристом? — пробормотала Пастушка, размышляя над этой идеей. — То есть, надо, как бы, убивать гоблинов и всякое такое?

— Конечно. Можно встретить несколько базовых монстров, когда ты в роли авантюриста пробираешься по пещере. — Регистраторша ткнула в одну из металлических фишек, скорее всего напоминавшую потёртого воина в лёгкой броне или вора, и улыбнулась. Насколько Пастушка могла судить, на фишке не было шлема. Она оказалась слегка разочарована этим фактом.

— Так всё выглядит с высокоуровневой перспективы, где вопрос уже заключается в том, сможешь ли ты спасти мир от нависшей над ним угрозы.

— Тебе надо собрать легендарные оружие и броню и прокачать свои скиллы до необходимого уровня до того, как дракон пробудится, — пробурчала Высшая Эльфийка Лучница, резко поднимая голову, дав своим ушам повиснуть. — Но нам не хватает либо рук, либо времени.

— Можно ещё брать квесты в деревнях и собирать снаряжение, и сражаться с драконом… — Инспектор перечисляла задачи на пальцах, кивая самой себе. Кажется, она была полна уверенности, несмотря на свой проигрыш в битве, отчего выглядела глупой, но надёжной. — Можешь попробовать и узнать, каково управлять Гильдией Авантюристов, где тебе приходится заниматься абсолютно всем.

— Не знала, что существуют такие игры, — сказала Пастушка, с невероятным интересом протянув руку и подобрав фигурку, выглядящую как рыцарь в броне и шлеме.

Он выглядел более потёртым, или же, как минимум, его броня выглядела более дешёвой — но какой же чудесный рыцарь. Неплохо.

— Для меня такое полностью в новинку…

В её голове «игры» в основе своей были ограничены теми, где ты набираешь очки с помощью комбинаций карт. Похожие развлечения могли включать в себя прослушивание музыки, игры с кубиками и, возможно, соревнования, если дело было на фестивале.

Регистраторша захихикала, увидев, как та уставилась на поле и фишки.

— Хочешь попробовать?

— А? Можно?

— Конечно, — сказала Регистраторша, сморщив глаза и кивнув в ту сторону, где радостно светилось лицо Пастушки. — Нелегко просто ждать здесь и ничего не делать, верно?

— Хрм. — Из Пастушки вырвался лишь тихий звук. Эту девушку нельзя было обхитрить.

«Полагаю, именно таких и называют взрослыми женщинами».

Знала ли она о мыслях Пастушки или же нет, Регистраторша никогда не прекращала улыбаться.

— Давайте, мы будем только рады новым авантюристам. Не стесняйтесь!

— Ух, ладно, вы не против, если я, тогда… Как насчёт присоединиться ко мне? Раз уж вы здесь…

— Ох, хорошо!

Пастушка потянула Жрицу за рукав, практически силком утягивая её на стул. Теперь за круглым столом сидело пять женщин, формирующих собой полноценный круг. Несомненно, много авантюристов, знай они об этом, начали бы сетовать, как же им хочется в таверну.

— Итак, начните с выбора фишки, пожалуйста, — сказала Регистраторша, а её голос и улыбка были гораздо мягче, чем когда она стояла за стойкой регистрации.

— Хм-м… — Пастушка выставила руки перед грудью и скрестила их, внимательно уставившись на самых разнообразных авантюристов, стоявших на поле ровным рядом.

«Да… Думаю, я хочу взять этого».

Неуверенная в своём выборе, она взяла рыцаря, которого заприметила ранее. Из-за стального шлема увидеть его лицо было невозможно, но у него были щит и поднятый меч, а сам он смотрел точно вперёд.

— Лично я… думаю, мне пойдёт этот.

—Ох, ам, я возьму… — Жрица приставила свой бледный пальчик к губам и задумалась, слегка отрешённо глядя на фигурки. Затем, с громким «ах!» она огляделась и выбрала одну конкретную фишку.

— Э-эту, пожалуйста!

Выбранный ею персонаж был эльфийкой-заклинательницей, роскошное тело которой было покрыто робой.

— Хороший выбор, — сказала Высшая Эльфийка Лучница с понимающим смешком, и Жрица слегка неловко поёжилась.

— Ладно, что касается меня… — Высшая Эльфийка Лучница дёрнула ушами с выражением лица охотника, выслеживающего свою добычу. — Ладно! На этот раз я возьму его! Дворфа-воина!

— Боже, а ты уверена? — спросила Регистраторша, но Высшая Эльфийка Лучница ответила:

— Ну разумеется! — и выпятила свою маленькую грудь. — Я покажу этому дворфу, что я гораздо лучше в… дворфании… чем он когда-либо был!

— Тогда я продолжу играть за скаута.

— Хех-хех-хех! Это значит, что у вас нет монаха. Что ж, эту роль я возьму на себя.

С улыбкой на лице Регистраторша поставила воина в лёгкой броне в потёрто выглядящей броне, а в это же время Инспектор выбрала старика, держащего святую печать.

И вот авантюристы были собраны. Рыцарь в броне и шлеме, эльфийка-заклинательница, дворф-воин, скаут в лёгкой броне и монах-ветеран. Это была группа, отправившаяся сразиться с гигантским драконом и спасти мир. Регистраторша кратко объяснила правила Пастушке, после чего вторая крепко сжала в руке игральную кость.

«Вперёд».

— Мой авантюрист — это герой, который защитит деревню, спасёт принцессу и одолеет дракона!

Под это решительное заявление Пастушка сделала первый бросок кости, упавшей прямо на игральное поле*.

 

§

 

— Аах, мы проиграли.

Город и небо были окрашены в ультрамариновый цвет сумерек. Пастушка равнодушно говорила, глядя на сверкавшие в далеке звёзды. Пока она шла, соединив руки за спиной, Жрица семенила за ней маленькими шажками, словно крохотная птичка.

— Мы так и не смогли добыть Меч Убийства Драконов, да?

— Не смогли пробиться сквозь его чешую.

В итоге их руки были заняты убийством гоблинов. А дракон уничтожил девушек, и им не удалось спасти мир, но…

— Но это определённо было весело, не так ли? — сказала Жрица.

— Ещё как, — согласилась Пастушка.

Осень всё ещё казалась такой далёкой, но бриз, дувший всё холоднее и холоднее, недвусмысленно намекал о её приходе.

Мир, который он видел.

Мир, в котором он жил…

Ей удалось хотя бы мельком увидеть его.

— Эй… — Пастушка рассмеялась от ласкающего её ветра, а на щеках её до сих пор играл румянец от игры. — Примерка товара в оружейной лавке, игра в таверне… Не особо-то это и по-девичьи, да?

— Ах-ха-ха-ха…

Жрица сухо засмеялась и уклонилась от вопроса. Она была на три-четыре года младше Пастушки и выглядела в её глазах похожей на младшую сестру.

«Интересно, что о ней думает он».

— Хм. — Возможно, Жрица заметила тихий вздох, который издала Пастушка, а может и нет. Но она посмотрела на неё с простодушной улыбкой.

— Я бы хотела как-нибудь ещё раз поиграть.

— …Ага. Я тоже.

— В таком случае… — Жрица убежала на несколько шагов вперёд, и шажки её отдавали лёгким топ-топ-топ, развернулась на месте и встретилась лицом к лицу с Пастушкой. Её золотистые волосы струились на ветру, ловя последние лучи уходящего солнца и сверкая его затухающим светом. — …Давай сделаем это!

«А. — Пастушка выдохнула, даже не заметив этого. — Полагаю, у меня всё же есть здесь связи».

Она думала, что у неё есть лишь он да ферма. Но из-за того, что он был связан с этой девчонкой, та попала и в её круг.

— …Конечно. — Пастушка отряхнула свой зад и улыбнулась. — Давай как-нибудь повторим.

Глава 6. О разрушении захваченной демонами Башни Смерти

Дилииинь. Звеня своим шумным посохом, она прищурилась от ощущения радостного комфорта. Первый ветерок, намекавший на окончание лета, нежно касался её щёк. В созвучии с ним громыхала и повозка. Как приятно было бы идти бок о бок по дороге.

Она вернулась в чувства. Она почти забыла, что находилась в самом разгаре квеста по сопровождению. Как члену духовенства, ей иногда казалось, что в такие моменты она могла почувствовать присутствие богов.

Лишь парочка облаков испещряли небо. Вдали летала тёмная тень. Ястреб? Орёл? Сокол?

— Эта птица летит довольно высоко, тебе так не кажется?

— Действительно…

Заговоривший с ней сидел на крыше повозки.

Находившийся наверху рейнджер с луком, естественно, сидел там не веселья ради. Кто-то должен был нести дозор. Рейнджеру доверили приглядывать за окружением, и его вид показывал, что он явно ничего не упускал из виду.

Таким образом, подозрительный тон голоса Рейнджера заставил её тотчас же покрепче схватиться за свой шумный посох. Все остальные тоже подготовили своё снаряжение к моментальному использованию, приготовившись биться с тем, что они ещё даже не видели. Единственным, кто, кажется, ничего не заметил, был владелец повозки, торговец. Они проигнорировали его, когда он спросил: «Вы чего это все?»

Тихим голосом Рейнджер произнёс:

— Тебе не кажется, что эта птица слегка великовата?

— Знаешь, теперь, когда ты упомянул об этом…

Это случилось, когда она попыталась присмотреться.

Оно сокращало дистанцию, даже когда она просто смотрела: кожа и когти, клюв и пепельного цвета крылья.

— …Демон!

Они отреагировали на голос Рейнджера, своего компаньона, но отреагировали слишком поздно, чтобы взять инициативу. В её случае, слишком поздно, а монстр — каменный демон — был больно быстр. Дело было не в судьбе и не в шансе, а в холодной и расчётливой разнице в способностях, приведшей к её гибели.

Даже когда она лишь подумала: «А?!» — её ноги уже парили над землёй. Она молотила ногами, но это ничего не изменило; её утащили прямо вверх. Земля, повозка, её друзья — всё это лишь отдалялось и отдалялось.

— Эргх… а-ах… оу… и-и-и-ия-я-яй?!

Она била монстра своим шумным посохом в отчаянных попытках сопротивления, после чего тот сильнее впился когтями в её плечо и потряс её.

Она посмотрела вниз и взвизгнула при виде такой высоты. Она почувствовала, как нижняя половина её тела намокла.

— Хрргх… И-и-иягх!

На этом проблемы не заканчивались. Её бедро горело так, словно его ударили раскалёнными щипцами. Должно быть, Рейнджер выпустил стрелу в попытках сделать хоть что-нибудь, а демон, скорее всего, воспользовался ею в качестве щита.

Она посмотрела вниз, и взор ей размывали слёзы, чтобы увидеть, как их заклинатель начал что-то скандировать.

«Стойте, стойте, стойте, стойте! — Она отчаянно трясла своим шумным посохом, мотая головой. — Нет, нет!»

«Мы ошиблись! Это не демон! Это не!..»

— А-а-а-а-а-ах!

Существо уклонилось от потока молний, мотая ею в воздухе. Стрела в её бедре вонзилась поглубже в плоть. Она закричала и затряслась.

Не стоило ей этого делать.

Когти соскользнули с её плеч, разрывая кожу и плоть и разбрызгивая наружу кровь.

— Хрк!

С её губ сорвался звук. Ощущение парения. Ветер. Ветер. Ветер. Ветер.

«Оу-у, мне страшно, помоги мне, Бог Знаний, о Господи, о Господи!..»

К сожалению, пусть её желание и шло от всей души, молитвой оно всё же не являлось.

Так что оно не достигло богов. Её небольшая удача заключалась в том, что она не почувствовала боли. А вот не везло ей ровно до того момента, как она ударилась о землю, сохраняя сознание во время падения.

И хоть сейчас она была дёргающимся куском раздробленной плоти, это не имело уже никакого значения.

 

§

 

— Итак, в чём заключается план?

Бесцеремонный мужской голос раздался среди обдуваемой яростным ветром пустоши. Благодаря висевшему на спине копью и надетой на нём броне, выглядел он симпатичным и храбрым.

Перед глазами Копейщика высилась белая башня, сверкающая в лунном свете. Стены её были сделаны из мерцающего белого камня; судя по тому, как она возвышалась в небеса, не имея ни одного видимого соединения, это наверняка была слоновая кость. Но мысль о том, что настолько гигантских слонов просто не существовало, оставила на подкорке сомнение, заставив считать, что тут была замешана магия.

— Полагаю, в этой штуке как минимум шестьдесят этажей.

— Войти туда через парадную дверь будет довольно сложно.
    Ответ пришёл от того, кто выглядел не менее героично, чем Копейщик. Его мускулистое тело было облачено в броню, а на спине он нёс широкий меч длиною почти с его рост. Воин в Тяжёлой Броне, довольно известный в пограничном городке, вытянул свою ладонь и посмотрел наверх, с прищуром глядя на вершину башни.

— Шанс того, что эта башня была построена одним из тех придурков, что с радостью заполняют их монстрами и ловушками, равен восьмидесяти-девяноста процентам.

У его ног лежал жестоко искалеченный труп; кажется, его сбросили с огромной высоты. Они уже забрали ярлык уровня, что висел у него на шее, и где были указаны имя, пол, ранг и класс. Исходя из этого, стало ясно, что тело принадлежало молодой девушке, но они не знали, умерла ли она перед падением или же после него.

Они заметили вокруг башни ещё несколько алых пятен, предположительно, это были ещё одни следы её останков.

— Думаю, какой-нибудь чудаковатый волшебник построил её в качестве укрытия. Я бы сказал, что вышло у него не ахти.*

Воин в Тяжёлой Броне легонько ткнул труп ботинком. Владельцем башни был Не Исповедующийся — это существо забыло, как это делается. А это означало, что их приключение по сути будет простым руби-кромсаем, доверху заполненным врагами-монстрами.

— Сомневаюсь, что нам нужно выступать против них в открытую.

Последний человек заговорил низким, бесстрастным голосом. Это был мужчина в чумазой кожаной броне и дёшево выглядящем шлеме, к левой руке которого был прикреплён маленький круглый щит, а на бедре его висел меч странной длины. Он начал рыться в своём мешке с вещами, висевшем у него на поясе, выуживая оттуда снаряжение.

— Мы можем забраться по стене.

— Эй, имеешь в виду, с помощью верёвки или типа того? Если якоря выпадут на полпути, мы ж рухнем прямо вниз!

— Возьмите по крюку в каждую руку и подтягивайте себя вверх.

Копейщик раздражённо пожал плечами, вытаращив глаза на крюк, который ему протягивал Убийца Гоблинов.

— У тебя есть какой-нибудь опыт в скалолазании?

— Немного лазал по горам. И по утёсам.

Воин в Тяжёлой броне скрестил руки на груди и заворчал. Он вытянул палец, измеряя высоту башни, и цокнул языком.

— Вопрос в том, как нам сражаться с тем, что может выскочить по пути наверх. Это даже не обязательно должен быть демон. Одна гаргулья может оказаться серьёзной помехой.

— Гаргулья?

— Каменные статуи, — сказал Воин в Тяжёлой Броне, руками показывая примерный размер этих существ. — Крылья. Летают по небу.

— Хрм.

Убийца Гоблинов слегка пробурчал:

— Так существуют и такие враги…

— Да. Лично я специализируюсь на оружии ближнего боя, но… в данный момент заклинатель сильно бы облегчил нам задачу.

— Только не торопи события, ладно? — Копейщик посмотрел на Воина в Тяжёлой Броне, который уже начал прорабатывать стратегию с крайней серьёзностью, будто бы не веря своим глазам.

— Ну так что? Ты хочешь прорубать путь вперёд, попутно обнаруживая и обезвреживая ловушки, да ещё и осматривая каждый уголок? Готов поспорить, что нет. — Воин в Тяжёлой Броне вздохнул, поправив меч на спине, чтобы тот оказался ровно между его лопатками. — Потому что у нас нет ни заклинателя, ни монаха, ни вора.

И после этого Копейщику оставалось лишь затихнуть.

 

§

 

В этом мире было бесчисленное множество мест, в которые можно было отправиться на приключение. Руины битв Эры Богов были бесчисленны, а на пограничье их было и того больше. Следуй они пути Порядка или же Хаоса, нации процветали, а затем исчезали, повторяя цикл, в котором каждый раз появлялась новая нация. В результате, найти пару-тройку руин было не особо-то и сложно. Но когда руины появлялись там, где ещё вчера их не было — это уже было нечто иное.

Предположительно, первым эту башню из слоновой кости, возвышающуюся посреди пустоши, обнаружил караван торговцев. Лес, находившийся рядом во время их путешествий за пределы страны, исчез, и заменил его огромный белый шпиль, будто бы глядящий на них свысока.

Естественно, их удивлению не было предела, но у них не было времени на осмотр — на них напали существа в форме людей с крыльями, как у летучих мышей.

Демоны! Эти ужасные слуги Хаоса! Это Не Исповедующиеся Персонажи!

Купцы поспешили прочь, и через Гильдию Авантюристов их отчёт достиг самого короля. Король мог бы отправить войска для уничтожения угрозы, и дело было бы решено. Если бы только всё было так просто.

Чтобы послать армию требовались люди и деньги. В данном случае людьми выступали обычные граждане, а деньгами являлись налоги. Налоги могли вырасти в следующем году. А чьи-то знакомые, члены семьи и друзья могли умереть, исполняя свой солдатский долг. Граждане бы посчитали это недопустимым, и это привело бы к одним лишь возмущениям масс.

А ещё существовали проблемы вроде жившего в вулкане дракона, за которым надо было приглядывать, и партизан Демона Лорда, всё ещё угрожавших стране. Если послать к башне армию, то это будет означать, что для исполнения других дел останется меньше людей.

А если башня была лишь наживой, диверсией, то что тогда? Действительно, там собирались демоны, но это была всего лишь башня посреди пустоши. Быть может, её построил какой-нибудь ненормальный маг. Нельзя было сказать, несла ли она в себе угрозу для страны или мира. Не было причин вовлекать армию в это дело.

Тогда вы можете спросить, а зачем вообще нужна армия. Чтобы быть готовой противостоять силам Хаоса, конечно же. В последней кульминационной битве между новым героем Платинового ранга  и Демоном Лордом армия сражалась на передовой. Жертвы были высоки. Многие погибли, многие были ранены. Они были не в состоянии тотчас же выйти сражаться в очередной стычке или крупномасштабной битве.

Ну а самое главное — простой стратегический расклад говорил, что запихнуть армию в руины или пещеру было отличным способом уничтожить её. Армейские войска были подготовлены к битвам с войсками вражескими, а не к сражениям в тесных пространствах, в которые даже лошади не могли попасть.

В руинах и пещерах водились монстры, угрожавшие деревням первопроходцев. Как армия могла разом избавиться от всех них? Король и знать были хорошими королём и знатью именно потому, что они не распоряжались своими силами так фривольно.

— Но и дело это проигнорировать никак нельзя.

Юный король, впервые за долгое время посетивший свою подругу, глубоко вздохнул.

Место, в котором он находился, было окрашено пятнами нежного солнечного света, а само оно было наполнено спокойной и девственной тишиной.

За растениями тут бережно ухаживали, так что цветы благоухали. Белые столбы в роще оказались массивными деревьями. Бульканье ручья, который, казалось, проистекал из ниоткуда, успокаивал его изношенные нервы.

— Как думаешь, что мне делать?

— О боже.

Они находились в саду, в самой глубокой части Храма. Его жрица элегантно улыбнулась и склонила свою голову. Её прекрасные золотистые волосы струились, словно мёд, водопадом стекая на её внушительную грудь.

— Довольно интересные перемены в душе того, кто отвернулся от нас, когда мы разбирались с гоблинами.

— Ты должна понимать, что, хоть это и была личная трагедия, по большому счёту случившееся было незначительным.

Король сказал это коротко, после чего махнул рукой, будто бы отгоняя эти слова.

То, как он сел в подготовленное для него место было грубовато, но грациозно. Это люди называли «вести себя как король»? Или аристократической осанкой? Что бы это ни было, он двигался как тот, кто с самого рождения знал, как это делается.

— И с несколькими гоблинами с лёгкостью могла разобраться группа авантюристов.

— …Да. Ты прав.

Это был простой факт.

Гоблины были опасны, и если они побеждали, «трагедия» была весьма подходящим словом для того, что ждало тебя после этого.

Но гоблины оставались слабейшими монстрами, и они были отнюдь не единственными, чья победа означала жестокую для тебя судьбу. Тебя мог съесть дракон, слизь могла растворить тебя, а голем мог размозжить тебя до состояния каши…

В конечном итоге тебя ждало то же самое, что тебе бы пришлось испытать, после того как гоблины вдоволь с тобой наиграются — смерть. Будь это из-за недостатка физической силы, навыков или простой неудачи, у тех, кто не мог победить гоблинов не было будущего.

— Раз уж Ваше Величество столь добр…
    Шутливая песня сорвалась с полуоткрытых губ женщины.

 

Наш король столь добр и честен,

Брать налоги не велит.

Воду в реки он поместит

И сенату подсобит.

Всех бояр в кровать уложит,

Всем голодным даст еду.

И пусть солдат беда не гложет,

Герои к гоблинам пойдут.

Уйдут ни с чем, придут же с миром,

Столица станет тролльим пиром.*

 

Король нахмурился, услышав песню, проливавшую свет на знать, отчего она захихикала, как маленькая девочка.

— Разве сейчас не самое время звать авантюристов, Ваше Величество?

— Действительно, может, самое оно…

Король приложил руку ко лбу, будто бы пытаясь растереть мускул, который свело судорогой, и кивнул. Он понимал, что к этому всё и придёт.

Армия не подходила для охоты на монстров. И раз уж они могли наделить этот сброд статусом и выдавать им награды — им стоило послать туда авантюристов. Эта система заставляла мир и дальше вертеться. И сейчас они могли просто повторить это. Разве авантюристы, как-никак, не являются специалистами по охоте на монстров?

— Купцы сказали, что на них напали демоны, но мы не уверены, что конкретно стояло за этим нападением.

Король помотал головой, словно подчёркивая то, что доказательства наличия демонов не было, после чего грузно уселся в своё кресло.

Едва ли он мог так же сидеть на троне. Он закрыл свои глаза, от всего сердца дыша освежающим воздухом сада.

— Я крайне сомневаюсь, что купцы смогут отличить демона от гаргульи.

— Значит, это башня злого заклинателя, верно?

Женщина, являвшаяся главой этого храма, захохотала и пробормотала: «Боже, как страшно», — так, будто её это вовсе не касалось.

Король приподнял свою голову на достаточную высоту для того, чтобы посмотреть на неё полузакрытыми глазами, но никаких возражений за этим не последовало. Так она собиралась подтрунивать его за тот инцидент с гоблинами. Способность радушно принимать все возражения по поводу курса его политики была, как он предполагал, признаком короля. Пусть зовут его некомпетентным, если им того хочется.

— Это определённо гораздо опаснее гоблинов. Но это ничто по сравнению с Демонами Богами.

— Действительно, всё именно так.

— Кажется, какой-то некромант на юге обнаружил древнюю гробницу.

Король откинулся назад в кресле, будто бы говоря, что эта тема ему наскучила. Кресло слегка скрипнуло.

— Армия мертвецов! Это не оставляет мне такой роскоши, как разборки с гоблинами или одной одинокой башней.

— Хех-хех. Должно быть, ты так устал.

Говоря это, женщина позволила бёдрам пройти через кромки её платья, словно выставляя их напоказ.

 

 

— Статус — это такая сложная вещь, — пробормотал король. — Я даже не могу встретиться со своей подругой без важного предлога.

— На такой должности, — прошептала женщина. — Меняется всё — то, что ты видишь, и то, чего ты увидеть уже не можешь.

— Я потерял способность говорить, что нам с моими компаньонами стоит попросту разобраться с проблемой с помощью наших мечей, как мы поступали в старые-добрые деньки. — Король вздохнул, кажется, погружаясь в воспоминания о прошлом. — Не могу перестать думать, что всё было гораздо легче в то время, когда я был обычным лордом, в одиночку бросающим вызов опасностям лабиринта.

— Ах да, как же ты стремительно и браво нёсся, убегая от того бродяги, после того как он побил тебя.

— Кажется, я припоминаю одну группу, встретившую ужасную судьбу, когда она столкнулась со слизью.

Шутливый тон стал чуть более походить на едкий и жестокий. Дева Меча тихо вздохнула.

— Бывают времена, когда и я хочу уйти со своей должности и просто вновь стать самой обычной девушкой.

— Даже архиепископ Верховного Бога так себя чувствует?

— Да. — Щёки слепого епископа покрылись бледным румянцем, а губы её сложились в широкую улыбку. Она приложила руку к своей внушительной груди, чтобы она не начала трястись, и голосом столь страстным, что казалось, будто бы она признаётся в любви, сказала: — В последнее время мне очень сильно хочется этого.

— Всё вышло совсем не так, как мы ожидали. Но именно это и делает жизнь интересной, — прошептав это, король показательно встал со своего кресла. — Мне уже пора уходить. В конце концов, я пришёл лишь одолжить несколько боевых жрецов.

— Да, Ваше Величество. Я рада, что нам выпал шанс поговорить друг с другом.

— Интересно. — На лице короля проступила слабая улыбка, которая была одинаково горькой и такой знакомой. — Ты сейчас прозвучала так, словно у тебя на уме появился ещё кто-то, помимо меня.

 

§

 

— Простите, но я не могу.

Воин в Тяжёлой Броне посмотрел на бланк с квестом и уверенно помотал своей головой — даже при том, что он был подписан самим королём.

— Неужели он слишком сложный?

— Да нет, но моей группе сейчас крайне нездоровится. В противном случае, мы бы его взяли.

— Что ж, это действительно затруднительное положение, — вновь пробормотала Регистраторша, хмуря брови мрачно выглядящему Воину в Тяжёлой Броне.

В своей руке она держала бланк с запросом на исследование руин, которые заранее прозвали «Башней Демона».

В последнее время внезапное появление руин и лабиринтов стало всё более и более привычным делом. После победы над Демоном Лордом его оставшиеся сторонники проворачивали свои тёмные дела повсюду. А пока военные зализывали раны, злые заклинатели всё менее неохотно стали попадаться на глаза обычным людям.

Сказать, что Регистраторша, будучи сотрудницей Гильдии, не хотела назначить авантюристам все доступные квесты, было бы ложью. Но даже с наградой в дюжину золотых за каждый запрос, квестов, с которыми надо было разобраться, была целая сотня, если не две. Она осознала, что национальная сокровищница была практически неисчерпаемой, и не смогла придумать варианта более снисходительного, чем этот.

— Нам придётся сражаться с демонами, верно?

Услышал он вздох, идущий от её отлично сложенной груди, или же нет, Воин в Тяжёлой Броне ещё раз взглянул на листок с описанием квеста. Облачённым в простую перчатку пальцем, он медленно провёл по танцующим на странице буквам, после чего опустил свой кулак.

— И это без хотя бы одного заклинателя и скаута… именно Серебряного ранга.

— Группа из троих?

— Это как минимум. Лично я бы хотел иметь при себе как волшебника, так и священника, а также ещё двух бойцов авангарда и скаута. Всего шестеро человек.

«Хм, хм, хм». — Регистраторша задумалась над этим с серьёзным выражением лица, шурша лежащими в её руках бумагами и небрежно листая их.

Анкеты Авантюристов.

В них записывалось, как росли способности каждого авантюриста после пройденных им приключений. Не было бы преувеличением сказать, что эта кипа бумаг по сути являлась жизнями этих авантюристов. Эта кипа содержала в себе гору новичков — волшебников, священнослужителей, скаутов и воинов. Но когда дело доходило до тех, кто смог подняться до рангов повыше, количество листов резко падало. Одной из проблем гильдии было то, что в ней состояло довольно мало ветеранов средних рангов.

«У нас нет никого, кто полностью бы подходил под эти требования».

Регистраторша взглянула на авантюристов, из-за которых здание Гильдии становилось таким оживлённым. Разумеется, они должны были быть достаточно способными, но при этом они должны были являться добропорядочными людьми. Как никак, этот квест был выдан самим королём. Сейчас Гильдии были не нужны те, кто хотел лишь что-то кому-то доказать. Они могли быть слегка эгоистичны или амбициозны, но при этом чётко должны были понимать, что стоит на кону…

— Если бы только тут были те, кто совмещали в себе все эти качества и могли балансировать между использованием магии и владением оружием…

— У вас ведь есть такой человек! И я прямо здесь!

Это было подобно сну. Она только-только случайно проговорила своё желание, а на него тотчас же отозвались с великим энтузиазмом.

Он с ликованием подбежал к стойке регистрации, держа в руках копьё, да так, словно ожидал этого момента всю свою жизнь. Стоило Регистраторше осознать, кто отозвался на её просьбу, как она сказала: «Ах!» — и её лицо застыло в дежурной улыбке.

— Если подумать, я припоминаю, что вы немного изучали магию.

— Авантюрист должен быть готов к любой возможной ситуации! — Копейщик энергично и уверенно кивнул, будто бы не замечая, как Воин в Тяжёлой Броне воскликнул: «Аагх!» — и хлопнул себя по лбу — жест, который было достаточно легко понять.

Несмотря на это, Регистраторша прекрасно знала, что Копейщик работал вместе с Ведьмой.

— Кхем, а ваша… группа согласна с этим?

— Ох, конечно. Мы только что вернулись с одного из наших «свиданий». Думаю, я дам ей немного отдохнуть.

«…А он в этом уверен?»
    Регистраторша заглянула за плечо Копейщика и увидела позади него Ведьму, расслабленно сидевшую на скамейке. Заметив её, Ведьма улыбнулась с непонятным посылом.

«И это самое проблематичное поведение».

Одной рукой теребя свою косу, Регистраторша слабо и обеспокоенно вздохнула. С точки зрения Ведьмы она являлась её любовной соперницей. Но это же был просто бизнес… верно?

«Хрм. Я не могу смешивать свою личную жизнь и работу».

— Ну ладно, итак, на время вы двое… вы ведь согласны?

— Конечно, я не против. Я могу доверять… ну, по крайней мере я уверен в этом парне. — Даже если он, казалось, начал путаться в словах от неразберихи эмоций, Воин в Тяжёлой Броне всё же кивнул. — Но этого всё ещё недостаточно.

Копейщик вырвал у Воина в Тяжёлой Броне бланк с квестом с громогласным «Дай-ка взглянуть» и запрокинул свою голову набок.

— Как это нас недостаточно? — сказал он.

— Мне как минимум нужен скаут.

— Здесь не так уж и много талантливых скаутов. А что насчёт паренька из твоей группы?

— Я не хочу втягивать его в битву с демонами, — с тяжёлым сердцем сказал Воин в Тяжёлой Броне. — Я не смогу потом принять эту ответственность. — Он уставился на Копейщика. — Мне необязательно нужен кто-то с добрым мировоззрением, но мне хотелось бы видеть в своей группе хотя бы нейтрала.

Когда речь касалась мировоззрений, «добрый» и «злой» принимали не своё буквальное значение, но, скорее, описывали, является ли человек альтруистом или же эгоистом, предпочитает ли он решать всё битвой или же нет. Скауты и воры частенько были сами по себе и охотно бросались в бой. Об этой теме стоило задуматься, если вы не хотели переживать о том, выступит ли ваш товарищ против или же останется на вашей стороне в самый решающий момент.

— Итак, вам нужен…

Тот, кто может быть и скаутом, и сражаться в авангарде. Способный, а также порядочный. Тот, кто мог бы разделять свою личную жизнь и работу. Чьё мировоззрение было бы если не добрым, то хотя бы нейтральным. И тот, кто наверняка захотел бы взяться за этот квест…

— Да! Есть у меня один такой на примете!

Когда Регистраторша хлопнула в ладоши и подскочила со своего места, Копейщик с сомнением на лице посмотрел на неё. Краткий момент, когда его взгляд заострился на её груди, не прошёл мимо внимания Регистраторши, но в данный момент её это не волновало.

— А? У нас действительно есть такой человек?

— Так или иначе, я могу гарантировать, что он способный.

Она зашла настолько далеко, что улыбнулась и подмигнула ему, после чего пошла прочь от стойки регистрации в приподнятом настроении. Выглядела она впечатляюще, а её туфли цокали, пока она шла с прижатой к груди кипе бумаг. Она направлялась к скамейке в углу, находящейся в зоне ожидания Гильдии. Место, за которым всегда сидел он. Она почувствовала лёгкое радостное возбуждение, стоило ей просто увидеть стальной шлем, повернувшийся в её сторону, когда он заметил, что та приближалась к нему.

А затем он спросил низким и бесстрастным голосом:

— …Гоблины?

 

§

 

— Должен признать, я ни за что бы не подумал, что ты согласишься.

— Согласился, потому что не было квестов на убийство гоблинов.

Таким образом, три авантюриста оказались стоящими перед башней. Копейщик, Убийца Гоблинов и Воин в Тяжёлой Броне, который был лидером их группы.

Группа состояла из одного человека (мужчины) воина, второго человека (мужчины) воина и третьего человека (мужчины) воина. Такое зрелище могло бы вызвать на чьём-либо лице лишь сухую улыбку. Хотя, в моменты крайней нужды такие группы были не такой уж и редкостью.

— И мне нужны деньги.

— В основном для убийства гоблинов, полагаю? — Копейщик расхохотался.

Но Убийца Гоблинов ответил: — Нет, — и помотал своей головой. — Не для этого. Но нужны срочно.

— В зависимости от того, сколько тебе нужно, я могу одолжить немного, — сказал Воин в Тяжёлой Броне, стоя перед ними и ни на секунду не отводя взгляда от башни. — Думаю, у меня на руках ты не умрёшь, так что вернуть сможешь.

— Я ценю это, но нет, спасибо.

— Как знаешь. — Воин в Тяжёлой Броне ответил кивком, и Убийца Гоблинов начал рыться в своём мешке с вещами. Первым, что он достал после своих копаний, стали набор крюков и киянка.

— И у меня уже есть долг, который надо выплатить.

— Долг? Да ерунда! — Копейщик нахмурился и раздражённо цокнул языком. — Мы же авантюристы! Мы завершаем этот квест, и можешь считать долг выплаченным.

— Ясно.

— Да и всё равно ты угостил меня после того случая буквально одним напитком. Ты всё ещё должен мне!

— Это противоположно тому, что ты говорил, — озлобленно сказал Воин в Тяжёлой Броне, слушая их лишь вполуха.

Убийца Гоблинов достал моток верёвки и накинул его себе на плечо.

— Я обещал угостить тебя выпивкой. Я это сделал.

— Хрррргх! — Копейщику нечем было ответить на колкость Убийцы Гоблинов. А Воину в Тяжёлой Броне с большим трудом удалось сдержать улыбку.

Злобно бормоча: «Хрммф, хрммф,» — и цокая языком, Копейщик эксперимента ради несколько раз потрогал стену.

— …К-как бы то ни было, эта стена выглядит ужасно крепкой. Уверен, что тебе удастся вонзить в неё свой набор для лазания?

Для взбирания понадобилась бы определённая ловкость рук, но те двое тоже не горели желанием зайти внутрь. Башня была создана за ночь или две. Было вполне очевидно, что она была сделана не из обычных материалов.

— Ну-ка, дай мне попробовать.

— Конечно. — Убийца Гоблинов вытянутой рукой передал крюки и киянку.

Воин в Тяжёлой Броне взял их и хорошенько ударил киянкой по крюку, пытаясь вбить его в стену, после чего тяжёло вздохнул.

— Да. Она довольно крепкая.

На мерцающей стене башни не осталось ни царапины.

Вдруг Воин в Тяжёлой Броне начал снимать свои перчатки и нарукавники. Он засунул снятое снаряжение в рюкзак, выудив вместо него бутыль, наполненную красной жидкостью. Он выдернул пробку и залпом проглотил его. Наверняка это было зелье силы. Он отложил пустую бутыль в сторону, после чего достал одноручный меч и кольцо с сияющим в нём рубином.

— А! Кольцо, зачарованное на увеличение физической силы? — с интересом сказал Копейщик.

Ничего удивительного в том, что у Воина в Тяжёлой Броне был магический меч, не было. Магические орудия были редки, но от авантюриста Серебряного ранга вполне можно было ожидать, что хотя бы одно такое у него имеется.

— Обычно я использую свои Нарукавники Исключительного Владения Мечом и волшебные перчатки, так что он мне нужен не так часто. — Воин в Тяжёлой Броне повесил меч за пояс и схватил крюк рукой, на которую было надето кольцо. В этот раз он пробурчал «Хммф!» и с лёгкостью вонзил его в стену.

— Смотри внимательно, Убийца Гоблинов. Вот как выглядит первоклассное снаряжение авантюриста.
    «А ты-то почему этим хвастаешься?» — Казалось, что Воин в Тяжёлой Броне хотел задать именно этот вопрос.

Копейщик его проигнорировал.

— Почему бы тебе не держать при себе один-два зачарованных меча? Разве ты не хочешь выглядеть круто?

— Я не заинтересован в магических мечах, но у меня есть кольцо.

— Ох, вот как?

— Оно позволяет дышать под водой,* — коротко сказал Убийца Гоблинов. — Даже если гоблины украдут его, вреда это не причинит.

— Зачем им вообще оно может понадобиться? Погоди-ка минуточку… ты только что предположил, что его вполне могут украсть?

Копейщик начал растирать свои виски, но стальной шлем лишь кивнул и сказал:

— Конечно. Но оно не налезет на гоблинский палец.

— Ты уже должен был научиться, что неважно, что ты там пытаешься сказать этому парню — всё без толку. — Воин в Тяжёлой Броне с улыбкой на лице яро напрягался, хватаясь за крюк и подтягивая себя наверх. — Эй, вы оба заплатите мне за это зелье, понятно? Разделим награду на троих за вычетом этой суммы.

А затем, продолжая удерживать себя на месте всего одной рукой, он достал другой крюк и начал взбираться. Не то чтобы он стремительно карабкался к вершине, но двигался он довольно хорошо. Как никак, он был одет в полноценные латы и нёс на спине огромный меч. Это явно требовало немалой физической силы.

— Без проблем.

— Да, конечно.

Убийца Гоблинов с готовностью ответил, а в голосе Копейщика возражение не прослеживалось. Большинство авантюристов знало, что любым спорам о награде место лишь в таверне. Неважно, насколько дорог предмет, если ты оставишь его при себе лишь ценой собственной жизни.

Убийца Гоблинов схватился за крюки и начал взбираться вслед за Воином в Тяжёлой Броне, пока оставшийся на земле Копейщик цокал языком.

— Так я тут всех торможу, да?

Убийца Гоблинов остановился на полпути и оглянулся назад, всё ещё держась одной рукой за крюк.

— Хочешь пойти впереди меня?

— Танки идут первыми, вторыми скауты. Всё в порядке, так что давай, продолжай взбираться.

— Ясно.

Он схватился за крюк, подтянул себя вверх, схватился за следующий, поставил ногу на первый, а затем оказался на следующем уровне. Осталось лишь попросту повторять этот процесс. Не смотреть вверх, не смотреть вниз. Лишь осторожно посматривать налево и направо.

Все они были относительно опытными авантюристами и хорошо умели держаться за точки опоры как руками, так и ногами. Если бы их так сильно беспокоил ветер, который становился всё сильнее с каждым новым метром в высоту, то они даже и не стали бы думать о варианте подъёма по внешней стороне стены.

Проблема была в том, что ветер был не единственным, что могло им навредить.

Убийца Гоблинов, проверявший лево и право как скаут группы, воскликнул:

— Эй. — Он продолжил: — На западе. Трое. Крылатые. Не гоблины.

— Так они нашли нас… Какого они цвета?

— Серого.

— Так и знал, — сказал Воин в Тяжёлой броне, кивая в ответ. — Это точно гаргульи, не сомневаюсь.

— Гаргульи… хмм, — прошептал Убийца Гоблинов. — Так вот как они выглядят.

— Есть шанс того, что это каменные демоны. Но я на восемьдесят-девяносто процентов уверен, что да, это гаргульи.

Это были крылатые демоны, тёмные, словно пепел, скопившийся в углу камина.

Или же так могло показаться на первый взгляд. Такими уж были гаргульи, эти монстры. Когда-то созданные с целью приглядывать за священными местами, ныне гаргульи тоже были Не Исповедующимися. Возможно, это их ужасные, извращённые тела по прошествии лет привели их на сторону Хаоса.

Никто бы ни за что не подумал, что настолько вялые взмахи крыльями могли поддерживать статую в воздухе, но эти существа умели летать. А то, что они были сделаны из камня делало их ужасающими врагами.

— Ты действительно никогда их не видел? Они же иногда показываются в руинах.

— Несколько раз. — Убийца Гоблинов медленно помотал головой из стороны в сторону. — Но я не знал, что это были гаргульи.

— Неважно, они быстро спускаются к нам. — Улыбка Копейщика была свирепа, как у акулы. Теперь монстры прилетели — буквально — в его поле зрения.

Они проделывали ленивые штопоры у вершины башни, наверняка находясь на страже. Теперь они в панике стремились вниз — вероятно, они не ожидали, что кто-либо попытается взобраться по стене. Они были не так уж и далеко, но авантюристы казались не особо напуганными, да и не показывали никаких признаков страха на лицах.

— Оказывается, молва о том, что гаргульи не выносят солнечного света — ложь. — Копейщик уставился на них, переставляя ноги, чтобы найти баланс на крюках. — Если они доберутся до вас, готовьтесь к битве.

Крепко поддерживая своё положение рукой, к которой был прикреплён щит, Убийца Гоблинов достал свой меч и взял его обратным хватом.

— Если она окажется под тобой, то ты не умрёшь даже после падения. Хотя, в таком случае тебя выкинет с поля боя.

— Возможно, смоги ты наколдовать на них Контроль. И это в том случае, если они не рухнут после одного удара, верно? — Воин в Тяжёлой Броне достал свой одноручный меч, от которого исходило слабое белое свечение — магическая аура. Он взял декоративный шнурок, свисавший с эфеса, в рот, после чего крепко затянул его вокруг своего запястья. — Не знаю, как вы, а я вполне могу сражаться и одной рукой.

— Поговаривают, что сперва должны схлестнуться заклинания, а потом уже кулаки. А-а-аргх. Эти помешанные на драках дикари. — Копейщик прищурился и дотронулся одной рукой до своей серёжки — магического катализатора. Убийца Гоблинов на мгновение взглянул вниз, дабы посмотреть, чем там был занят Копейщик, после чего резко помотал головой.

— Мне кое-что пришло в голову.

— Мне тоже,* — сказал Воин в Тяжёлой Броне.

— Заткнитесь уже, понял я, понял! Я здесь не могу сконцентрироваться из-за вас!

— ГАРГУЛЬГАРГУЛЬГАРГУЛЬ!!!

С неразборчивым рёвом, не особо отличающимся от бульканья, демоноподобные монстры полетели на них. Но Копейщик, не спеша и не суетясь, произнёс несколько слов истинной силы, способных изменять законы самой реальности.

Хора… Семель… Силенто! Замри же, о время!

И в это же мгновение ветер прекратился.

Само движение воздуха остановилось; доносившиеся издали звуки замерли, остановившись и прекратя своё движение. Слова Копейщика ворвались в этот мир, меняя его законы, и всё потеряло скорость своего движения.

Это было заклинание Замедление.

— ГАРГУЛЬГАРГ?! ГАРГУЛЬГАРГ!!!

— ГАРГУЛЬГАРГУЛЬГАР!!!

Гаргульи всё хлопали и хлопали крыльями, но это не вырабатывало энергии, так что они больше не могли оставаться в воздухе. Гравитация взяла своё, и три твари за считанные секунды упали с высоты нескольких дюжин этажей, вновь становясь клубами пыли после падения на землю. И ни одна каменная статуя, стоило её уничтожить, больше не могла вернуться к жизни.

— Что, уже всё? А они были не такими уж и крепкими.

— Полагаю, падение с такой высоты обычно всегда приводит к смерти.

Воин в Тяжёлой Броне разочарованно надул губы, а Убийца Гоблинов засунул меч обратно в ножны. Эти двое быстро продолжили взбираться дальше, но Копейщик начал буравить их искренне недовольным взглядом.

— Боже, я выдал такое заклинание, а вы даже словечка похвалы в мою сторону выдавить из себя не можете?

— Это была хорошая стратегия, — пришёл ему равнодушный ответ Убийцы Гоблинов. — Я как-нибудь использую её.

— Что, на гоблинах?

— А на ком ещё?

От этого разговора Копейщик помотал головой с искренней усталостью. Отвести гоблинов на высокую местность, а затем сбросить их оттуда*? Это явно не звучало как план, над которым будет размышлять один из самых серьёзных авантюристов. И, подумать только, он поблагодарил его за эту идею…

«Дайте-ка мне передохнуть от такого!»

— Перейдём к важному: сколько заклинаний у тебя осталось? — Слова Воина в Тяжёлой Броне привели Копейщика обратно в чувства.

Он схватился за крюк, чтобы закрепить своё положение, чуть не опоздав сделать это, и заявил:

— Ещё одно. — Ему больно было это признавать, но факт оставался фактом. — Не забывай, это не мой основной класс.

— Ладно, если на нас нападут ещё раз во время вскарабкивания, мы спустимся вниз и устроим отдых на ночь. Затем мы сменим план на лобовое проникновение через главный вход.

Решение Воина в Тяжёлой Броне было быстрым и надёжным. Атаковать базу врага с потраченным заклинаниями или же атаковать, когда они восстановятся? Как на ситуацию не смотри, а второй вариант предоставлял более высокие шансы на выживание.

Копейщик понял это и ухмыльнулся.

— Даже если мы коснёмся самих небес?

— Если мы окажемся там, то дела будут обстоять совсем иначе. — Воин в Тяжёлой Броне ответил, сверкая зубами и будто бы смеясь над добросердечным подколом Копейщика.

— Ты лидер. — Убийца Гоблинов тихо кивнул. — Я буду слушаться твоих приказов.

— Славно. Раз так, то вперёд. — Воин в Тяжёлой Броне потянулся за ещё одной кучей крюков; Убийца Гоблинов порылся в своём мешке и достал оттуда ещё одну их связку. Он держал при себе много крюков, так как они были крайне полезным инструментом, и благодаря этому они, скорее всего, без каких-либо проблем смогут добраться до вершины.

— Как бы то ни было, полагаю, теперь они знают, что мы здесь. Давайте убедимся, что они выкатят перед нами красную ковровую дорожку.

— Ладно.

Убийца Гоблинов коротко ответил и посмотрел наверх, на человека, что карабкался перед ним. Огромный меч, висевший на спине Воина в Тяжёлой Броне, подрагивал с грохотом. Чрезвычайно серьёзным и грузным тоном Убийца Гоблинов сказал:

— Не урони его на меня.

— Ой, да заткнись ты.

Копейщик загоготал без какой-либо злобы, а Воин в Тяжёлой броне продолжал напрягать свои мускулы.

Их цель, вершина башни, была не так уж и далека.

 

§

 

Вершина шпиля представляла собой практически неописуемое зрелище.

Это было открытое круглое пространство с углублением, делающим его похожим на миску, окружённое кольцом колонн. Крыша его была вогнутым куполом, напоминающим массивную сферу, стремящуюся обрушиться на это самое пространство. На потолке его виднелась звёздная карта, но безумные линии никак не складывались ни в одно из известных авантюристам созвездий.

Пол и колонны были белоснежными, а сквозь пространство между колоннами проглядывалось голубое небо. И всё же, от этого места веяло уничтожающей атмосферой подавленности. И пока Воин в Тяжёлой Броне перебирался через край стены на вершину, он взглянул на созвездия и безрадостно захрипел.

— Это точно работа Хаоса. Пойдём, и не оставляйте тут ничего, что может принести нам проблем в будущем. — Говоря это, он протянул руку, хватая кожаную перчатку. Он помог Убийце Гоблинов подняться, и второй начал осматривать окружение.

— Лезть было легче, чем я ожидал.

— Наверняка это из-за того, что нас тут трое. — Воин в Тяжёлой Броне снял кольцо с пальца и засунул его обратно в свой рюкзак. Он быстро заменил его перчатками и нарукавниками, доставая свой огромный меч из-за спины. — Не хотелось бы, чтобы каким-нибудь детишкам пришлось лезть по этой стене.

— Боже, это уж точно. — Ответ пришёл от Копейщика, который, колеблясь, с хмурой миной смотрел на протянутую ему перчатку. Простые, незатейливые рукавицы схватили Копейщика за руку, вытягивая последнего члена группы на крышу. — Мне крайне бы не хотелось заставлять её проделывать это. Чёрт, да она бы наверняка и не смогла. Это слишком уж тяжёлое дело.

Исходя из уст Копейщика, грубоватая ремарка звучала до странного безобидной, хотя, возможно, звучала она так благодаря его характеру. Воин в Тяжёлой Броне с сомнением в глазах посмотрел на него, широким жестом вытянув руки перед своей грудью.

— Я понимаю, о чём ты, — сказал Убийца Гоблинов, в очередной раз сдержанно кивнув. — Никто бы не хотел выматывать своих тыловых бойцов. А мои весьма деликатны.

— Об этом ты беспокоился? — Копейщик издал глубокий вздох. — Разве нет другой причины? Женские тела надо восхвалять! Бюсты! Бёдра! Попки!

— В чём смысл восхваления?

— За это они будут любить тебя, и ты станешь популярен среди дам!

— Ясно.

Убийца Гоблинов сорвался с попытки втянуть его в этот разговор, вместо этого достав свой меч. Он проверил лямки своего щита, после чего повернул своё запястье вместе с взятым в руку оружием. Воин в Тяжёлой Броне взглянул на него.

— Ты не слишком много сил потратил?

— Я в порядке.

— Славно. — Воин в Тяжёлой броне легонько хлопнул Убийцу Гоблинов по плечу. — А что насчёт тебя?

— Я не настолько хрупок, — усмехнулся Копейщик, схватив своё копьё обеими руками и и сделав шутливый выпад.

Для лидера показывать, что он понимал, в каком состоянии находился каждый член группы было крайне важным способом снять тревогу со всей компании.
    И уж тем более это нужно было сделать перед решающей битвой. Воин в Тяжёлой Броне держал свой меч недвижимо, и тот указывал наконечником лишь в одну точку на крыше. Он облизал свои губы, чтобы увлажнить их.

— Начали.
    А затем там появился враг.

Кружащаяся тень в середине крыши, на дне мискообразного углубления. Тьма собиралась и извивалась, вздымая окружающие тени. Вскоре она превратилась в человека, одетого в старомодный плащ и колышущегося на свету, подобно миражу.

— Глупые смертные!..

Голос заскрипел, словно сухая ветвь, это был звук, который, скорее всего, не мог издать ни один человек.

Существо это было сгорбленным и опустошённым, и выглядело так, словно стояло посреди болота. Своими сухими и бугристыми руками он держал посох, на вид такой же старый, как и его владелец. Под подолом его плаща горел духовный огонь. Это создание, безусловно являвшееся самим олицетворением злого колдуна, выпалило ненавистным авантюристам:

— Как же сильна моя ненависть к тем, кто прерывает мой по!..

Но его прервали, не успел он закончить говорить.

Это был меч.

Грубый серийный меч странной длины прорезал воздух, следуя строго к цели, и пронзил грудь колдуна. Он лишь булькнул, после чего рухнул на землю, держась за своё горло.

— Эй, эй, ты мог хотя бы дать ему договорить. Разве нет?

— Нам нет нужды сталкиваться с ним лбом ко лбу.
    Это был Убийца Гоблинов. Стоявший рядом с ухмыляющимся Копейщиком человек, который метнул свой меч в колдуна, мотал своим стальным шлемом из стороны в сторону.

— И, кажется, он не был серьёзным противником.

И правда.

Колдун рухнул с глухим звуком. Пока они наблюдали за этим, меч в его груди испарился. Он стал пылью,  не успели они и глазом моргнуть. Костлявая рука протянулась к нему, хватая и разрушая его.

— Ритуал… уже… завершён! — провыл он, доставая из себя практически разрушившееся лезвие. Стало крайне очевидно, что этот человек был Не Исповедующимся Персонажем.

Воин в Тяжёлой Броне стоял, держа свой огромный меч наготове, и взглянул на Убийцу Гоблинов.

— Может, пронзать именно его грудь было не лучшим планом?

— Она находится на одной высоте с гоблинской головой.

Убийца Гоблинов достал клинок и занял низкую стойку.

Духовный огонь мерцал в глазах колдуна, пока тот медленно шёл вперёд, шаркая ногами.

— Меня не убить тем, кто обладает словами!..

— Ты слышал его, — сказал Копейщик тоном, намекающим о том, что он чуть ли не подавлял тут зевоту. — Что же нам делать?

— Он сказал, что его нельзя убить, но это ведь не значит, что он не может умереть.

На лице Воина в Тяжёлой Броне появилась ухмылка, похожая на ту, что была у него во время битвы с первым в его жизни гигантским тараканом. И он кивнул так, как кивал Убийца Гоблинов при столкновении с гоблином.

— Тогда нам остаётся только одно.

Лишь кивнув друг другу, группа заняла свои позиции и приготовилась к битве.

Не колеблясь ни секунды, колдун начал зачитывать слова истинной силы, искривляя пространство вокруг него. Два-три слова сложились в заклинание, и появились — возможно, этого следовало ожидать — серые каменные демоны. Они верно ждали на месте позади своего хозяина, а затем, стоило ему взмахнуть посохом, устремились к авантюристам.

— Неотёсанные варвары! Сдайтесь силе моего могучего ума!

Но все противостоящие ему мужчины были воинами и имели Серебряный ранг. А тяжёлый труд и упорство Воина в Тяжёлой Броне довели его владение мечом до такого уровня, с которым стоило считаться.

— Ты забыл добавить «великого»!

Воин в Тяжёлой Броне закряхтел, в низкой стойке устремившись к монстрам, и начал сдерживать их слева, справа и с центра.

— ГАРГУЛЬГАРГУЛЬГА!!!

— ГАРГУЛЬ!!! ГАРГУЛЬГА!!!

Когда неосторожная статуя оказалась в зоне его досягаемости, он воспользовался этой возможностью и уничтожил её.

Он принял устрашающую позу. Это был человек, которому для битвы не было нужно ничего, кроме меча и его собственного тела. Чтобы помешать ему, одной численности было маловато. От каждого взмаха его меча пыль взмывала в воздух, подобно знамени.

— Тогда умрите как варвары, которыми вы и являетесь! — прокричал колдун, всё ещё размахивающий своим посохом из безопасной зоны, из-за спин гаргулий. — Тонитрус… ориенс!.. Да разразится гром!

Призванная словами истинной силы магия начала скапливаться на близлежащей территории. Ветра не было, и всё же ошеломительная сила ударила авантюристов словно надвигающийся шторм.

— Молния?! — прокричал Копейщик. Он увидел, что произошло, и бдительно стоял на месте, выжидая своего шанса. — Я мог бы воспользоваться Контрзаклинанием… Нет, оно ни за что не сработает! Парни, простите, я не смогу!

Эти слова являлись частью признания того, что его противник оказался гораздо более искусным заклинателем, чем он.

— Хорошо, — сказал Воин в Тяжёлой Броне и кивнул, раздавая приказы на головокружительной скорости, попутно разрубая очередную гаргулью. — Прикройте свои рты!

— Прикройте свои рты, — повторил Убийца Гоблинов. В его руке больше не было кинжала, а сам он уже рыскал в своём мешке с вещами.

Он достал яйцо и бросил его одним непрерывным движением. Воин в Тяжёлой Броне подтянул наверх ворот своего плаща.

Яйцо описало в воздухе красивую параболу, но колдун прихлопнул его словно муху, бросил на землю и наступил на него.

— Весьма умно с вашей?!..

В это же мгновение красный туман поднялся из под его ног — порошок и молотая чешуя. Парализующая боль ударила его рот, нос и глаза. Он не мог ни дышать, ни говорить. Ни, разумеется, читать заклинания. Колдун прикрыл лицо руками и с беззвучным криком упал навзничь.

Порошок этот был слезоточивым газом, включающим в себя острый перец и другие ингредиенты. Насколько бы человек не был силён в магии, пока у него были глаза, нос и рот, от этой атаки ему едва бы удалось уклониться.

— Теперь… ты… мой!

Копейщик не терял времени; он пронёсся по полу, словно выпущенная из лука стрела. Гаргульи, прижатые к земле Воином в Тяжёлой Броне, были для него пустым местом. Он направился прямо к колдуну, держась рукой за серёжку.

Аранея… фачио… лигатор! Приди и свяжи его, о паук!

— ?!

«Паутина» с лёгкостью поймала корчащегося от агонии колдуна. Духовный огонь колдуна дрогнул — и в это же мгновение копьё пронзило его сердце.

Расплескавшаяся кровь была иссиня-чёрной. Копейщик быстро пнул завёрнутое в шёлк тело, чтобы высвободить своё оружие, и отскочил назад.

Не стоит и говорить, что, учитывая заявленное ранее, колдун не показывал ни единого признака того, что жизнь покидала его тело. Выплёвывая изо рта комки сине-чёрной крови, он попытался распахнуть свои губы достаточно широко, чтобы можно было прочесть заклинание.

— Ой, да заткнись ты.

Копейщик пододвинул моток паутины наконечником своего копья и воспользовался им в качестве кляпа. Он пожал плечами, глядя на колдуна, который всё никак не хотел сдаваться, и чей духовный огонь пылал с убийственным намерением.

— Кажись, ты не шутил, когда говорил, что тебя нельзя убить.

— О колдуне, что не может говорить, беспокоиться не стоит, — сказал Воин в Тяжёлой Броне. — Но это довольно проблематично, — пробормотал он, раздробив последнюю гаргулью своим мечом.

Всё, что им оставалось — это найти источник силы колдуна, который должен был находиться где-то в башне, и уничтожить его.

Но пока заклинатель оставался жив, ловушки и монстры, скорее всего, никуда не исчезнут.

— Хмм, — пробурчал Воин в Тяжёлой Броне. Стоящий позади него Убийца Гоблинов держал свой клинок направленным к их пленнику, не теряя бдительность ни на секунду. Затем его шлем склонился набок, будто бы ему что-то пришло в голову.

— Почему бы нам просто не сбросить его?

— …

— …

Воин в Тяжёлой Броне и Копейщик переглянулись. Они кивнули и засмеялись, словно озорные дети.

— Точно.

— Сделаем это.

Колдуна, который пытался заговорить, несмотря на кляп во рту, приволокли к краю башни, а затем хорошенько пнули в спину. Гравитация не имела слово, но ей всё же удалось утащить его вниз, и вскоре он встретил ту же судьбу, что и недавние авантюристы.

Иначе говоря, он умер безо всяких проблем.

— Мне всё равно интересно, зачем он построил эту башню, — громко заметил Копейщик, заглядывая через край уступа и смотря на растекающееся по земле иссиня-чёрное пятно. Такие как он обычно обосновывались либо на вершинах крайне высоких башен, либо в самых глубоких частях подземных лабиринтов. — Обитай он под землёй, убить его было бы гораздо сложнее.

— Может он получил послание богов или ещё что-нибудь, — резко сказал Воин в Тяжёлой Броне, возвращая свой огромный меч обратно за спину. Он всё ещё тщательно осматривал их окружение, возможно, из-за того, что угроза появления ловушек или оставшихся врагов не исчезла. — Ладно, пошли искать лут. Босс уже мёртв. Если не поторопимся, башня может исчезнуть.

— Ах да, точно же! В конце каждого приключения должно быть сокровище!

Копейщик побежал вперёд, и его радость лишь придавала ему храбрости. Воин в Тяжёлой Броне даже не подумал о том, чтобы остановить его. Его поведение и действия шли независимо друг от друга. Быть начеку и не нервничать было совершенно разными вещами.

— В этом плане он довольно хорош.

— Да. — Убийца Гоблинов кивнул, подбирая свой почти рассыпавшийся в пыль меч, цокая языком и отбрасывая его в сторону.  — Я мог бы многому у него научиться.

— Я даже не могу понять, шутишь ты или нет.

И пока Воин в Тяжёлой Броне раздумывал, стоит ли ему посмеяться над этим, они с Убийцей Гоблинов отправились на поиски. Они искали: лут, сундуки с сокровищами, полезные эффекты — всякую всячину. Не было большей радости для авантюриста, чем этот процесс.

Очень скоро они обнаружили складной сундук из красного дуба, стоявший в углу крыши.

— Это не мой основной класс. Не ожидайте многого, — предупредил их Убийца Гоблинов, после чего встал на колени перед сундуком. Он порылся в своём узелке с предметами и достал оттуда несколько специализированных инструментов. Сперва он взял напильник, тонкий как лезвие, и провёл им под крышкой сундука, внимательно следя за своими ощущениями. Он подтвердил, что там не было ловушек, после чего поднёс ручное зеркальце к замочной скважине и посмотрел в неё.

Теперь пришло время для проволоки. Убийца Гоблинов начал ковыряться ею в замке.

— Эй, Убийца Гоблинов. Подумай об этом: сегодня ты не остановил ни одного плохого парня. — Копейщик ухмылялся, наблюдая за работой Убийцы Гоблинов из-за плеча второго. — А это значит…

— Что?

— Я выиграл!

— Да, — Убийца Гоблинов не попытался опровергнуть его слова, лишь кивнул в ответ на них. — Так и есть.

Кулак Копейщика взмыл вверх, и к этому жесту он добавил праздничное «Да-а-а!», а Воин в Тяжёлой Броне уставился на небо.

— Потому что это были не гоблины.
    Восторженно радуясь, Копейщик, кажется, совершенно пропустил мимо ушей его бормотание, а вот Воин в Тяжёлой Броне определённо его услышал.

Наконец, с громким щелчком замок открылся, и Убийца Гоблинов выдохнул.

— Слегка поздно упоминать об этом, но, когда мы вернёмся нас может ждать суматоха.

— А?.. О, ты о своей эльфийке?  — Воин в Тяжёлой Броне подумал о легковозбудимой эльфийке-пацанке из группы Убийцы Гоблинов.

«Полагаю, мы вроде как оставили её за бортом».

— Думаю, меня явно будет ждать беда побольше, — сказал Копейщик. — Но не волнуйтесь. Радоваться, когда ты делишь добычу и напиваешься хорошим винцом после приключения — это традиция!

— …Насколько я помню, мне говорили, что если пить компанией из троих, то и затраты на выпивку уменьшатся втрое.

— Да, — сказал Убийца Гоблинов. — Я тоже так думаю. — Затем он добавил бесстрастным голосом: — Сокровище, да? Неплохо.

Воин в Тяжёлой Броне дружественно положил руку на плечо Убийцы Гоблинов. Убийца Гоблинов тихо принял этот жест. Когда он поднял крышку сундука, та приветственно скрипнула.

Глава 7: О том, как планы Некроманта были разрушены во второй раз

— Фуа-а-а-ах!

Стоило героине проснуться от бьющих в лицо лучей солнца, как она с силой начала потягиваться, всё ещё лежа в гостиничной кровати. Небо снаружи было голубым и она почувствовала себя полной энергии, сильной и готовой к действиям.

— Ладненько! Сегодня ещё один день, чтобы выложиться на полную!
    Она приободрилась, слегка похлопав себя по обеим щекам, после чего воспользовалась этой бодростью, чтобы вскочить с кровати.

Это было важно, так как тёплый солнечный свет был настолько приятен, что ей хотелось забраться обратно под одеяло. Но потратить такой прекрасный день на более долгий сон было бы лишь потворством низменным желаниям.

Она быстро оделась. У неё всё ещё было девичье тело, но на нём уже проявлялись изгибы взрослеющей женщины. Думая о том, что будет ждать её позже, она решила надеть и броню. Наконец она взяла свой зачарованный меч, своего верного товарища, и была готова отправляться. Человек должен надевать и броню, и меч, ведь в чём-то одном попросту не было смысла.

— До-о-о-о-оброе утро всем!

Она открыла дверь нараспашку и выскочила в коридор, проворно спускаясь с атриума на первый этаж.

К счастью, на дворе было утро, и в таверне пока что было не так уж и много авантюристов. Единственной, кто наблюдал за её бесшумным приземлением, была официантка на утренней смене, выпучившая глаза от увиденного.

Мастер Меча — её компаньон, который уже давно проснулся и съел свой ранний завтрак — вздохнул от этого не особо неожиданного действа.

— …Ты только посмотри на себя: после ночного сна на лице светятся глаза, а на голове сено вместо волос. Ты что, ребёнок?

— А? Разве это ненормально? — Герой плюхнулась на стул напротив Мастера Меча и запрокинула голову, позволив своим ногам болтаться в воздухе. Она тотчас же взяла хлеб из корзинки в середине стола, намазала его маслом и запихнула себе в рот.

«Ммм, вкуснятина!»

— Ох, я буду… Дайте-ка подумать. Я хочу сосиску с яичницей!

— Д-да, мадам! Сейчас будет!

— Ох, и хлеба! С кучей масла!

Официантка изумлённо наблюдала за этим дерзким поведением, после чего поспешила на кухню.

— А? Наша третья ещё спит?

— Той ночью мы задержались допоздна.

Мастер Меча ударил Героя по руке, которая уже было дотянулась до ещё одного куска хлеба, и посмотрел на спальни на втором этаже. Кажется, он волновался о Мудреце, которая ещё не проснулась.

— Ну, их там была целая прорва!

— А наша группа не смогла воспользоваться Рассеиванием.

Это означало, что они не могли вернуть призраков и нежить обратно в землю. И в результате им пришлось прорубаться сквозь головы армии Некроманта — в буквальном смысле. Если бы король не разобрался с основной частью вражеских войск, битва была бы чертовски трудной.

— Как было бы здорово, смоги я расчистить весь путь до горизонта одним взмахом меча!

— Прекрати. Умей ты такое, это было бы чрезвычайно опасно.

— Думаешь?

Бормоча «Правда?..» и болтая своими ногами, Герой практически полностью производила впечатление маленькой девочки. Мастеру Меча тяжело было поверить, что именно она и была героиней — в хорошем смысле. Пусть он умел лишь махать мечом, но ему хотелось помогать ей, пока это в его силах.

— Ох, эй, я тут видела странный сон.

— Сон?

— Ага. Там были боги, да? И они такие сказали: «Отправляйся в тот город».

Мастер Меча затих, когда она сказала это. Он ничего не знал ни о магии, ни о божественных секретах. Его понимание вещей ограничивалось «убей это, проткни то».

— …Это Оракул, божье послание.

Сверху раздался приглушённый голос.

Девушка в плаще и с посохом в руках поспешно спустилась по лестнице, потирая глаза. Мудрец — одна из величайших заклинателей этого мира.

— Утречка! — Герой помахала ей, на что Мудрец ответила кивком. Она выдвинула стул из-за стола и села на него. Герой прищурилась от счастья при виде столь знакомого вида: они втроём сидели за одним столом.

— …О каком городе речь?

— Хмм. Кажется, у них там проходит фестиваль? Там были эти… такие, пушистые пучки света.

— Это всё?

— А ещё там был огромный шторм, типа буах! Может, это был гигант?

— …У меня есть догадка.

Мудрец пробормотала пару слов для создания заклинания и достала свёрнутый лист пергамента прямо из воздуха. Мастер Меча понятия не имел, что происходит, но периодически она доставала вещи именно таким способом. Когда она развернула лист на столе, он оказался картой пограничья. Концом своего посоха Мудрец указала одну точку на карте.

— …Здесь.

— Л-а-а-а-адненько!

Герой радостно сложила руку в кулак, когда официантка подошла с её едой и сказала: «Простите за ожидание».

— Хочешь чего-нибудь? — спросил Мастер Меча, на что Мудрец коротко ответила: — Омлет.

Герой засмеялась, обильно поливая кетчупом свою яичницу.

— Полагаю, теперь мы знаем, где нас ждёт следующее приключение!

И правда, в этом мире приключения могли поджидать за каждым углом.

Глава 8. О ленивом дне эльфийки

— Хррм?..

Солнце висело уже высоко в небе, когда его лучи прошли сквозь окно и ударили по глазам Высшей Эльфийки Лучницы. Полностью голая, она свернулась калачиком под единственным одеялом и зарылась лицом в подушку, яростно, пусть и краткосрочно, показывая своё сопротивление. Но солнечный свет был ужасающе ярок. И нельзя было одолеть его лишь прикрыв своё лицо.

Вскоре поддавшись атакам дня, эльфийка зевнула, как кошка — фуняях — и хорошенько потянулась своим худощавым телом.

— Фуах… о-о-ох… ужутро?

Для утра солнце висело слишком уж высоко. На дворе стоял почти что полдень.

Высшая Эльфийка Лучница, потирая глаза и выглядывая в окно, сидела на кровати скрестив ноги.

— О-о-о…

Она держалась за свои взъерошенные от сна волосы, бормоча бессмысленный набор слов.

Насколько она помнила, сегодня у неё был выходной. По крайней мере, раз никто не пришёл разбудить её, это означало, что сегодня никаких приключений не планировалось.

А Оркболг… он отправился в одиночку, как всегда думая о своём гоблины то, гоблины сё.

Если честно, она не была уверена насчёт недавнего случая. Ей тяжело было поверить в битву со злым колдуном на вершине башни.

«Как бы то ни было, жизнь тут явно отличается от той, что была в лесу».

 

 

Как минимум тот факт, что она могла спать до полудня, заставлял её радоваться тому, что она покинула лес.

Она вновь зевнула, после чего почесала свои стройный живот и пупок. Высшие эльфы были известны своими утончёнными манерами, но всему были свои пределы.

Высшая Эльфийка Лучница протянула свои ноги к полу, который был так сильно захламлён всякими предметами и вещами, что там едва оставалось место, на которое можно было поставить ноги. Кончиками пальцев ног она нащупала свой любимый большой лук. Она хорошенько подтянула ослабшую тетиву, после чего натянула её, чтобы проверить работоспособность. Рано или поздно ей всё же придётся её сменить.

— Хм-м, я уверена, он был где-то здесь… Ах, вот ты где!

Она развалилась на кровати и потянулась руками к полу.

Она взяла маленького паучка размером примерно с кончик её пальца. Он спокойно бродил по её валяющимся на полу лосинам.

Своим стройным пальчиком Высшая Эльфийка Лучница слегка нажала на брюшко паука, аккуратно потянула за него, и в воздух взмыла серебристая нить. Это была самая настоящая шёлковая пряжа. И это был не липкий шёлк для паутины, но обычный, по которому передвигались сами пауки*. Она проделала это два-три раза, пока не получила нить нужной длины, от чего её уши затрепетали.

— Думаю, этого достаточно. Спасибо!

Она отпустила паука и начала плести нить. Паучий шёлк был лёгким, но гораздо более прочным, чем стальная проволока той же толщины. Идеальный материал для тетивы. Через какое-то время эльфийка сплела все нити в одну. Она продевала их туда-сюда через свои пальцы, от одного конца к другому.

Убедившись, что никаких проблем не возникло, она удовлетворённо вздёрнула ушами.

— Отлично.

Она продела тетиву в петли лука и выскочила из кровати, приземлившись прямо на пол. Она передвигалась по комнате, осторожно шагая по полу и стараясь не наступать на позаимствованные книги и игрушки, которые она приобрела, но не до конца понимала их суть.

Она откопала своё охотничье одеяние, беспечно и неряшливо накидывая его на себя.

Сегодня был её выходной. Ей не нужен был ни плащ, ни что-либо ещё из снаряжения. Хотя, стоило на всякий случай прихватить с собой короткий меч…

Она была стройной и элегантной; кожа её была настолько бледной, что казалась чуть ли не полупрозрачной, а на костях её было не так уж и много мяса. А если прибавить ко всему этому и плоскую грудь, то она обладала красотой выточенной из мрамора статуи.

Как минимум в вопросе красоты лесные эльфы не уступали своё первое место ни одной другой расе. Возможно, причина, по которой они скрывали свои тела под одеждами крылась в том, что они считали красоту чем-то вполне обыденным.

— ~♪

Совершенно немелодично насвистывая, Высшая Эльфийка Лучница заплела свои волосы. Она нежно расчёсывала их, убирая пряди с плечей и щёк, а когда она закончила и развернулась, захламлённая комната вновь поприветствовала её.

В некотором роде, такая разруха была вполне приемлема для комнаты авантюриста. Но очень уж сложно было поверить, что комната эта принадлежала юной девушке, а уж тем более эльфийке. Повсюду было разбросано снаряжение, смятая одежда валялась тут и там, а грязные тарелки были беспечно сложены в гору. Новеллы о приключениях и игровые книги были аккуратно выставлены на показ, в то время как купленные на храмовых фестивалях игрушки были разбросаны по всей комнате. Легче всего было поверить в то, что эта комната принадлежала ребёнку.

Как такое множество вещей вместилось в настолько относительно малое пространство? Это была великая загадка, ответить на которую не могли даже эльфы со всеми их познаниями.

— Хм-м. — Высшая Эльфийка Лучница грузно скрестила руки на груди и осмотрела комнату, а затем вздёрнула ушами и кивнула, будто бы соглашаясь с чем-то. — Лучше бы мне затеять стирку.

 

§

 

Она бросила тёртое мыло и свою одежду в ушат, наполненный колодезной водой, после чего засунула туда свои оголённые ноги.

— О-о-ох… А подземная вода холодная, да?

Её уши и тело вздрогнули, а сама она начала растаптывать свою одежду.

Одно она знала точно: дома, в лесу, она даже представить себе такое не могла. Там вполне обычном делом было положить свою одежду в реку и попросить ундин или других водных духов помыть её для тебя. А всеми домашними делами занимались домовые. Она подумала, что мир людей был ужасно неудобен.

Но, если отбросить это в сторону, она действительно наслаждалась топтанием одежды, практически походящим на игры в воде.

Позади Гильдии располагался водопой, также служивший местом для стирки.

Тёплый свет практически дневного солнца лился с небес. Она слышала, как вдали раздавались беготня детей и болтовня домохозяек. Должно быть, все сейчас готовились к обеду, потому что с кухни таверны до неё долетел соблазнительный аромат.

Высшая Эльфийка Лучница любила это время. Почему-то самые обычные городские утра, дни и ночи пахли совершенно иначе, чем в те времена, когда она отправлялась в приключения. Она в точности не знала, что это был за запах, вполне возможно, он ей просто мерещился. Она считала здоровое любопытство хорошей чертой как в себе, так и в других, но некоторые вещи не стоило исследовать слишком уж тщательно.

— Буа-а-ах…
    Она ещё раз широко зевнула. Сколько ты не проспи, а в такие дни этого никогда не было достаточно. Но, как-никак, у эльфов было всё время этого мира. От траты малой его частички вряд ли можно было ждать какого-нибудь вреда.

«Хотя это довольно постыдное желание».

Интересные вещи, вещи, что привлекали её внимание — если бы она отвела от них свой взгляд хотя бы на мгновение, они могли бы неожиданно исчезнуть.

Высшая Эльфийка Лучница продолжила топтать одежду для стирки, ещё раз хорошенько зевнула и вытащила ноги из ушата. Затем она выжала хорошенько растоптанную одежду и расправила её во все стороны со звучным шлёпь.

— И правда, существует так много интересных вещей, о которых можно подумать.

Например, едва уловимый запах мыла. Прохладный ветерок, который она могла почувствовать даже сквозь свою сырую одежду. Солнечный свет.

Наслаждаясь всем этим, Высшая Эльфийка Лучница повесила бельё на верёвку, натянутую в этой зоне для стирки. Она хорошо помнила, что, когда повесила его беспечно, оно всё смялось, так что на этот раз она постаралась развесить его настолько аккуратно, насколько это только было возможно. По какой-то причине, когда ветер срывал бельё с верёвки и сдувал его на землю, это причиняло неудобство, так что она надёжно закрепила его бельевыми прищепками.

— И, готово!

Она бережно повесила последнее одеяние, после чего удовлетворённо вздёрнула ушами. Она вытерла свой лоб, хоть он и не вспотел, приставила руки к бёдрам и уставилась на постиранную одежду. Бельё хлопало на ветру, словно знамя армии, развевающееся на вершине завоёванной крепости.

— Занимаешься стиркой? Какая ты трудолюбивая.

Высшая Эльфийка развернулась к раздавшемуся сзади голосу и горделиво хмыкнула.

В основе своей эльфы могли определить, кто приближался к ним, не глядя. Но даже при этом их можно было иногда удивить. У каждого правила было исключение.

— Ох, Регистраторша. В чём дело?

— У меня сегодня выходной, так что я просто брожу по округе.

Девушка со стойки регистрации была одета в свою личную одежду. Это слегка шокировало, ведь Высшая Эльфийка Лучница так привыкла лицезреть её в униформе, но, разумеется, даже у Регистраторши имелись свои собственные наряды. Как у всех.

Она была одета в лёгкое летнее платье. У него не было рукавов, от чего оно наглядно показывало прекрасные линии её рук: от плечей и до аккуратно подстриженных ногтей. Оно сидело на ней довольно свободно и наверняка давало прохладному бризу доступ к её телу. Скорее всего, отличные формы её тела были результатом каждодневной упорной работы. Его безо всяких стеснений можно было назвать идеальным.

— Почему-то в нём ты выглядишь как сильф.

Регистортша улыбнулась, довольная этим комплиментом.

— Я заполучила его, потому что оно должно быть последним писком моды в Столице.
    Так вот в чём было дело. Высшая Эльфийка Лучница кивнула. Оно определённо выглядело как наряд, идеально подходящий для простых прогулок. Хотя, человеческая мода неслась вперёд с таким безудержным темпом, что ей было тяжело следить за ней…

«Интересно, как они умудряются придумывать столько вещей всего за один год».

Одно она знала точно: мир людей никогда не мог наскучить.

— Но что ты делаешь возле Гильдии?

Это ведь был её выходной. От невинного вопроса Высшей Эльфийки Лучницы Регистраторша вдруг отвела взгляд. И он начал метаться из стороны в сторону.

— …Да просто так. Я подумала, может, мне стоит убедиться, что все авантюристы вернулись целыми и здоровыми.

— А! — Высшая Эльфийка Лучница рассмеялась, не особо задумываясь над этим ответом. — Вот это преданность делу!

— Ну, ты же знаешь… — уклончиво сказала Регистраторша. — Ну так как там проходит твоя стирка?

— Узри же плоды моего труда. — Высшая Эльфийка Лучница горделиво выпятила свою маленькую грудь. — Что думаешь?

Не то чтобы она демонстрировала какой-то особый навык. Это была просто стирка. Явно не тема для хвастовства, но Регистраторша всё равно улыбнулась.

— А ты вполне привыкла к этому, верно? — прокомментировала она.

— Думаю, да. Уж с этим я с лёгкостью могу справиться, — ответила Высшая Эльфийка Лучница.

— Ох… А нижнего белья нет?

— ?

Регистраторша замерла, и коса её подпрыгивала, пока она озадаченно покачивала головой. Высшая Эльфийка Лучница непринуждённо ответила:

— У меня его нет.

— Ох, хочешь сказать, что ты сегодня уже второй раз стираешь бельё?

— Нет, — ответила она, выразительно помотав головой.

«Почему она не понимает?»

— У меня его нет.

— …Я думала, мы в тот раз подобрали бельё для всех.

— Я вроде как закинула его куда-то…

Регистраторша массировала свой лоб и пристально смотрела на землю достаточно долго, чтобы вызвать у Высшей Эльфийки Лучницы лёгкое подозрение. И когда Регистраторша подняла свой взгляд…

— Тогда давай пойдём купим тебе. Да, давай сделаем это.

На её лице уже была застывшая дежурная улыбка.

— А? Но… Если честно, от него столько мороки…

— Пойдём.

А ни один авантюрист никак не мог отказаться от предложения работника Гильдии.

 

§

 

— Э-э-э-эгх… Я действительно должна надеть это?

— Да, должна!

Высшая Эльфийка Лучница выглянула из раздевалки и обнаружила, как в лицо ей уткнулся палец Регистраторши.

Регистраторша схватила эльфийку за загривок и затащила её в городскую лавку, где продавалась всякая всячина.

Может этот город и был не особо развитой зоной пограничья, но даже тут был портной.

— Хотя, когда дело касается последних поступлений из Столицы, лучше попытать удачи в лавке со множеством товаров.

Может, с водным городом ей нельзя было сравниться, но большинство вещей в городе проходило именно через эту лавку.

Так сказала Регистраторша и выпятила свою отлично слаженную грудь, но Высшая Эльфийка Лучница не понимала этого. Мода менялась с настолько ослепительной скоростью, что, быть может, только люди и могли за ней поспевать.

— И более того, — сказала Регистраторша, размахивая пальчиком, — внешний вид крайне важен для авантюриста.

— Разве?

— Если высокоранговые авантюристы не выглядят подобающе, то в глазах людей это роняет уровень вообще всех авантюристов.
    Действительно, в основе своей авантюристы были известны как головорезы с оружием и бронёй. Может, государство и основало Гильдию, чтобы та помогала контролировать авантюристов, но вот общественное мнение не было столь великодушно. В вопиюще дерзкой одежде не было нужды, но аккуратный и ухоженный вид был крайне важен.

И не то чтобы Высшая Эльфийка Лучница не понимала эту логику. Она всё прекрасно понимала, и всё же…

— Да? — сказала она, сердито взмахнув ушами. — Попробуй сказать это ему.

— Думаешь, он послушает? — парировала Регистраторша с широкой улыбкой.

— …Нет, — сказала Высшая Эльфийка Лучница, дуясь в раздевалке. В своей руке она держала тонкую и безрукавную верхнюю часть белья, что предназначалась для области, где располагалась её диафрагма.

— Но, знаешь, я возлагаю на тебя большие надежды.

— Большие надежды?

— Эльфы от природы обладают такой прекрасной кожей — тебе наверняка даже ухаживать за собой не надо.”

— Я ничего не знаю об этом…

Тем не менее, Высшая Эльфийка Лучница пренебрежительно заворчала и втиснулась в бельё. Она просто не могла привыкнуть к ощущению того, что оно прилипало к её плоской груди.

— Я пообещала подобрать нижнее бельё и для нашей маленькой подруги. — Кажется, всего на секунду Регистраторша показала свои истинные эмоции, скрывающиеся за натянутой улыбкой. — Мы ведь все девушки, верно? Да, вы авантюристки, и снаряжение для вас может быть важнее моды, но… — Уши Высшей Эльфийки Лучницы подхватили последнюю фразу, которую она пробормотала: — Но мы ведь все девушки, верно?

Тон её голоса не был ни угрожающим, ни ругающим за проступки. Возможно, она находилась не в том положении для такого тона. Высшая Эльфийка Лучница не знала. Но даже если не понимала этого, она всё ещё могла сказать, что Регистраторша заботилась о них, пусть и по-своему.

«Она хороший человек. Кажется».

— Но всё же…

«Так уж и быть. Это бельё помогает впитывать пот и всё такое, но…»

Она взяла тонкий лоскут одежды, по форме напоминающий треугольник, перевёрнутый вершиной вниз. Разумеется, цвета сверху и снизу подходили друг к другу.

«…Не думаю, что эта штука способна хотя бы на такую мелочь».

Она держала эту вещь в своих руках, растягивая и тщательно осматривая её, попутно сказав:

— Зачем вы это носите?

— В смысле, зачем?

— Как бы, ты ведь не собираешься показывать это всем вокруг. Да и кому вообще это надо показывать*?

Она почувствовала, как Регистраторша напряглась, стоя по ту сторону раздевалки.

— Хм? — удивлённо сказала Высшая Эльфийка Лучница, склонив голову набок. Скорее всего, она спросила то, чего ей спрашивать не стоило.

— Э-это, они вроде как нужны для подготовки к… к тому, что когда-то наступит время показать их кому-то. Нижнее бельё — это последняя козырная карта девушки, — сказала Регистраторша, оставаясь как всегда вежливой.

— Это действительно так? — бесцеремонно спросила Высшая Эльфийка Лучница, на что Регистраторша ответила: — Да, так и есть.

«Хмм…»

Ей было тяжело представить, что настолько тонкий, ненадёжно выглядящий кусок ткани был способен на такое.

Возможно, Регистраторша почувствовала, как Высшая Эльфийка Лучница сильно задумалась над всем этим, потому что она пробормотала:

— Ох, ну ладно. Ты не обязана заставлять себя покупать его прямо сейчас или покупать вообще, но тебе определённо стоит над этим задуматься.

— Конечно, я подумаю над этим.

Высшая Эльфийка Лучница сбросила с себя одежду, которую примеряла всего минуту назад, без капли сожалений. Затем она схватила своё разбросанное по полу одеяние и натянула его на своё тело так быстро, как только могла. Она услышала, как по ту сторону занавеси Регистраторша воскликнула: «О-ойой!» — когда нижнее бельё перелетело к ней.

— Если надеть поверх этого одежду и попытаться подвигаться во всём этом, то возникает ощущение, будто всё такое… пушистое и шуршащее. — Высшая Эльфийка Лучница, уже одетая в своё привычное облачение, выглянула из раздевалки и посмотрела Регистраторше прямо в глаза. Та подбирала одежду, которую эльфийка бросила на пол. Высшая Эльфийка Лучница безо всякой злобы по-кошачьи улыбнулась. — Я бы лучше занялась чем-нибудь весёлым. Эй, хочешь поиграть в игру?

 

§

 

— Настольная игра?

— Верно. Я совсем недавно нашла её.

Таким образом они пришли в таверну чуть позже полудня.

Бродяга Официантка слегка поклонилась им, а Высшая Эльфийка Лучница заняла место за одним из столов.

Регистраторша принесла длинную и плоскую коробку, завёрнутую в ткань цвета меди. Она открыла окно и сдула с неё тонкий слой пыли. На крышке коробки был изображён узор из скрученной змеи.

— Ты передвигаешь фишки, бросаешь кости и ведёшь себя, как авантюрист… По крайней мере, я думаю, это работает именно так.

— Так… ты притворяешься авантюристом?

— Более-менее.

Когда они открыли крышку коробки, то обнаружили несколько старых пергаментных книг, а также набор фишек и кость, аккуратно сложенных внутри. Высшая Эльфийка Лучница взяла одну из фигурок и внимательно осмотрела её. Она стояла на круглом основании: рыцарь, одетый в синюю латную броню. Возможно, фигурка была сделана из металла, так как она была довольно увесистой. Фигурка держала в руке знамя с изображённым на нём символом омеги и размахивала отличным стальным мечом, будто бы вопя, что положит конец Хаосу. Это точно был паладин.

— Эти фигурки были созданы с должным мастерством.

— А ещё здесь множество сценариев. От спасения мира до, ну, убийства гоблинов.

Высшая Эльфийка Лучница рассмеялась, услышав про убийство гоблинов. А её длинные уши радостно подпрыгнули.

— Готова поспорить, дело бы пошло гораздо быстрее, уговори мы Оркболга сыграть с нами… Эй, могу я спросить у тебя кое-что?

— Что?

— А в чём смысл всего этого?

Регистраторша резко заморгала от неожиданного вопроса. Высшая Эльфийка Лучница увидела её ошарашенное лицо и бешено замахала руками.

— Прости, не пойми меня неправильно. Я имела в виду, в буквальном смысле.

— Ох, ясно… Хм-м. — Хорошенько задумавшись, Регистраторша выглядела практически как обычно, даже несмотря на то, что сегодня была не в униформе. — Полагаю, в некоторой степени её можно использовать для определения своих ролей и действий перед отправлением в настоящее приключение.

Это непонимание заставило Высшую Эльфийку Лучницу тихо хихикнуть, а Регистраторша почесала свою щёку.

— Но я никогда раньше таким не занималась, — сказала эльфийка.

— Это требует усилий и времени, а ещё тебе, конечно же, нужно достаточное количество игроков. К тому же, множество людей не умеет читать.

— Хм-м…

Она добавила последнюю фразу потому, что несмотря доступность игры, играли в неё редко.

Это было вполне понятно для Высшей Эльфийки Лучницы. Она бережно положила паладина обратно в коробку.

— Уверена, одного лишь этого недостаточно, чтобы гарантировать спокойное приключение.

— Действительно. Эта игра и правда совершенно отличается от реальности.

Говоря это, Регистраторша засунула руку в коробку и взяла оттуда фишку. Это был мужественно выглядящий воин в лёгкой кожаной броне, державший в руке клинок и находящийся в позе, громко говорящей о его готовности к бою. Видимо, это был скаут.

— Но, быть может… и этого достаточно. — Она нежно коснулась пальцем его лица, робко улыбаясь. — Ты можешь приветствовать спасших мир авантюристов. Это не совсем фантазия или сон… — Она говорила тихо, будто бы пытаясь скрыть некое смущение.

«Я поняла». — Эльфийка нежно взмахнула своими длинными ушами и улыбнулась. Она могла понять это чувство. Пусть она и находилась на стороне тех, кого приветствовали, а не тех, кто приветствует.

— Эй, научи меня как играть, — сказала она, вновь доставая паладина из коробки.

«Ага. Мне нравится её лицо».

— Просто смотри внимательно. И я спасу все миры, которые ты только захочешь!

А затем Высшая Эльфийка Лучница провалилась. Она не только не победила бессмертного колдуна, но даже не смогла добраться до его лабиринтоподобного мавзолея. Нахождение источающего миазмы входа в гробницу было делом не для авантюристов-недоучек.

Спасение мира оказалось тем ещё Геракловым трудом, даже когда мир был всего лишь игровым полем.

 

§

 

— Вот блин! Не вышло!

По вечерам таверна наполнялась шумом и гамом, и никто не слушал неистовых вскриков Высшей Эльфийки Лучницы. Иногда приключения авантюристов проходили хорошо, а иногда нет. А иногда добрейшим поступком, который ты мог совершить, было игнорирование окружающих.

— Я клянусь, здесь что-то было не так! Как дракон мог просто вылететь из-за неба?!

— Так было написано в данных, поэтому всё так и произошло.

Когда эльфийка растянулась на столе и ударила его деревянную столешницу, Регистраторша ответила ей с неловкой улыбкой на лице.

После первой игры мир был полностью уничтожен несколько раз. Несмотря на прибавку в рядах в виде Инспектора, а также Жрицы с Пастушкой, которые случайно оказались в баре, мир во всём мире до сих пор казался столь далёкой целью.

— Так и произошло! Это неприемлемо! — Двухтысячелетняя эльфийка дулась на игру, словно ребёнок.

— Думаешь?

— Да, думаю, мы могли бы сделать что-нибудь ещё. Я в этом уверена, — жаловалась она, размахивая бокалом, полным виноградного вина.

— Может и так, — сказала Регистраторша, размеренно кивнув и отодвинув свою еду от капель вина, брызгающих на стол. — Часть интереса настольных игр заключается в том, до чего вообще могут додуматься люди во время них.

И всё же она признавала, что заданные условия были слегка уж чрезмерно сложными.

От этих слов Высшая Эльфийка Лучница склонила свою голову на стол и посмотрела прямо на Регистраторшу.

— …Если честно, тебе не кажется это довольно расточительным?

— Расточительным?

— Или… потворством каким-то желаниям. Вы, люди, ведь едва доживаете до сотни лет, верно?

Не считая изредка встречающихся некромантов.

Высшая Эльфийка Лучница покачала ушами и нарисовала в воздухе круг своим указательным пальцем.

— Тратить столь скудные годы на беспокойство о будущем… мне это кажется таким расточительством.

— Имеешь в виду, нам стоит жить нынешним моментом? — спросила Регистраторша, и её коса заскользила вниз, когда она склонила свою голову набок.

— Ага, — смеясь ответила Высшая Эльфийка Лучница. — Смеяться, плакать или злиться из-за случившейся сегодня ерунды — вот в чём привилегия смертных. А переживать о том, что случится через одну-две сотни лет — это уже наша забота.

— Интересненько.

— Так тебе сказала высшая эльфийка. Это определённо правда!

Ответ Высшей Эльфийки Лучницы сопровождался хмыканьем и уверенным выпячиванием её маленькой груди. Она не особо-то походила на типичного благородного высшего эльфа, приказывающего людям быть более вдумчивыми. Но, по правде говоря, она сама чувствовала, каких огромных усилий ей стоило день за днём обращать внимание лишь на то, что было у неё перед глазами.

Регистраторша захихикала, и на её лице возникла улыбка — не её застывшая дежурная улыбка, а абсолютно естественная. При виде неё Высшая Эльфийка Лучница, довольно таки удовлетворённая достигнутым результатом, по-кошачьи прищурилась и улыбнулась.

— Ну, раз уж мы здесь… Прошу прощения!

— Да!

Пока Регистраторша всё ещё улыбалась, она подозвала Бродягу Официантку и заказала ещё одну бутылку вина. Она не была гедонисткой, но этот случай был особенным. Так почему бы не выпить хорошего алкоголя?
    Она выдернула пробку, наслаждаясь ароматным алкоголем, после чего щедро налила вина в бокал Регистраторши и свой собственный. Высшая Эльфийка Лучница подняла свой бокал, и глаза её сверкали так, словно она никогда раньше такого не видела, а Регистраторша повторила её действие.

— …Ладно. За сегодняшнее провальное приключение.

— Поражение, о котором я не забуду, даже если доживу до ста лет!

Выпьем! От столкновения их бокалы музыкально зазвенели.

 

Глава 9. О тех троих, несколько месяцев назад

Слово таверна могло означать много всего. Не все такие места были приставлены к Гильдиям Авантюристов.

Бродя по городу, можно было найти несколько таких мест с вывесками и бьющим из окон светом.

Обычно они были совмещены с гостиницами, а иногда авантюристам попросту хотелось сменить обстановку. Это были места, где авантюристы легко могли показаться, поесть и напиться от всей души, а затем отправиться обратно в город.

В одной такой таверне менестрель дёрнул за струну своего инструмента и начал петь.

 

Сколь много сведёт-разлучит нас тропа?

Ты скажешь: важно лишь, что скажет душа.

Без масок на лицах, то здесь, то их нет,

Пока ты не встретишь красотку в обед!

Шпионом ты будь или лордом земель,

Она незнакомка с очами, что всех тебе милей.

В таверну не вхож, но слова уж как щербет,

Но поздно заметил: здесь её больше нет.

Сколько много сведёт-разлучит нас тропа?

Дух встреч, расставаний — разбиты сердца… *

 

— Ну ладненько! Кажись, мы таки смогли собрать себе группу, а, Чешуйчатый?

— Ха-ха-ха. Хотя я бы возжелательствовал ещё воина и скаута.

Расслабленно сидя в уютной таверне, двое авантюристов по-дружески болтали и смеялись.

Один из них был дворфом, поглаживающим свою седую бороду и похлопывающим себя по округлому животу. Напротив него сидел, водрузив своё чешуйчатое тело на винную бочку, людоящер,  поедающий своё блюдо голыми руками. Они пили поднесённое им вино, словно воду, да таким способом, который уже давно вышел за рамки питья от всего сердца и практически перешёл в состояние праздного выпивания.

Блокер, рейнджер, воин-жрец, священнослужитель и колдун. Я бы сказал, что нам выпала довольно неплохая комбинация.

— Что ж, действительность.

Ящер Жрец зубами оторвал большой кусок от кабаньей ноги, которую он держал обеими руками, пока Дворф Шаман жадно упивался вином, да так, что то стекало аж до самого кончика его бороды. Он налил вино из бутылки в кружку с громким бульк, бульк, после чего начал пить из переполненного сосуда. Он опустошил его одним глотком и громко рыгнул.

— Недостаточно бойцов авангарда, недостаточно бойцов тыла, недостаточно связей, чтобы раздобыть хорошие снаряжение и вещи. Начни жаловаться обо всём, и всё на свете станет поводом для жалоб.

— Именнисто так, именнисто так, — сказал Ящер Жрец, хлопая по полу своим хвостом. — Группа с троими магами воистину благословлена.

— Должен признать, я слегка удивлён.

— В каком размыслии?..

— Да тобой. — Краснолицый дворф протянул свою пустую кружку в сторону Ящера Жреца. — Поначалу… я думал, что тебя не заинтересует объединение в одну группу с ещё одним божьим служителем.

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Ох, мастер заклинатель. Мне ни за что не отгадаться, что вы можете сказать далее. — Ящер Жрец добродушно смеялся. Покончив с мясом, он вцепился в оставшуюся от ноги кость, свирепо обнажая клыки. — Все мы похожисты, так что у меня нет причин расстраиваться тому, что нас ведёт крысий потомок. — Возможно, это алкоголь начал испаряться из его организма, но Дворф Шаман устало посмотрел на триумфально закатившего глаза Ящера Жреца. — Да юморю я, юморю.

— Боюсь, я не нахожу это таким уж смешным, — сказал Дворф Шаман, смахивая с ящера беспечность.

— Что ж, у всех имеются свои верования. И если выбрать путь споров из-за каждого различительства между нами, то спорам этим не будет видно конечности.

— Но ведь еретики и последователи Хаоса также просто отличаются, разве нет?..

— Сий аргумент несуществителен. Они должны быть убиты, пока земли сии полностью не избавительствуют от их присутствия.

Голова Ящера Жреца качнулась с невероятной тяжестью; было тяжело определить, насколько тот был серьёзен.

Дворф Шаман отодвинул опустевшую тарелку, задержав официанта и заказав ещё мяса, после чего облокотился подбородком об руку.

— Просто из любопытства — ты ведь слышал слухи о людоящерах. Что они все левши, или что их сердца расположены справа. Есть ли среди них правда?

— Хм-м. Не могу точно сказать, где располагательствует моё сердце, но, что касается рук, я скорее посчитал себя амбидекстренным. — Похоже, сама идея о том, что все людоящеры были левшами из-за того, что бог создал их своей левой рукой, была сущей нелепицей.

Ящер Жрец многозначительно разжал свои когтистые руки. Затем он резко взмахнул своим языком, будто бы задумавшись над чем-то.

— Я слышал, дворфы иногденно могут даже парить.

— Пока у нас есть вино, мы способны на всё! Вино и вкусная еда!

Дворф Шаман повторил свою фразу, сказанную несколько месяцев тому назад, и ухмыльнулся.

 

§

 

— Пока у тебя есть вино, ты способен на всё! Вино и вкусная еда!

Как и многие группы авантюристов, их группа была собрана в таверне. Однако, сперва они были всего лишь тремя людьми, а до этого был только один.

Ветер дул по каналу, делая воздух освежающе прохладным при проходе через дверь. На дворе стояли сумерки, а таверна водного города была оживлена и переполнена звуками провозглашающих тосты голосов.

— Но достопочтенный дядюшка! Не думаешь ли ты, что твоя просьба — это уже чересчур, даже если ты просишь об этом своего племянника?

Дворф Шаман звучал невероятно недовольно. Он уверенно скрестил свои руки на груди и отвернулся от собеседника.

Напротив него сидел дворф с более могучими мускулами, более пышной бородой и бо́льшим количеством морщин, чем было у него, и попивал эль с застывшим выражением лица. Возле его стула располагались потасканный боевой молот и хватательный крюк. Он был крушителем щитов. Мрачное лицо дворфа-ветерана с витавшей возле него кружкой довольно красноречиво говорило о всей серьёзности ситуации.

— Даже если так — послушай. Прямо сейчас ты единственный, к кому я могу обратиться.

— Но я попросту ничего не могу с этим сделать — даже ради тебя, мой дорогой дядюшка. — Дворф Шаман выпил свой эль и с полуприщуром уставился на своего дядю.

На лице дворфа было больше морщин, чем раньше, а ещё он уже начал лысеть. Он быстро старел, чуть ли не на глазах. И это было понятно: один из юношей в его племени отправился изучать магию, а теперь вёл себя, как настоящий хулиган.

«Но даже так… это!»

— Отправиться в приключение с эльфом? — сказал Дворф Шаман. — Да ещё и предположительно избранным их лидером, королём, или кто у них там?

— Предположительно.

Высокие, будто выточенные из камня, благородные — чуть ли не сверкающие от своей красоты — и, ох какие неженки.

— Вероятнее всего.

— Изящные ораторы, первоклассные поэты и те, кто получил от богов дар стрельбы из лука?

— Ну, я их не встречал…

— Га-а-ах!

«Абсолютно ни за что, ни при каких обстоятельствах!» — Дворф Шаман выразительно замахал своими грубыми руками. И он не шутил.

— Да я дышать не смогу рядом с кем-то таким. Я ж помру от удушья!
    — Послушай меня, ты, эгоистичный…

— Говоришь, мир в опасности? Я более чем рад помочь — но не вместе с эльфом!

А затем случилось это. Вертясь и расплёскивая повсюду вино, кружка пролетела по воздуху и ударила дядю Дворфа Шамана прямо по затылку.

— Эй! Ну-ка повтори!

Позади его дяди, который теперь прижимался лицом к столу и потирал свою голову, раздался бодрый и чистый голос. Дворф Шаман взглянул наверх и увидел остроглазую эльфийку, стоявшую в вальяжной позе, держа руки на бёдрах. Разумеется, она была изысканной, стройной и скромно выглядящей —  одета она была в плотно сидящий охотничий наряд, а уши её энергично порхали. По тону её голоса никто не мог этого предположить, но её уши, гораздо более длинные, чем у других эльфов, служили доказательством того, что она была наследницей рода высших эльфов.

Ожидая битвы, Дворф Шаман схватил свой топор, готовый с радостью принять участие в потасовке, но бродяга с собачьим лицом произнёс:

— Я скажу это столько раз, сколько захотите!

Из-за покрытой мехом кожи бродяги очень сложно было это определить, но, судя по внушительной груди, это наверняка была женщина. А её грубый, но достаточно высокий голос намекал, что она была, если судить по человеческим меркам, женщиной, уже ставшей взрослой, но ещё не распрощавшейся со своей юностью. Наверняка, она была не авантюристкой. Она находилась в хорошей физической форме, а её движения были точны — признаки надлежащих тренировок. Скорее всего, она была солдатом. Она вытерла стекающее с её головы вино и хмыкнула.

— Эльфам стоит попросту заткнуться и оставаться в своих лесах, игнорируя всех и вся… и они те ещё скряги!

— Я покажу тебе, какие эльфы на самом деле!

Высшая Эльфийка Лучница по-кошачьи зашипела и бросилась на солдата с собачьим лицом. Стол рухнул с громким треском, кружки с вином отправились в полёт, а блюда оказались перевёрнуты. Пьяницы, собравшиеся в таверне, расступились при виде знакомого зрелища и начали делать ставки.

— Ставлю на эльфийку.

— Нет, на бродягу.

— Но эльфы же таки хрупкие.

— Это да, но бродяги такие тупые…

— …Ну и смутьянка.

«У-уф, а это больно». — Дворф Шаман пожал плечами, глядя на дядю, который ворчал и потирал свою голову.

— Довольно необычное поведение для эльфа.

— …Ты бы предпочёл, чтобы твоим компаньоном стал кто-то вроде неё?

— Хрм, вполне. Только вот я не думаю, что чванливые обваленные в навозе куски навоза из эльфийского королевства выбрали бы кого-то столь опрометчивого…

Бормоча это, Дворф Шаман потянулся за тарелкой. Он схватил горсть сушёных бобов, не обращая внимания на расплескавшееся по ним вино, и запихнул их себе в рот, громко захрустев.

Стоявший позади него дядя вздохнул.

— Они уже сделали свой выбор, — сказал он. — И они выбрали её.

— Повтори-ка?

— Взгляни на личное описание.

Его дядя достал мятый лист бумаги из своего рюкзака и передал ему. Дворф Шаман расправил его толстыми, но при этом проворными пальцами, после чего приподнял его и посмотрел сквозь него на потасовку.

— А-ах… эта наковальня?..

Если уж высокомерные эльфы её выбрали, то сомневаться в её способностях не было причины.

Эльфы недолюбливали дворфов, но в тоже время больше всего на свете они ненавидели то, что дворфы недолюбливали их.

«Но это точно маленькая девочка. Если нет, то я галька».

Она выкрикивала ругательства в адрес собаколицего солдата, и эти двое таскали друг друга за волосы и мех. Эльфы не то чтобы считали возраст совсем неважным числом, но ему стало интересно, стукнуло ли ей хотя бы сто лет.

— И всё же… — Дай ей около десяти лет — или даже сотни — и она могла бы стать эльфийкой, подходящей на роль его компаньона, — …думаю, если мы попытаемся вытащить её из этой потасовки, то точно что-нибудь сломаем.

И пока Дворф Шаман поглаживал свою бороду и думал, что же делать, его взгляд притянуло к двери таверны.

И там замаячила огромная тень.

Она была колоссальной. Большой, как скала. Её широкие движения были также огромны, как и её клыки.

Так, а откуда родом эта одежда? Ах да. С наполненного густыми лесами юга.

Людоящер всего раз взглянул на эту шумиху и закатил глаза. Он вошёл в таверну шуршащей походкой и направился прямо к стойке, о которой забыли все приковавшие к нему свои взгляды. Он не пытался сесть на стул, возможно, из-за своих размеров, а может из-за хвоста, волочащегося по полу.

— Премного извинительствую, но я бы возжелал подождать тут кое-кого. И так как я не знаю, когда они прибудут, то могу проожидать их здесь какое-то время.

Его голос звучал скалистее камня. Тот факт, что столь длинный язык мог достаточно ловко маневрировать среди этих огромных челюстей для разговора на общем языке, весьма впечатлял.

— Ух, конечно, — сказал владелец таверны и неловко кивнул.

— Превосходительно, — ответил ящер и кивнул. — Я выжидаю дворфа и эльфийку. Если кто-нибудь среди вас, авантюристов, подходит под сии описательства, быть может, вам стоит оповестить меня об этом.

Услышав это, Дворф Шаман взглянул на своего дядю, который сказал:

— Я слышал, что людоящер одолжит нам свою силу.

Его слова звучали так, словно он сам не мог до конца в это поверить.

— Как же так, дражайший дядюшка? Ты не узнал его по лицу?

— Даже вышли они мне его описание, я бы не смог отличить одного людоящера от другого.

— Полагаю, да, не смог бы.

Людоящеры, заявляющие, что они являются потомками ужасающих наг, выползших из моря, были самыми могучими воинами, которых только можно было найти в этом мире.

Они были противниками, от которых кровь стыла в жилах. Они убивали своих врагов, разрезали их на мелкие кусочки, пожирали их сердца. Некоторые презирали их, считая варварами, и на самом деле — ну, или так говорили — среди них были и те, кто по своему собственному желанию стал пособником сил Хаоса.

Как бы то ни было, конкретно этот людоящер, скорее всего, находился на стороне Порядка.

Но даже так…

— А-ах, и явств, если вы будете так добродетельственны. — Ящер-жрец приподнял свой чешуйчатый палец. Он всё так же продолжал стоять за прилавком; возможно, когда он пытался сесть, ему помешал хвост. Когда он закатил глаза и распахнул челюсть, его примечание показалось таким беззаботным. — К пожалению, я не имею при себе денег, так что я могу расплатиться с вами лишь своим трудом — помою блюда иль нарублю дровесину. Вы не против?

Вдруг Дворф Шаман рассмеялся. Он хлебнул вина, хлопнул себя по животу и издал громогласный искренний смех. Он смеялся до тех пор, пока ящер-жрец не повернул свою длинную шею самым неестественным образом, чтобы посмотреть на него, а затем дворф вновь хлебнул вина.

— Эй, Чешуйчатый! — крикнул он Ящеру Жрецу. Он кашлянул, после чего вытер одной рукой вино со своей бороды. — Видишь ты длинноухую эльфийку, что участвует в потасовке? Хватай её за шкирку и тащи сюда, ясно?

Дворф Шаман непринуждённо смеялся, показывая пальцем на эльфийку, которая сидела на бродяге и молотила руками, совершенно не обращая внимания на происходящее вокруг неё. В данный момент бродяга держала её за волосы и пыталась перекатиться в новую позицию. Руки, ноги и ногти были повсюду. От её эльфийского достоинства не осталось и следа. Сейчас она была всего-навсего дерущимся ребёнком.

— Сделаешь так, и я угощу тебя любым вином и мясом, которое ты только пожелаешь.

— Ох-хо! — Хвост Ящера Жреца мощно хлопнул по земле. Владелец нахмурился; как и дядя Дворфа Шамана. — Славно, так я и поступлю. Примите моё благодарствие. Ах, добродетель рождает добродетель.

В тот же момент Ящер Жрец всем своим телом прыгнул к месту драки со скоростью, противоречившей его размерам. Стоявший позади дядя Дворфа Шамана, широко ухмылявшегося при виде творящейся в таверне анархии, заворчал. Кажется, от всего этого у него разболелся живот. И, похоже, ему не помог даже добротный глоток вина.

Наконец мужчина, отслуживший в дворфийской армии крушителем щитов более десяти лет, сказал:

— …Если ты не против, я, пожалуй, вернусь к своему войску. — Он оставил пригоршню золотых монет на столе и шатким движением спрыгнул со стула, изготовленного под человеческий рост.

Он так и не смог решить, было ли мудрым решением доверить судьбу своей расы в руки этой группы — включая своего племянника.

«Ох уж эти божьи приказания…»

Пока он ковылял подальше от таверны, голова старого крушителя щитов была заполнена звуком падающей игральной кости.

 

§

 

— …Чвотенадо?

Её волосы были повсюду, её одежда вся была в грязи, её щёки слегка набухли, а сама она сидела, отвернувшись от него, с нескрываемым выражением отвращения на лице. Дворф Шаман позволил ликующей улыбке расплыться на его лице, услышав первые звуки, вышедшие изо рта высшей эльфийки.

— Кому, мне? Я тут думал, мы могли бы поговорить о работе. — Он ухмыльнулся и потёр свои плотные руки друг о друга — фшуъ-фшух-фшух.

«Если бы она хотя бы села так, чтобы смотреть прямо мне в лицо, я бы понял, что она меня слушает».

Должно быть, драки в этой таверне встречались чаще даже хлеба с маслом, так как атмосфера вновь стала расслабленной, а болтовня и шутки опять стали доноситься отовсюду.

Покрытая синяками бродяга сидела за стойкой с откровенно недовольным видом и грызла кусок мяса. Стоило драке изжить себя, как некогда азартные игроки проиграли свои ставки и вернулись к делам.

— Хм. В таком случае я сперва обязателен задать вам вопрос значительной важности.

Мир в таверне был частично восстановлен благодаря скорому вмешательству людоящера, который теперь использовал винный бочонок в качестве стула. Увидеть, как он схватил эльфийку и бродягу за шкирки и развёл их в разные стороны было тем ещё зрелищем, но это был исход, на который никто не ставил. Так что заработать удалось лишь рее-букмекеру, который теперь радостно расхаживал по бару, размахивая вином.

— И в чём же дело, Чешуйчатый?

Ящер Жрец издал «М-м-м» и крайне трезво кивнул.

— Возможенно ли сделать так, чтобы мы посчитали сии потраты на еду отдельными от награды за квест?

— Ну разумеется, — сказал Дворф Шаман и с улыбкой на лице потянул себя за бороду. — Счёт мы пошлём моему достопочтенному дядюшке.

— Превелико благодарствую, — сказал Ящер Жрец, после чего широко распахнул свои челюсти и погрузил в них огромный кусок мяса на кости, лежавший на столе.

Высшая Эльфийка Лучница наблюдала за ними, всё ещё слегка дуясь.

— Итак, — пробормотала она, — в чём заключается наша работа? Не то чтобы я не слышала основной информации.

— Ах да, насчёт этого. — Дворф Шаман кивнул, взял кружку и опустошил её. Затем он отодвинул тарелки в сторону пустым сосудом и освободил себе пространство. — Вы ведь в курсе о битве с Демоном Лордом, или кто он там, что сейчас разгорелась в Столице?

Это был риторический вопрос. Он достал свиток из своего рюкзака и развернул его на столе. Он был покрыт красками, сделанными из древесной коры. Абстрактные, но довольно точные изображения были признаком того, что свиток являлся эльфийской картой. На ней было изображено выглядящее древним строение, располагавшееся прямо посреди пустошей.

— Они чуть было не созвали военный совет, но потом обнаружили, что позади них обосновалась целая куча гоблинов.

— Гоблинское гнездовье, так ведь это зовётся?

— Да, и при этом довольно большое.

«Здесь». — Высшая Эльфийка Лучница взглянула туда, куда указывал пальцем Дворф Шаман, и удивлённо заморгала. Она вгляделась в нарисованный на здании, находящемся в центре пустошей, символ, а затем посмотрела на располагавшийся неподалёку огромный лес.

—Эй… это же мой дом!

— Мм. Это бы объяснило вашу присутственность здесь…

Ящер Жрец откусил ещё один кусок мяса с кости, прожевал его несколько раз и проглотил, после чего продолжил говорить.

— …Это то, что вы зовёте политичностью?

— Именно так. — Дворф Шаман уверенно кивнул. Что ж, это был тот ещё бардак. Один из членов их группы находился здесь лишь для того, чтобы защитить чью-то уязвлённую честь. Он уже чувствовал, как от этой миссии веет запахом проблем. — Мой дядя считает, что в этом нет смысла, но мы не можем позволить людям сидеть сложа руки и мобилизовать лишь наши армии.

— И никакенных рей или бродяг?

Уши Высшей Эльфийки Лучницы дёрнулись при упоминании звериного народа. Собаколицего солдата, с которой она сражалась, осадил офицер более высокого ранга, ворвавшийся сюда после драки. И пока офицер дёргал солдата за вытянутую морду, она задумалась, было ли такое отношение обычным делом для армии, или же собаколюдям попросту от природы было тяжело противостоять тем, кто находился выше них.

В любом случае, водный город был прекрасным местом, но его жители совершенно не чувствовали никакой угрозы из-за царящих в Столице событий.

— Не думаю, что мы можем ожидать от них чего-то большего, чем парочка волонтёров.

Некоторые отдельные реи были примером невероятной храбрости, но это не распространялось ни на их кланы, ни на их правителей. От природы своей они ценили мир и покой, и их мало волновало всё, что не касалось напрямую их родных земель.

А бродяги были бродягами; их разнообразие было настолько велико, что быстро объединить их по какой-либо причине было делом не из лёгких. Когда они собирались вместе, дела могли пойти либо хорошо, либо ужасно, и это зависело лишь от того, какое племя занимало лидерскую позицию. Дела обстояли именно так, даже несмотря на пробуждение Демона Лорда и следующую за этим войну против всех обладавших словом жителей этого континента. Но если бы опасность появилась у их порога, они бы сами собрались и выступили против неё…

— Другая проблема кроется в том, что мы должны убедить человека присоединиться к нам.

— Ах! Я знаю того, кто нам подойдёт. — Высшая Эльфийка Лучница отвела взгляд от карты. Она приподняла свой длинный стройный пальчик и нарисовала им в воздухе круг. — Его зовут Оркболг. Воин, что убивает гоблинов на пограничье.

— Погоди, ты имеешь в виду Брадореза?

— Верно. Может вы, дворфы, и не знаете об этом, но сейчас по округе распевают крайне популярную песню о нём.

Она точно не знала, была ли эта песня популярна, но ей нужен был шанс показать себя умной.

 

Глава Гоблина Короля мечом удара с плеч слетела!

И Гоблинов Убийцы сталь от света пламени синела!

Так короля зловещий план, он не достиг конца, принцесса же благодарит героя-молодца.

Но Гоблинов Убийца он! Здесь места нет ему, бродить обещано ему по свету одному.

А дева лишь вздохнуть могла, печальный сея взгляд — герой отправился вперёд, он не глядел назад*

 

Закончив напевать мелодию, она горделиво хмыкнула и выпятила свою маленькую грудь.

— Ты не знал об этом, потому что буквально живёшь под камнем. Таковы уж дворфы.

— Неплохая фраза от той, кто не выбирается из своего леса.

Дворф Шаман сурово посмотрел на неё, пока она самоудовлетворённо мотала ушами.

«Предполагаю, что эта песня правдива лишь наполовину». — Когда речь заходила о бардовских песнях, такое мнение было идеальным вариантом.

— Но, а-ах, кхем.

Эта длинноухая эльфийка явно была рейнджером или скаутом. Людоящер был жрецом… вероятнее всего, некой помесью воина и монаха. Сам он, разумеется, владел магией, а также неплохо управлялся с оружием. Но им не хватало бойцов.

Он не мог говорить наверняка до личной встречи с этим человеком, но это был тот, о ком сложили целую песню. Вполне логично было предположить, что уровень его навыков был довольно неплох.

— …Этого вполне достаточно.

— Тогда мы разделим награждение поровну. А ещё мы все согласны предположить, что милорд Убийца Гоблинов может подсоединиться к нашей группе?
    Ящер Жрец вклинился в разговор, закатив глаза. Дворф Шаман и Высшая Эльфийка Лучница кивнули.

На этом людоящер сказал: «Что ж, запланированием займёмся мы», — и коснулся языком кончика своего носа.

— Во-первых, город, — сказал Дворф Шаман, пробегая взглядом по карте. — В каком городе, говоришь, он обитает?

— Ну, у-ух, я спрашивала барда, и… — Бледный палец Высшей Эльфийки Лучницы забегал по эльфийской карте. Наконец, он остановился на пограничном городке, и она ткнула в это место неплохо наманикюренным ногтем. — Может, где-то здесь?

— Это не так уж и дальне. Однако… даже при сём. — Кажется, Ящер Жрец был крайне серьёзен, глядя на карту. — Мы жаждем расстройничать планы наших недругов. Думаю, мы можем предполагательствовать, что наши действия спровоцируют ответные меры.

— Хм? Хочешь сказать, на нас могут напасть в разгаре приключения?

— Давайте сейчас разрешим, как нам лучше избежать сей вероятности. Прежде, чем им упадёт шанс укрепить свои силы.

— Просто доверь это нам! — Тумк. Высшая Эльфийка Лучница сжала руку в кулак и с жгучим рвением хлопнула им по своей маленькой груди. — Судьба мира балансирует на грани? Именно в такие времена авантюристы оказываются нужнее всех!

— Эй, послушай-ка, — сказал Дворф Шаман, удивлённо выпучив глаза. — Ты ведь знаешь, что это не игра, верно?

— Ну разумеется. Не знаю, что насчёт дворфов, но мы, эльфы, никогда не жалели своих луков ради сохранения этого мира.

— Ох-хо. И не говори. — Глаза заклинателя слегка расширились; он потянул свою бороду и вздохнул. — Так как у тебя наковальня вместо груди, ничто не мешает тебе стрелять из лука?

— Наковальня?

— Она твёрдая… и плоская.

— Ах ты!..

Смущение и злость заставили кровь прилить к щекам лучницы. Раздался грохот, вскочила со стула и упёрлась руками о стол, склоняясь к дворфу.

— Вот это наглость! И это когда у вас, дворфов… у-ух, ам… — Она застыла на месте, а её рот беззвучно открывался и закрывался. Её уши порхали вверх и вниз, а её палец рисовал бессмысленный узор в воздухе. — Т-точно! Эти животы! Да ваши животы заставят барабан засмущаться от своей худобы!

— К твоему сведению, мы называем это крепким телосложением! Дворфы предпочитают такие тела… — Дворф Шаман резко прервал свою тираду, после чего уголком своих глаз мельком взглянул на эльфийку. — …Что бы там вам, эльфам, не нравилось.

Высшая Эльфийка Лучница едва ли не могла не заметить его взгляд на своей груди. Она скрестила руки и умышленно громко хмыкнула, ясно давая понять о своём недовольстве этим фактом.

— Я всегда знала, что у дворфов извращённое чувство прекрасного!

— Ну и кто же тогда приходит покупать наши металлические изделия? Ох, точно. Эльфы.

— И что с того?!

И они начали ссориться. Другие люди в таверне наблюдали за разыгравшимся на их глазах зрелищем, представляющем из себя древнюю как мир вражду между этими расами. Но вскоре атмосфера изменилась. Битвы и споры тут были делом ох каким привычным.

— Пять серебряных на дворфа!

— Золотой на эльфийку!

— Уделай его, девочка!

— Отшлёпай её как следует, старик!

Ящер Жрец помотал своей головой и тяжело вздохнул. После чего он громко зашипел. От всепоглощающего ощущения присутствия здесь рептилии на охоте эти двое авантюристов захлопнули свои рты. Ящер Жрец кивнул.

— Мм.

Славнисто.

 

§

 

Окутанная ночной тьмой повозка покинула город. В такое время кто угодно, кроме авантюристов, посчитал бы более безопасным передвижение в караване или в подобной ему связке. Но у этих троих не было времени, а судьба тянула их во множество направлений.

Выбранный ими транспорт был не очень хорош: всего лишь слегка модифицированная грузовая телега. Да и конь был довольно обычным… ну, может, чуть хуже обычного. Дворф Шаман и Ящер Жрец держали поводья. А Высшая Эльфийка Лучница наблюдала за небом, держа лук наготове.

Поездка на повозке была быстрее пешей прогулки, но медленнее поездки на лошади. Дворфа Шамана эта ситуация не радовала. Он хотел выбрать лучшие повозку и лошадей, не говоря уж о кучере. Но выделенные его дядей средства были ограничены, как и их время. Ему пришлось искать компромисс.

— И, помимо этого, мы ещё должны медленно ехать. Ну что за морока.

— Держите в уме, что мы не обладаем такой роскошностью, как возможность сменить лошадей на единой из остановок до нашего конечного пункта. — Сидевший позади Дворфа Шамана на кучерском помосте Ящер Жрец ответил на его осмотрительное примечание. — А если учесть проблемности, с которыми мы можем столкнуться при спешке, как, к примеру, привлечение нежелаемого внимания, то такой способ в действенности оказывается гораздо скорее.

— Нежелательное внимание? — Высшая Эльфийка Лучница склонила голову набок, подёргивая ушами по направлению к кучерскому сидению.

— Бандиты или разбойники, полагаю.

— И правда…

Её лицо наморщилось после ответа, словно она находила его крайне неприятным. Своим периферическим зрением Дворф Шаман уловил весьма заметную гамму эмоций на её лице и раздражённо забурчал.

— Благодаря покровительству этой леди нам каким-то чудом удалось продержаться в городе, но теперь мы в чистом поле.

— Стоит нам отдалиться от святыни Верховного Бога, и будет лишь вопрошением времени, когда какой-нибудь дурной дух отправится за нами, — сказал Ящер Жрец.

— Ты говоришь о том, что люди зовут божьим благословением? Наш бог стали и кузнечного дела способен лишь придавать храбрости во время битвы… — Тем не менее Дворф Шаман пробормотал молитву великому богу Крому. Он пожал плечами и помотал головой, безо всякой угрозы произнеся: — Надо было хотя бы помолиться о том, что наша эльфийка не потеряет самообладания, когда это действительно будет нужно.

— Хрк!.. — Уши эльфийки явно не смогли пропустить столь неприятный тихий комментарий. — Ещё увидишь! Когда всё закончится, ты склонишься передо мной, рассыпаясь в благодарностях!

— А-ах, да, конечно. Не могу, сказать, что я возлагаю на это большие надежды. — Он вяло помахал ладонью. Высшая Эльфийка Лучница яростно хмыкнула и легла на спину. Дворф Шаман уловил этот намёк и посмотрел на небо. На нём располагались звёзды и две луны. Звёзды сверкали, словно самоцветы, разбросанные кем-то по чёрному бархату. А луны сияли, словно пара глаз, зелёных и холодных.

Возможно, это приближающееся лето насытило воздух таким количеством влаги, от которой становилось тяжело дышать.

— Мне бы хватило и лёгкого бриза… — пробормотала Высшая Эльфийка Лучница. Дворф Шаман чувствовал себя так же, хотя сам ничего не сказал.

Их группа прибыла к заброшенному участку земли, который, кажется, когда-то был деревней. Мрачные скелеты зданий при лунном свете отбрасывали отвратительные тени на дорогу. Этот труп некогда деревни одичал и зарос растениями; даже при дневном свете это место выглядело давно покинутым. А сейчас, ночью, здесь вполне себе можно было обнаружить гулей или призраков…

— Хур-ах?

Высшая Эльфийка Лучница издала странный звук. Она посмотрела назад через плечо, а в носу у неё зачесалось.

— Ну, что теперь? Нам стоит остановиться, чтобы понюхать цветочки или ещё что в этом духе? Хм?

— Ох, прекрати. Здесь какой-то странный запах… — Она помахала рукой перед своим носом, бросив взгляд на окружающую их территорию с выражением лица, наполненным сильным подозрением. — Он… какой-то плотный и едкий… И я чувствую его, хоть здесь и нет ветра.

— …Скорее всего, это сера.

— Некие испарения, смешанные с серой, если быть точнее.

Ни от кого из них не ускользнул смысл сказанного. Они затихли и коллективно сглотнули. Эльфийка посмотрела наверх с тревогой на лице.

— Сверху!

Он больше походил на машину, чем на живое существо: плоть в форме сделанного человеком жука. Его тело было красным, а голова была покрыта шипами так, словно это был головной убор. Красный колпак.

Он хлопал своими крыльями, как у летучей мыши, а на руках его виднелись изогнутые когти.

Младший демон. И их там было двое. Это было случайное столкновение.

— Они нападают?! — прокричал Дворф Шаман, хлестнув поводьями и заставив коня скакать быстрее. Животное заржало, почувствовав существ не из этого мира. Громыхающие колёса повозки начали крутиться как можно быстрее из-за того, что конь поскакал на полной скорости.

— Заставьте сие скакать быстреннее!.. Нет, подайте мне поводья. А сами готовьте заклятья!

— Понял тебя.

Чуть ли не бросая поводья Ящеру Жрецу, Дворф Шаман развернулся на месте. Разумеется, он был достаточно осторожен, чтобы крепко держать лямку своей наплечной сумки с катализаторами, не давая ей вылететь на дорогу.

— Мы не можем сбежать от них? — сказала Высшая Эльфийка Лучница облизывая губы, пока её лук запускал в небо одну стрелу за другой.

— Не знаю насчёт этого, но… — сказал Дворф Шаман.

— Мы не можем рисковать и выдавать информацию о нашем продвигательстве, — глубоко кивая сказал Ящер Жрец, да так спокойно, словно он сейчас готовился съесть свой ужин. — Нам должностно убить их прямо здесь.

Похоже, демоны пришли к такой же идее. Создав порывы ветра, один из них спикировал прямо на повозку. И в этот момент словно кто-то прокричал, что инициатива была взята, ознаменовав это треском и взлетевшими в воздух древесными щепками.

Демон мощно ударил повозку сзади, и когти его были смертоносны, как и любое оружие.

— Э-эгх! Тьфу! — Дворф Шаман стряхнул частички повозки со своей бороды и проревел: — Если ты сломаешь эту штуку, виноватыми окажемся мы!

— Я больше пекусь о здравии сего коня, так что, если вы будете столь добренны… — ответил Ящер Жрец.

Пока они переговаривались, с неба обрушилась вторая атака.

Скоростное пике со сложенными крыльями. Высшая Эльфийка Лучница сердито посмотрела на монстра; за спиной этой твари располагалась луна. Её уши подпрыгнули, улавливая движение ветра, и она со скрипом натянула тетиву.

— Ах ты тупой, вонючий!..

А-А-АРРЕММЕЕР-Р-Р-Р?!

Раздался крик родом не из этого мира. Высшая Эльфийка Лучница не упустила свой шанс и выстрелила. Демон, чья рука была пришпилена стрелой к повозке, корчился, разрывая древесину своими когтями.

— Вот тебе!

Последним, что увидел этот демон, была эльфийка, натягивающая тетиву лука, в который была вложена стрела с наконечником из древесной почки, прямо перед его глазами.

Тетива издала звук, который больше подходил высококлассному музыкальному инструменту; стрела вылетела из лука, прошла через глаз демона и вонзилась тому прямо в мозг. От силы удара голову монстра запрокинуло назад, и его шея нездорово щёлкнула. Труп медленно соскользнул с телеги, но не упал с неё из-за пришпиленной руки, и начал скрестись по земле. Высшая Эльфийка Лучница самодовольно улыбнулась при виде дел рук своих.

— С одним покончено!

— Отличная работность! Но в сей момент он представляет для нас обузу, быть можно, вы бы хотели сбросить сие с нашего экипажа?

— Да, конечно… гуах, что?!

В мгновение ока несколько прядей волос Высшей Эльфийки Лучницы были вырваны когтями и отправились плясать на ветру. Спикировавший вниз монстр ударил её по шее. Высшая Эльфийка Лучница рухнула навзничь, дрожа и продолжая держать древко стрелы, которую она только что достала из трупа. В этот же момент демон соскользнул с телеги и рухнул на землю со звуком глухого удара.

— Трухнула там небось?

— Мне не страшно, я в ярости!

Она рассердилась от издёвки Дворфа Шамана, чья рука всё это время была готова ринуться в сумку с катализаторами, после чего уставилась на небо. Сбросив труп демона с борта, они вновь начали набирать скорость — но она не могла сравниться со скоростью крылатой твари.

— Чтоб тебя, дворф! — прокричала Высшая Эльфийка Лучница, отводя взгляд от неба. — Не мог использовать заклинание, чтобы снести его с небес или ещё что-нибудь?

— Думаю, я мог бы применить какое-нибудь… — Он закрыл один глаз и начал вглядываться в небо, оценивая скорость и расстояние между ним и противником. Завеса ночной тьмы была бессильна перед светом звёзд и лун, да и всё равно дворфы отлично видели в темноте. — Просто, если я спущу его оттуда с помощью заклинания, потом он сможет вновь подняться наверх.

— Что?! Да какой из тебя заклинатель! Глупый, глупый дворф!

— Ой, да хватит ныть, — холодно сказал дворф, нахмурив лицо. — Они передвигаются не по законам нашего мира. Железо и сталь — вот что может с ними разобраться.

— Имеете вы в виду атаки физичные. Отлично сказано! — Держа поводья, Ящер Жрец согнул свои огромные челюсти в улыбку, которая смогла напомнить им лишь об акульем оскале. Похоже, он провёл некоторые скорые вычисления, после чего удовлетворённо кивнул. — Мастер заклинатель, вы говорили, что можете выпустить его вниз?

— Думаю, смогу, — сказал Дворф шаман и кивнул. — Хоть и ненадолго.

— Тогда, мастер рейнджер, будьте так любезны и потворитесь, что вы стреляете в него…

— Это я могу!

Не став выслушивать до конца весь план, Высшая Эльфийка Лучница выпустила стрелу в ночное небо. Она летела так, словно была заряжена магией, и способны на такое были только эльфы, но демон проворно и резво уклонился от неё.

 

 

— Вот чёрт! — Высшая Эльфийка Лучница цокнула языком и вложила в лук новую стрелу, натягивая тетиву.

— А ныне, — сказал Ящер Жрец, потянув за поводья, чтобы лошадь сбавила свой ход. — Быть может, вы будете так любвенны и пронзите его стрелой, к которой будет подвязана верёвка?

— Стрела с привязанной к ней верёвкой?!. — Высшая Эльфийка Лучница взяла верёвку, которую швырнули на грузовую платформу, а её рот представлял из себя прямую линию, когда она взглядом буравила врага. Краснокожий монстр продолжал хлопать крыльями, выискивая возможность ринуться на них. — Ладно, я сделаю это!

Не успев договорить, она начала привязывать верёвку к стреле. Проворные пальцы эльфийки не испытывали с этим никаких трудностей даже в трясущейся телеге. Её глаза и уши всё ещё были прикованы к врагу, а её руки двигались так, словно ими управлял кто-то другой. Её рот расслабился.

— Ты похож на генерала или ещё на какого-нибудь военачальника, — сказала она.

— Вы чрезмернисто добры. — Ящер Жрец широко помотал своей головой. — Если и сравнивать меня с чем-то, то я более похожу на оперение древка стрелы. Я лишь задаю направляемость, я не… — Прежде чем продолжить, он хлестнул языком и коснулся им кончика своего носа. — Мм, — наконец сказал он. — Дабы стать работополезным отрядом, надобно собрать наконечник, древко, оперение, лук и лучника.

«Аах». — Высшая Эльфийка Лучница слабо улыбнулась. Такую метафору она могла понять.

— Интересно, становлюсь ли я при таком раскладе наконечником. Давай, дворф, уж постарайся попасть по цели!

— Хммф! Хватит с тебя бахвальства!

Стоило Дворфу Шаману ответить на колкость Высшей Эльфийки Лучницы и зафиксировать врага в своём поле зрения, как он кое-что заметил: красный огонёк, сияющий в небе. Он пылал в широко раскрытой пасти демона…

— Он запускает в нас Огненный Болт!

— А-ах, ныне! — сказал Ящер Жрец с искренней радостью в голосе, размашисто тряхнув поводьями. Конь неприятно заржал от страха и изумления, и повозка повернула в новом направлении, скрипя по пути.

Пару секунд спустя луч пламени врезался туда, где сейчас должна была находиться повозка, подбрасывая в небо угольки. Пылающий свет озарил ужасающее лицо Ящера Жреца.

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-а-а-а! Вот теперь битва становится интересом!

— Думаю, ты спутал нашу повозку с колесницей, Чешуйчатый!

— Истинно так, — ответил людоящер, заставив  глядящего в небо Дворфа Шамана сказать:

— Псих…

Похоже, раз им удалось уклониться от его фирменного огненного болта, демон начал готовиться к ещё одному пике.

«Думаешь, всё будет так легко, да?»

Дворф Шаман заревел на тень, пока та приближалась и становилась всё больше.

— Феи, феи, ну, скорее! Сластей нет — шалость нужнее!

Слова истинной силы, способные искажать реальность, вырвались в этот мир, и магический круг попал точно в демона.

Обычно, никакому существу не удалось бы избежать цепей гравитации, сколько бы то не хлопало своими крыльями. Но младшие демоны всё ещё были демонами; эти существа жили тем, что нарушали естественный порядок вещей.

— АРРЕМЕРРРЕР-Р-Р-Р!!!

Упавший на землю демон выл и неистово хлопал могучими крыльями, разбивая сдерживающие его магические оковы. Ему хотелось отомстить этому дворфу, этому людоящеру и этой эльфийке. Одной лишь мысли о крови древней высшей эльфийки, запахе её печени было достаточно, чтобы распалить пламя алчности этого низменного существа.

— Получай!

Одна стрела той самой эльфийки болезненно потушила пламя алчности. Она выгнулась за борт повозки, прижавшись к самому её краю, и безжалостно выпустила снаряд с наконечником из древесной почки.

— АРЕ-Е-ЕРМ?!

Корчась от мук, демон слишком поздно заметил привязанную к стреле верёвку. И времени его бездействия было именно столько, сколько требовалось повозке, чтобы набрать скорость и туго натянуть верёвку.

Ужасный рык отчаяния, от которого кровь стыла в жилах, эхом разнёсся по равнине.

Демон и представить себе не мог, что его будет волочить по земле прямо позади повозки. Вид его, подскакивающего на каждой кочке и царапающего грязь, отчаянно пытаясь взлететь, пока группа сдерживала его, представлял довольно жалкое зрелище.

Младшие демоны всё ещё были довольно сильными созданиями. Если бы трио не смогло контролировать его положение, уже скоро он бы упёрся когтями в землю, а встань он, прошла бы всего секунда, прежде чем он вновь оказался бы в воздухе. А оказавшись наверху, он вновь стал бы опасен.

— Что дальше?! — пронзительно крикнула Высшая Эльфийка Лучница, доставая ещё одну стрелу из колчана.

Ящер Жрец с лёгкостью встал.

— Разумеется мы нанесём добивательный удар. — В своей ладони он крепко сжимал катализатор, клык. — О серповидные крылья Велоцираптора, режьте и рвите, летите и травите! — В его руках сразу же вырос и заострился огромный Когтемеч.

— Что насчёт лошади?! — Но когда Высшая Эльфийка Лучница оглянулась назад, она увидела Воина Драконьего Клыка, крепко держащего поводья.

— Погоди-ка секундочку, Чешуйчатый, — сказал Дворф Шаман с широко открытыми глазами. — Что это ещё за добивающий удар? Ты же не собираешься?..

— Прыгать? Не идиотьте. — Ящер Жрец помотал головой уверенным движением, которое, должно быть, выработалось у него естественным образом из-за принадлежности к монахам. — Это было бы нелеписто.

В следующие мгновение повозка застонала, когда Ящер Жрец нагнулся к младшему демону.

О ужасающие наги! Узрите же мои подвиги, о великие предки!

— АРЕ-Е-ЕРМЕЕР?!

Коготь, коготь, клык, хвост. Он бил, резал и разрывал демона, пока тот пытался дать ему отпор. Существо распахнуло челюсти, чтобы выстрелить огненным болтом, но Ящер Жрец завыл — «Гр-р-р-р-ря-а-а-а-а-а!» — и прицельно пнул его прямо в горло, давя его дыхательные пути. А затем его Когтемеч столкнулся с головой демона, отрубая её без особых усилий.

Голова скатилась на землю и исчезла в траве. Оставшееся тело, всё ещё привязанное к повозке, оставляло за собой брызги синевато-фиолетовой крови. Ящер Жрец, стоявший над трупом, был довольно спокоен, несмотря на то, что его покрывало всё большим и большим количеством крови; он радостно поднял свою голову.

— А-ах, в сей день я заслужил их благословительство.

Солнце начало выглядывать из-за горизонта, и лучи его окутали Ящера Жреца, создавая неописуемую атмосферу.

 

§

 

— Ты только посмотри. Разве мы в тайне не договаривались не перечить ему?

— Ах, но кровность моя так рано вскипает, — после своего прямолинейного ответа Ящер Жрец обеими руками радостно поднял большой кусок сыра. Он открыл свой рот и начал вгрызаться, сопровождая каждый укус криком «О сладостный нектар!» и похлопыванием хвостом по полу. — Ведь я, зрите ли, теплокровное создание.

— Знаешь, я никогда не понимал твоих шуток, — пробурчал Дворф Шаман. Он протянул свою руку в знак смирения и принятия поражения в этом споре, но так же и для того, чтобы попросить официантку подать ещё эля. Выпивая с друзьями, Дворф Шаман чувствовал, что набивание своего бочкообразного живота до отвала было единственным вежливым вариантом поведения.

— Ну так, мы собрали все части?

— Не понимаю означения ваших слов.

— Я о твоей стреле. Стреле и луке.

— А-ах. — Ящер Жрец громко проглотил хорошо пережёванный кусок сыра и слизал крошки со своих губ. — Наконечник есть наш рейнджер, древком, что задерживает нас вместе, являетесь вы, мастер заклинатель, а я есть оперение…

— …Луком является та девочка, а Брадорез, стало быть, наш лучник — верно?

— Именнисто так, именнисто так.

Дворф Шаман взял принесённый официанткой эль, искоса поглядывая на кивающего Ящера Жреца. Он поднёс наполненную до краёв кружку ко рту и слегка прихлебнул из неё, после чего опустошил её одним залпом.

— Однако, сколь бы ни был прославист лучник, стреляй лишь в небеса, однажды он ранит самого себя.

— И снова, если мы охотимся на одних лишь гоблинов, это хорошо или плохо? — Краснолицый Дворф Шаман рыгнул и провёл рукой по своей бороде, чтобы стряхнуть с неё капли эля.

— Как бы то ни бывало… — начал было Ящер Жрец.

— Действительно, в любом случае, — согласился Дворф Шаман.

— Сия группа замечателевидна.

— Совершенно не возражаю.

Ящер Жрец улыбнулся во всю свою огромную челюсть, а Дворф Шаман громогласно рассмеялся от всего своего живота. Эти двое взяли новые, полные кружки, которые им принесли, и чокнулись ими.

— За хороших друзей.

— За прекрасных бойных товарищей.

— За отличные приключения!

«Услышьте, услышьте же!» — К тому времени, как кружки были подняты вверх в третий раз, в них уже ничего не оставалось.

 

Сколь много сведёт-разведёт нас тропа?

Исчезнут где-то, пеплом кто-то станет.

И в приключеньи вера во встречу столь дорога,

Словно страница, пеплом что растает.

Ты помнишь легенду, путь чей долог так был?

Как звали его? Мне уж и не вспомнить.

Ты поздно поймёшь, покинул он этот мир,

Пусть слава его упокоит.

Пусть встреч и прощаний у нас целый пир,

Их всех вы узрите лишь раз, знайте, сир! *

 

Краски ночи сгустились для авантюристов.

Глава 10. О путешествии туда и обратно

Когда повозка приблизилась к своей остановке, в мир уже вторгался вечер. Тонущее за горизонтом солнце отбросило свои последние красные лучи, и мир окрасился в фиолетовый, с полосами тьмы цвет. Растягивающаяся с каждой секундой тень транспорта слилась с искорёженными силуэтами города, создавая странные и причудливые фигуры.

Когда он услышал раздающиеся вдали крики детей, спешащих домой, Убийца Гоблинов расслабился. Он не понимал, почему его мускулы были так напряжены во время езды в повозке, хоть он и был всего лишь пассажиром и не вёл её сам. Его разум был в полном здравии, но вот тело казалось грузным, голова кружилась, а шаги отдавали лёгкостью и неуверенностью.

«Полагаю, сейчас самое время», — решил он, закрывая глаза на несколько секунд, чтобы отогнать от них тупую боль. Он припоминал, что как-то раз где-то услышал, что люди способны продолжительно сражаться в лучшем случае примерно двадцать дней. Безо всякого отдыха увеличенные сроки, скорее всего, ослабили бы способности множеством разных способов.

Убийца Гоблинов не был оптимистом и совершенно не предполагал, что ему удастся продержаться так долго.

Он отправился вперёд храброй походкой, направляясь прямо к зданию, возвышающемуся возле главных врат — Гильдии. Он должен был: сдать отчёт, забрать награду, осмотреть снаряжение, отдохнуть, а затем вновь отправиться убивать гоблинов.

Это была всё та же рутина, которой он постоянно занимался. Она никогда не менялась. Да и не могла измениться.

Но стоило ему открыть дверь Гильдии…

— Воа-а!

— О… боже.

Та открылась с другой стороны, и он чуть не столкнулся с выходящими оттуда мужчиной и женщиной. Мужчина отскочил на несколько шагов, когда столкнулся с покрытым малиновыми пятнами стальным шлемом. Его спутница, наделённая прекрасной фигурой, попросту встала, держа посох наготове, и губы её сложились в идеальный полукруг.

— Блин, мужик, — сказал Копейщик с крайне усталым выражением лица. — Тебе действительно стоит прекратить расхаживать повсюду в этом шлеме.
    — Я удивил тебя?
    — Не больше обычного!

— Ты ведь… знаешь, что… похож на… ожившую броню… верно?

Кажется, Ведьма даже засмеялась для того, чтобы заставить и без того сконфуженного Копейщика разозлиться ещё сильнее.

Убийца Гоблинов повертел шлемом из стороны в сторону, смотря на них безо всякого беспокойства. Копейщик был снаряжён своими бронёй и любимым копьём, с конца которого свисал ранец. Что касалось Ведьмы — она была одета в свою привычную одежду и держала в руках свой привычный посох. Также она несла цилиндрический контейнер со свитком внутри. Было вполне очевидно, куда собрались эти двое.

— Отправляетесь в приключение?

— Да. — Глаза Ведьмы, украшенные длинными ресницами, слегка прищурились. — Свидание… если можно… так сказать.

— А ты, я полагаю, занимался убийством гоблинов?

— Да, — сказал Убийца Гоблинов и уверенно кивнул. — Только что закончил.

— Тьфу ты. А как же ещё, — пробормотал Копейщик, после чего было открыл рот, чтобы сказать ещё что-нибудь. Но затем его лицо расплылось в неописуемой эмоции; он посмотрел на шлем, на Гильдию и обратно, после чего закрыл свой рот, так ничего и не сказав.

Убийца Гоблинов широко распахнул дверь, освобождая им путь. Спустя минуту размышлений, думая, что же ему сказать, он коротко произнёс:

— Берегите себя.

— Ты последний человек, от которого я бы хотел это слышать.

Уходя, Копейщик ударил кулаком Убийцу Гоблинов по плечу. Когда Убийца Гоблинов с лёгкой растерянностью коснулся своего плеча, тот уже шёл по улице. Когда он посмотрел на них вновь, Ведьма одарила его странной и многозначительной улыбкой, после чего вышла сама, покачивая бёдрами.

— …Хм-м.

Убийца Гоблинов слегка склонил свою голову, проходя внутрь через полуоткрытую дверь. Та заскрипела, когда её ставни столкнулись при закрытии, после чего слегка открылась, но в этот раз уже сама.

Возбуждённые крики здания окружили его. Одна группа кучковалась у стойки регистрации, пытаясь сдать своё отчёт. Другая рассматривала доску объявлений в поисках квеста, за который её члены могли тотчас же приняться. Некоторые люди просто отдыхали в баре, наслаждаясь своим выходным, пока другие энергично отправлялись в новые приключения. Атмосфера здесь была громкой и невоспитанной, а само помещение звенело от звуков оружия, снаряжения и криков.

Убийца Гоблинов один раз осмотрел раскинувшееся перед ним зрелище со входа, после чего зашагал прямо к зоне ожидания. Он увидел, что в данный момент Регистраторша была занята, помогая другим авантюристам. Его голова кивнула в ответ на её лёгкий поклон, и он плюхнулся на скамейку.

— Ох!

 — Ах!

Это вызвало пару неловких вскриков неподалёку. Он повернулся на них и обнаружил парня и девушку, которые выглядели совершенно измотанными.

Это были Воин Новичок и Послушница Жрица. Вероятно, они сражались в воде, потому что волосы у них были влажными, а одежда промокла насквозь. Тем не менее, на их лицах виднелись признаки восторга, вероятнее всего, дело было в удовлетворении от выполненной работы.

На бедре у парня рядом с мечом висела дубина. Она была чумазой и довольно потрёпанной, а с рукояти её свисала петля. Убийца Гоблинов слегка склонил свой шлем набок.

— Так ты ей пользуешься.

— …Ох, ух, да. — Воин Новичок неловко заёрзал, после чего нежно шлёпнул ладонью по дубине. — Она довольно хороша.

— Вот как? — кивая сказал Убийца Гоблинов.

Воин Новичок почесал свою щёку способом, предполагаюшим под собой нерешительность, после чего сказал:

— Я подумываю…

— …

— Может, мне назвать её Давила.

— Ясно.

— Эй, — сказала Послушница Жрица, ткнув юного воина в бок своим локтем. — Это имя смущает.

Воин Новичок заворчал, но не ответил на её действия.

— Да, но…

Когда эти двое начали ссориться, Убийца Гоблинов поочерёдно посмотрел на них, после чего встал.

Стоявшая перед Регистраторшей группа уже ушла.

Убийца Гоблинов затих на минуту, но, перед тем как пойти к стойке регистрации, он пробормотал:

— Звучит неплохо.

Их перепалка мгновенно прекратилась. Парень с девушкой уставились на дёшево выглядящий шлем, будто бы не могли поверить в то, что они только что услышали. Шлем чутка склонился, чтобы посмотреть на них сверху вниз.

— Для бросания не подойдёт, но эта верёвка — умное решение, — продолжил тихий голос. — Возможно, я это опробую.

Когда Убийца Гоблинов отвернулся от двух юных авантюристов и пошёл к стойке, те осознали, что лишь глупо переглядываются.

За стойкой регистрации Регистраторша, только что закончившая обслуживать других авантюристов, поправляла кипу бумаг. Когда она увидела чумазый стальной шлем, на её лице проявилась живая улыбка.

— С возвращением, мистер Убийца Гоблинов!

— Спасибо. — Стул застонал под его весом, когда он сел на него и быстро заметил несколько незнакомых объектов на стойке регистрации. Это были куклы, настолько маленькие, что могли поместиться в ладони — нет, это было пять-шесть фишек в форме авантюристов.

— Ох, это? — Гладя одну фигурку кончиком пальца, Регистраторша никак не могла сдержать свой смех. Кажется, это был воин в лёгкой броне. Он гордо стоял, держа крошечные меч и щит, а она нежно поставила его на свою руку. — Я не так давно нашла их… Это всего лишь игровые фишки, но мне вдруг стало неприятно, когда я подумала о том, чтобы убрать их куда-нибудь.

— Вот как? — Она кивнула ему и поставила фигурку на её место. Скаут в лёгкой броне, рыцарь в стальном шлеме, эльфийка-заклинательница, дворф-воин и пожилой монах.

— Это… группа?

— Да. Авантюристы, отправившиеся к вратам гробницы, что ведут в ад. Не то чтобы у них хоть раз это получилось… — Она почесала свою щёку.

— Она неплохо сбалансирована, — сказал он.

— Да. Это очень хорошая группа, — она говорила о своём приключении так, словно оно произошло на самом деле. О том, как они нашли вход в гробницу, о том, как они сразились с монстром-стражником, окутанным в нечто зелёное, об ужасном лабиринте…

Убийца Гоблинов тихо слушал Регистраторшу, пока та не вздрогнула и не вернулась в чувства.

— П-прошу прощения! Что-то заболталась я тут о всякой ерунде…

— Не переживай, — сказал Убийца Гоблинов, помотав головой. — Это довольно интересно.

— Разве? — Регистраторша склонила голову набок, от чего её коса слегка подпрыгнула. Затем она тихо кашлянула. Она протянула ему чашку ею же заваренного чая и поудобнее уселась на свой стул.

— Так, ух… Как прошёл твой квест?

Убийца Гоблинов взял чашку и опустошил её, после чего сказал:
    — Там были гоблины.

«Точно, точно», — Регистраторша улыбнулась так, будто эти слова осчастливили её, в то время как её перо носилось по листам. Сколько их там было? Как они там расположились? Как он убил их? Спас ли он кого-нибудь? Успешно ли прошёл квест?

Он бесстрастно выдал ей всю информацию. Всё было как обычно. Очередная работёнка по убийству гоблинов для Убийцы Гоблинов. Когда она закончила наспех записывать отчёт, то перечитала его, дважды проверяя все детали.

Всё было в полном порядке. Регистраторша вновь поздравила его с успешно выполненным заданием, после чего приложила к отчёту свою печать. Теперь работа действительно была завершена. Осталось лишь достать из сейфа награду для него.

— А теперь твоя награда… Ох, точно. — Она хлопнула в ладоши, от чего можно было увидеть её аккуратно подстриженные ноготки. Тут было то, о чём она не могла позволить себе забыть. — Ты помнишь деревню из недавнего квеста?

— Какую деревню?

— Ту, в которую ты ходил в одиночку…

— Ах, — сказал он и кивнул. Пещера. Деревенские жители. Мальчишка. Пленница. — Я помню.

— Что ж, эта деревня, — сказала Регистраторша и многозначительно захихикала, — прислала тебе небольшой подарок в знак благодарности.

Она сказала ему подождать немного и поспешила прочь, словно радостный щенок. Она достала кожаный мешочек из сейфа и измерила его на весах, дабы убедиться, что золото весило ровно столько, сколько должно было. Проблем не обнаружилось.

Она положила мешочек на поднос, а затем издала «Хоп!» и поставила за ним нелепо выглядящую корзину. В результате на стойке регистрации оказалась гора кукурузы, которая, судя по виду, была совсем недавно собрана с поля.

— Они сказали, что это гостинец для тебя!

— Ох-хо.

Убийца Гоблинов взял один из початков; тот тяжело отдался в его руке. Он оттянул листья, чтобы высвободить прекрасные золотые зёрна.

— Она довольно созревшая.

— Ну а как же? — Она восторженно выпятила свою средних размеров грудь, да ещё так горделиво, словно она сама её вырастила. — И знаешь, что? Принёс её тот человек, которого ты недавно спас.

— …Вот оно как?

— Угу! — Регистраторша позволила своим глазам отвести взгляд от кукурузы с выражением лица, явно говорившем об её облегчении. После одного провала авантюристам и наёмникам крайне редко выпадал второй шанс. — Здорово, да?

— Да. — Убийца Гоблинов дал своему шлему медленно покачаться вверх-вниз. — Отлично.

А затем, как только бумажная работа и прочие процедуры были завершены, Убийца Гоблинов взял корзину кукурузы и встал. За исключением лишь недавно зарегистрировавшихся в качестве авантюристов новичков никто в Гильдии особо не обращал на него внимания. Возможно, пара человек мельком взглянула на него и прокомментировала его присутствие: «Ох, это снова он». То же самое касалось и Паренька Подмастерья, который выглянул из мастерской и слегка поклонился.

Убийца Гоблинов остановился.

— В чём дело?

Прежде чем заговорить, паренёк вытер руки о свой фартук.

— Оу, да ничего такого. Просто я подумал, быть может, ух, вам нужен меч или ещё что-нибудь, вот и захотел подойти и принять ваш заказ.

— Ясно, — сказал Убийца Гоблинов и кивнул. — В таком случае, один, пожалуйста.

— Конечно. Не хотите ли заказать сразу несколько?

 

 

— Нет. — Убийца Гоблинов похлопал висевшие у него на боку ножны. — За раз я могу взять лишь один.

— Вот это наш Убийца Гоблинов, — сказал Паренёк Подмастерье со сдержанной улыбкой на лице и кивнул. — Тогда я пойду подготовлю для вас один, и… воу! Вот это кукуруза! — Он заметил корзину и резко заморгал. — Повезло вам, — сказал он. — Я и не заметил, что её сезон уже наступил.

— Да.

— Ещё в деревне, откуда я родом, мы постоянно варили кукурузу. Ну, знаете, летом.

— Вот как? — Убийца Гоблинов бесстрастно засунул руку в корзину и выудил оттуда два-три початка кукурузы. Он протянул их в направлении подмастерья. — Хочешь?

Парнишка Подмастерье удивлённо воскликнул.

— А можно? Правда?

— Я слегка задолжал тебе и твоему мастеру.

— Н-ну, тогда ладно! Большое вам спасибо! — Низко поклонившись, Паренёк Подмастерье убежал с кукурузой в подмышках. — Эй, босс! — Его голос эхом разнёсся по мастерской. Убийца Гоблинов развернулся и пошёл дальше.

День подходил к своему концу, и приключения закончились, так что Гильдия была забита авантюристами. Он пробирался сквозь толпу, каждый раз слегка кивая головой, когда кто-нибудь знакомый здоровался с ним.

— Боже. Вам стоило дать нам знать. Мы бы приготовили её на кухне.

Только дойдя до двери, он почувствовал, как кто-то тянет его за локоть.

— Что? — Он оглянулся и увидел Бродягу Официантку, держащую его руку и многозначительно смотрящую в сторону мастерской.

— На самом деле, я вполне себе уверена, что первым делом вы должны были принести немного нам.

— Думаете?

— Ага. Мы бы её приготовили, и все бы могли разделить её за пирушкой! Не очень-то это и дружелюбно с вашей стороны… — продолжила она, приправляя свои слова кучей ругательств.

Убийца Гоблинов же попросту кивнул и сказал:

— Вот как?

С полной кукурузы корзиной авантюрист в стальном шлеме выделялся ещё пуще обычного.

— Йо, Убийца Гоблинов! — ликующий голос раздался из глубины таверны.

Он повернул свой шлем, чтобы посмотреть на источник голоса. Воин в Тяжёлой Броне помахал ему рукой, и его красное лицо недвусмысленно намекало, что в его животе плескалась далеко не одна кружка алкоголя.

— Ты выглядишь как человек, которому ну очень нужно выпить. Иди сюда, выпьем за удачное приключение!

— Только не говори мне, что хочешь, чтобы он присоединился к нам? — звонким голосом произнесла Девушка Рыцарь, сидевшая рядом с Воином в Тяжёлой Броне, надув щёки, к которым прилил алкогольный пунцовый румянец.

— Ой, да чем он может навредить? Уж раз в сто лет можно и позвать его к столу.

— Некоторые из нас предпочли добавить к выпивке что-то помимо историй о гоблинах. — Её стул загрохотал, когда она встала и, устало пробормотав: — Ох, ладно, забыли, — пересела на другое место. — Двигайтесь, детишки. Здесь сидит паладин.

— Ну не знаю, ты и правда думаешь, что у тебя есть право называть себя паладином с таким-то языком?.. — сказал Паренёк Скаут.

— Лучше за собой следи. И всё увидишь, если только я не применю к тебе Святой Удар…

— Конечно. Вот только от тебя в последнее время ничего, кроме Тарана Щитом, и не видно, — прокомментировала Девушка Друид.

— И что, бога ради объясни мне, не так с рыцарем, использующим свой щит? Вини богов, что они не даровали мне никаких чудес!

— Агх, да можете вы уже затихнуть?! Нормальному мужику в такой обстановке даже мыслей своих не услышать!

Паренёк Скаут и Девушка Друид начали спорить, словно дети, когда Девушка Рыцарь оттолкнула их со своего пути. Воин в Тяжёлой Броне вмешался и сердито посмотрел на всех них. А вот об Убийце Гоблинов он практически забыл.

И пока последний пытался понять, что же ему делать, позади него возникла тень. Это был полуэльф из группы Воина в Тяжёлой Броне. Он элегантно поклонился одной лишь головой и подмигнул.

— Я пойду поговорю с нашими уважаемыми лидерами. Прошу, не обращай на них внимания.

— И это не шутка! — смеясь, сказала Бродяга Официантка. — Они на-а-астолько пьяны, что даже «в стельку» — это уже слабовато. Смотреть тут явно не на что. — Она махнула своей лаповидной рукой, будто бы пытаясь отогнать от себя что-то. — Ну ладно, сэр, вам пора. Нехорошо будет заставлять кое-кого ждать вас, верно?

— … — Убийца Гоблинов повернул свой шлем к этим двоим, затем к стоящему у бара Воину в Тяжёлой Броне. Он посмотрел вверх, затем вниз. — Спасибо.

— Да никаких проблем! — Она с улыбкой ответила на его тихую благодарность, а он пошёл на выход, ничего больше не сказав.

Оттолкнув толпящихся повсюду авантюристов, он открыл салунные двери и вышел наружу. На улице дул прохладный ночной бриз, и, скрытый за забралом своего шлема, Убийца Гоблинов закрыл глаза. Затем он сделал шаг вперёд. Он прошёл вниз по улице своей обычной храброй и беспечной походкой, направляясь к главным вратам. Врата находились практически рядом с Гильдией, так что до них было недалеко. И всё же…

Среди массы авантюристов и торговцев, проходящих сквозь врата внутрь и наружу, одна массивная фигура невероятно сильно выделялась среди остальных. Убийца Гоблинов остановился, стоило ему заметить довольно уникальный силуэт, а владелец силуэта, в свою очередь, заметил его.

— Ох-хо, милорд Убийца Гоблинов! — Лицо людоящера озарила улыбка, и он широкими движениями помахал рукой, дабы привлечь внимание воина. Когда Убийца Гоблинов пробрался сквозь толпу к нему, то увидел возле ящера ещё трёх человек — все его постоянные компаньоны стояли там.

Эти четверо выглядели вымотанными, их одежда была грязной, но на лицах их ясно виднелось чувство радости от завершённого дела. Нос Дворфа Шамана подёргивался от слабого запаха крови, и тот выдернул пробку из бутылки вина, чтобы от него избавиться.

— В чём дело? Брадорез, ты ведь не хочешь сказать, что решил вновь отправиться на квест в такой-то час?

— Нет, — сказал Убийца Гоблинов и помотал своим шлемом. — Я иду домой. Что насчёт вас?

— Только что покончили с небольшим приключением.

— С всего одним бойцом авангарда оно явно было не из лёгких! — Высшая Эльфийка Лучница раздражённо буркнула и чуть ли не театрально пожала плечами, мотая своей головой. Затем она протянула руку и схватила Жрицу, подтащив её к себе и обняв.

— И-иик!

— Готова поспорить, что ты чертовски устала.

— Н-нет, я… — Кажется, неожиданный физический контакт ошарашил её; она стеснительно устремила свой взгляд вниз, возможно из-за этого, а может и нет. — Я в порядке. Это вам спасибо, ведь вы так усердно защищали меня…

— Оу, да она ещё и скромница! — Высшая Эльфийка Лучница, держа Жрицу за тонкие ручки, гладила её по голове и ворковала: «Какая прелесть».

В этот же момент она подняла взгляд на Убийцу Гоблинов, по всей видимости, не собираясь давать тому уйти.

— Так, — сказала она. – Я, конечно, не дворф, но мне кажется, что нам стоит слегка подкрепиться.

— Ясно.

— О-ох, это кукуруза? — Вечно острые глаза эльфийки заметили корзину в руках Убийцы Гоблинов. Если только она не ошиблась, та была полна спелой жёлтой кукурузы, всё ещё укутанной листами. — О-ох! О-ох! Могу я взять немного? Ну пожалуйста? — Не успела она произнести это, как тотчас же отпустила Жрицу и навострила своё ухо.

— Ты вообще эльфийка или рея? — спросил Дворф Шаман, на лице которого виднелась эмоция, напоминавшая смесь раздражения и веселья.

— Всё в порядке, — сказал Убийца Гоблинов, от чего Высшая Эльфийка Лучница ещё горделивее выпятила свою маленькую грудь.

Жрица ничего не смогла сказать из-за тревожности от возникшей ситуации, а вот Ящер Жрец пронзительно зашипел.

— Ох-хо. На моей подчизне сие было основным яством за столом.

— А? Хотите сказать, что вы едите что-то, помимо мяса? — удивлённо спросила Жрица. Она видела, что, несмотря на всю их усталость, в их группе приближался спор вечно несогласного дуэта, и хотела избежать этого, если такое вообще было возможно.

— Мы нередко изготавливали из неё кашу или пили в образе супа с мёдом и агавой.

— Вау! С трудом могу себе такое представить! — Высшая Эльфийка Лучница потянулась в его сторону, и её внимание полностью переключилось на речи ящера, от чего Жрица тихо вздохнула с облегчением.

— В таком случае, я изготовлю для вас сие блюдье. Ах да, милорд Убийца Гоблинов.

— Что?

— Если мне дозволено обеспокоить вас, я бы возжелал заполучить ещё единую головку…

— Сыра?
    — …Мм.

Ящер Жрец резво закивал головой и никак не смог сдержать позывы своего хвоста, который радостно зашлёпал по земле.

— Попрошу, чтобы его доставили прямо в твою комнату.

— А-ах! Благодарствие моё не знает граней! Сие изделие взывает во мне зависимость… — Он вошёл в состояние радостного едока, вопя «О сладостный нектар!» и всё в таком духе.

— Оркболг, — сказала Высшая Эльфийка Лучница, искоса поглядывая на Ящера Жреца, — а почему бы тебе самому не принести ему сыр?

— Тогда это не будет считаться работой фермеров.

— Хм-м-м.

Можно ли было посчитать это неким проявлением прямоты суждений? Высшая Эльфийка Лучница дёрнула ушами и захихикала.

— Значит, всё сложилось идеально… просто я подумывала попросить тебя заняться одной работёнкой.

— Гоблины?

— Совершенно точно нет, — сказала Высшая Эльфийка Лучница, взмахнув ушами. — Я хочу, чтобы ты проводил эту девочку до храма.

— Хуах?! — Жрица совсем не ожидала, что она станет предметом разговора. Она почувствовала, как её упорно толкают сзади, пока не оказалась прямо перед Убийцей Гоблинов. Она тревожно перевела взгляд с него на Высшую Эльфийку Лучницу и обратно. — Ох! Ух! Я… я и сама… могу дойти. Тут недалеко…

— По ночам открытая дорога становится опасным местечком. — С издевательской улыбкой на лице Дворф Шаман поглаживал свою бороду. — В любой момент могут показаться гоблины. Разве не так, Брадорез?

— Да, — с абсолютно серьёзным тоном произнёс Убийца Гоблинов. — Но разве ты не проживаешь в гостинице Гильдии?

— Да, но, похоже, из-за подготовки к осеннему фестивалю у неё там появились кое-какие дела, верно, хм-м?

Когда Высшая Эльфийка Лучница посмотрела на Жрицу в поисках подтверждения своих слов, по той было видно, что она никак не могла сформировать ответ. Да, дела обстояли именно так, но одно лишь признание этого факта означало то, что её будут провожать до храма.

Ящер Жрец тоже загнал её в угол, добавив к хору призывов свой голос:

— Если сызволите ему сопроводить вас, то с вами всё будет в порядочности.

— Девчушка, сейчас совсем не время стесняться.

— …

Все они звучали так серьёзно. Они ведь не могли ошибаться, верно? Жрица поочерёдно смотрела на их лица, пытаясь найти на них хоть какую-нибудь зацепку, когда Убийца Гоблинов начал идти.

— Пойдём, — и после одного резко брошенного слова он отправился в путь.

— Ох, ам, ух, д-да, сэр! — Жрица осознала, что она уже засеменила за ним, тревожась о том, как бы не отстать от него.

Она оглянулась через плечо и увидела то трио, смотрящее на их продвижение к храму, а улыбки на их лицах недвусмысленно говорили о том, что это зрелище их крайне забавляло. Она посчитала эту ситуацию невероятно смущающей и почувствовала, как жар прилил к её щекам, но всё равно поклонилась им в привычной манере.

— Как бы, ух, значит, увидимся завтра!

Убийца Гоблинов остановился и на минуту над чем-то задумался, слегка склонив набок свой шлем, после чего вновь продолжил движение. Жрица поспешно пыталась нагнать его, пока он всё отдалялся и отдалялся. Но догнать его ей удалось лишь тогда, когда он сбавил шаг.

— Т-ты в последнее время, ух, был довольно занят? — Жрица пристально посмотрела на него, отчаянно пытаясь восстановить сбившееся дыхание. На нём был одет всё тот же стальной шлем. Да и если бы защита для головы не скрывала его выражение лица, то это бы вместо неё сделала сумеречная тьма.

— Да, — ответил Убийца Гоблинов и кивнул. — Мне нужны были деньги.

— Деньги?..

— Теперь я накопил нужную сумму.

«Хм». — Жрица приложила бледный пальчик к своим губам и задумчиво уставилась на землю. Она почувствовала привкус недовольства с ноткой переживаний. По своему опыту она понимала, что это была отнюдь не ревность. Это была печаль, практически злость от того, что он не звал её с собой. Он ведь спокойно мог дать ей знать об этом.

Пока она стояла, витая в своих мыслях, он продолжал идти, и в итоге ей вновь пришлось нагонять его, прилагая для этого огромные усилия. Вскоре они достигли храма Матери Земли.

— Мы на месте, — когда Убийца Гоблинов произнёс это, она взглянула наверх и осознала, что находится у входа в храм. Сумеречное фиолетовое солнце плясало на фарфоровых стенах, за которыми мерцал огонь, зажжённый ночными дозорными.

— Большое спасибо, — сказала Жрица, поднимаясь по лестнице ко входу в помещение.

«Я… действительно согласна с этим?»

Нет. Нет, она не была согласна. Вот почему она собрала всю храбрость в кулак и заговорила.

Она была уверена, что её лицо пылало красным, но, быть может, из-за столкновения в воздухе тьмы и сумеречного света он не смог этого заметить.

— А-ам! Когда в следующий раз соберёшься в приключение, постарайся… постарайся дать мне знать! — сказала она, пропитывая слова всей собранной волей.

— …

Поначалу Убийца Гоблинов ничего не говорил и лишь смотрел на неё. Но спустя минуту он произнёс: — Ладно, — и однозначно кивнул. — Дам знать.

Это было всё, что Жрица хотела услышать. Её лицо озарила такая яркая улыбка, что её можно было с лёгкостью увидеть даже в темноте.

— Ладно! — воскликнула она. — Что ж, увидимся завтра!

— Увидимся завтра, — пробормотал он, наблюдая за тем, как она развернулась, а затем скрылась за дверью храма.

Какое-то время он попросту стоял перед зданием.

«Сегодня я встретил немало людей», — как-то раз подобная мысль уже приходила ему в голову.

Но, задумался он, это было не совсем правдой. Эти люди всегда были здесь. С одной стороны, многое и правда изменилось. А с другой, не изменилось ровно ничего. Просто он ничего этого не замечал.

Он понял, что великое множество вещей ускользало из под его носа. Он глубоко вдохнул, а затем медленно выдохнул.

Он прошёл мимо Гильдии — в которой всё ещё царили шум и гам — а затем вышел через врата на дорогу. Луны-близнецы и сверкающие между ними звёзды сговорились разбавить тьму, даже несмотря на то, что на дворе царила ночь. Прохладный ветерок шуршал кустами, предлагая приятную прохладу.

Он тихо шёл по тропе своей привычной походкой.

А затем он увидел, сияющий вдали, одинокий огонёк. Он прошёл мимо каменной стены, которую они построили вместе с владельцем фермы, и через отремонтированный им забор прямо к двери.

Вскоре Убийца Гоблинов уже стоял перед старой деревянной дверью, но он пока не спешил открывать её. Сперва он засунул руку в сумку с предметами, что висела у него на поясе, доставая оттуда мешочек, раздувшийся от множества лежавших в нём золотых монет. Он отдавался в руке приятной тяжестью. Он развязал лямку мешочка и пересчитал содержимое. Всё было в порядке. Он убрал его обратно в сумку. Его стальной шлем повернулся налево, а потом направо. Наконец, он поднял свой взор к небу.

— Славно, — едва слышно прошептал он, после чего схватил рукой дверную ручку. Он повернул её и открыл дверь вовнутрь.

Вместе со скрипом двери ему навстречу устремились расслабляющее тепло и сладкий аромат. Как только он подметил, что это было нечто, варящееся в молоке, стоявшая на кухне девушка повернулась к нему.

— Фууф! Ты сегодня припозднился. — Она удивлённо заморгала, вытирая руки о фартук и носясь по кухне.

Он закрыл за собой дверь, входя в дом заученными шагами. Она взглянула на него и приметила корзину, которую он нёс в руках.

— Откуда кукуруза? Выглядит здорово!

— Подарок, — сказал он, ставя корзину на стол.

— Вот оно как? — сказала она, помешивая содержимое большого котла. Не смотря на него, она добавила: — На стол не ставь.

— Хрк.

— Положи хотя бы на стул.

— Где твой дядя?

— Он сказал, что у него сегодня собрание. Так что он будет поздно.

— Тогда ладно. — С небольшим грохотом он подвинул стул и поставил на него корзину. Гора кукурузы гордо восседала за столом, будто бы она была здесь почётной гостьей. Он немного побурчал и кивнул.

В это же время она семенила по всей кухне.

— Подожди ещё минутку, ладно? Скоро всё будет готово.

— Ладно, — сказал он. Он подошёл к своему стулу и упёрся рукой о его спинку.

— Хм? — Она мельком взглянула через плечо, когда заметила, что он отступил от привычного шаблона действий и ещё не сел на свой стул. Она обнаружила его стоящим рядом со стулом в полной тишине.

«Хм… — Вытерев руки о фартук, она отошла от печи и резво подошла к нему. — Когда он так себя ведёт, лучше всего мне, как обычно, выболтать из него причину».

— В чём дело? — Она склонилась к нему, будто бы пытаясь хотя бы мельком увидеть его лицо, скрывающееся под шлемом.

Всё тот же знакомый шлем. Он скрывал его эмоции, и всё же, она и так неплохо понимала, что царило у него на душе.

— Мм. — Какое-то время он молчал, после чего наконец заговорил: — Ничего. — Спустя ещё какое-то время он произнёс: — Пока мы не начали есть…

— Да?

— Я бы хотел кое-что тебе дать.

Мало-помалу слова покидали его рот, а затем он начал рыться в своей сумке с вещами. Он достал оттуда мешочек с золотыми монетами, который совсем недавно проверял. Когда он положил его на стол, тот слегка звякнул.

Она удивлённо заморгала.

— Что это? Я думала, в этом месяце ты уже заплатил ренту.

— Это не рента, — он говорил ещё более резко чем обычно. — С днём рождения.

— Ох! — Она хлопнула в ладоши. Он был прав. Она была настолько занята, что совершенно забыла об этом.

«Завтра ведь мой девятнадцатый день рождения».

— Я не знал, что тебе подарить, потому решил, что этот вариант будет лучше всего, — сказал он, двигая мешочек поближе к ней. Возможно, завернуть его как-то покрасивее было бы довольно проблемным делом, но даже так, это был слишком уж обычный кожаный мешочек без каких-либо украшений. И он был полон денег. В качестве подарка на день рождения такое ценилось не особо высоко.

— Знаешь, ты… — По лицу Пастушки пробежало множество эмоций, и все их было крайне трудно прочесть. Стоило ли ей злиться? Или расстроиться? Раздражиться или же опечалиться? Наконец, она остановилась на сконфуженной улыбке, — …и правда безнадёжен.
    Она прижала мешочек золотых монет к своей груди, словно ребёнок, получивший новую куклу.

— Ты вечно ведёшь себя так, будто ничего на свете не знаешь, и стоит мне только подумать, что, быть может, парочку вещей ты всё-таки знаешь… как оказывается, что ты действительно не знаешь ровным счётом ничего.

— Экх…
    — Если ты не знаешь, что мне подарить, то возьми меня с собой. Мы можем выбрать что-нибудь вместе.

«Вот чего я хочу на самом деле».

Он тихо забурчал в ответ на её слова, после чего поднял свой шлем вверх, а затем медленно опустил вниз.

— …Я понял.

— Уверенности такой ответ не вселяет. Я поблагодарю тебя… как только мы выберем подарок для меня. — Она захихикала, осознав, что сейчас читала ему нотации, и погладила его по спине. — Я многого жду от фестиваля урожая, ясно? — Она улыбалась. Вот только звучала она явно не как человек, ожидающий многого от грядущего события.

Так что она не восприняла его слишком серьёзно, когда он сказал:

— Я подумаю над этим.

— Конечно, конечно. Как бы там ни было, садись уже. Ужин готов — пора есть!

После этого она приставила руки к его плечам, слишком широким из-за брони, и усадила его на стул. Она было направилась на кухню, но обернулась, стоило одной мысли прийти ей в голову.

— Ах да. Я забыла об одной крайне важной вещи. — Она убедилась, что на её лице сияет самая добрая улыбка, которую только способно было изобразить её лицо. — С возвращением домой!

— Спасибо, — сказал он и кивнул, тихо ёрзая на стуле. — Я вернулся.

Послесловие автора

Алло, с вами Кумо Кагю. Насладились ли вы 4 томом?

Я задумал этот том как сборник коротких историй, в основном берущих место между 1 и 2 или же 2 и 3 томами. Это истории, в которых куча разных людей думают о куче вещей и делают кучу вещей, а вокруг них случается происходит целая куча событий. Это означало, что здесь будет чуть меньше гоблинов, чем обычно, но в этой книге всё равно осталось немного убийства гоблинов.

Также существует ограниченное издание 4 тома, включающее в себя CD драму. Она повествуют о приключении с участием Жрицы и Высшей Эльфийки Лучницы, так что там тоже не особо много гоблинов. Но не волнуйтесь, я включил туда как минимум одну сцену с убийством гоблинов. А ещё я так впечатлён игрой девушек-сейю. Я был крайне удивлён. Из-за этого я начал думать, стоило ли мне вводить в сюжет драмы того или иного персонажа, или же мне в целом надо было добавить больше речи… Подобные мысли забили мою голову, когда я прослушивал запись. Мне сказали, что другие авторы ведут себя точно так же. Я такой не один!

К тому же, Убийца Гоблинов занял первое место среди сериалов-новинок в конкурсе «Ранобе — это здорово!» Не могу передать вам, насколько я рад, но… они уверены, что им хочется присудить первое место такой странной книге? Это ведь всего лишь история об авантюристе, что говорит об одних лишь гоблинах и убивает одних лишь гоблинов.

Как бы то ни было, в мире осталась ещё целая куча гоблинов, и вы можете быть уверены, что «Мистер Гобс» убьёт их. Действие 5 тома будет происходить сразу же после действий 3 тома, и будет включать в себя живущих в снежных горах гоблинов, которых надо будет убить.

1 том происходил на холме, 2 том брал своё место в подземном городе, 3 том включал в себя семирукого монстра, 4 том был филлером, а 5 том будет происходить в горной крепости. Некоторые из вас уже поняли, к чему я веду. Но если нет, то не переживайте. Так или иначе, я рад, что вы наслаждаетесь приключениями моего маленького странного авантюриста. Не сходите с этого поезда, ведь впереди у него ещё долгий путь.

Спасибо мистеру Каннатуки за ещё один том чудесных иллюстраций. На самом деле, Бродяга Официантка была создана благодаря его рисункам.

Мистер Куросе, каждый месяц я с нетерпением жду новой главы вашей манга-адаптации, и жажду увидеть ещё больше.

Спасибо всем сейю, участвовавшим в работе над CD драмой; ваша игра была восхитительна.

Как всегда, спасибо моим игровым друзьям и другим креативным людям в моей жизни.

Всему редакторскому составу и всем тем, кто принимал участие в производстве, рекламированию и распространению этой книги — я многим вам обязан.

Всем моим читателям и администратору моего сайта — вы та причина, по которой я зашёл настолько далеко.

Я продолжу отдавать этому сериалу всего себя — и надеюсь, что этот путь вы пройдёте вместе со мной!

Послесловие команды

Зараза, ох уж эта последняя глава. Вроде бы том филлерный, а тут бац, и все сюжетки сплели во что-то цельное, и какая-то тонкая нить цельного сюжета, да проступила. Неплохо. Отдаёт чем-то средним между 1 книгой Ведьмака и просто филлерным томом.
Ну и тяночки катали в ДнД. Серьёзно, нет ничего круче и восхитительнее тяночек, катающих в ДнД.


А если честно, работа давалась тяжело. Тут и трудности в учёбе накатили (которые я до сих пор не решил), и филлерность тома сыграла мне стрелой в колено. Серьёзно, я после этого тома любую критику в сторону переводчиков, мучающихся по сто лет с филлерами воспринимаю, как пустой звук (ну, критику скорости, а не качества). Это настоящее мучение. В обычных томах сюжет тебя несёт, заставляя печатать без устали с задором в глазах. А тут… о да, переодевашки, е-е-е-е-е, интересно-то как, прервусь-ка я на недельку, посмотрю, как сохнет краска на заборе. И такими отвлечениями прошло два месяца ничего не делания… простите за это. Постараюсь больше так не делать. Хотя… в срок же успел, с дедлайнами справился, так что всё равно шибкого минуса не было. Но всё равно простите.

Это был довольно тяжёлый для меня опыт. Всё же я обычно работал по принципу «не нравится тайтл, пусть летит в тартарары», но тут же не тайтл скатился, а просто филлерный том, и это была работа через силу. Блин, я знаю, что это достаточно сложно понять, потому что читать — не делать, и филлеры со стороны смотрятся гораздо проще, чем в моих глазах, но всё же… я просто устал. Надеюсь, эта штука будет редкой.


    Да здравствует разумный подход! Серьёзно, я считаю решение вынести все события 4 тома в отдельную мангу, чтобы те не портили движение основной, шикарным выбором. Подумайте сами. Это у нас томики раз в 3-4 месяца (вот сейчас что-то провисло, но это то ли  из-за аниме (ах да, в октябре аниме будет, ждите, число неизвестно), то ли из-за каких-то дурацких событий у йен прессов (по официальному анлейту которых мы и пашем). А в манге пришлось бы ждать год, потому что там примерно 12 глав ежемесячной манги на том ранобе. Год филлеров — это ад. А они взяли и вынесли. Даже предупредили заранее, мол, это филлеры, ребятки, не ждите особо ничего такого. Неплохо. Вполне здравое решение.

 

Не знаю, ребят, у меня довольно мало слов для этого тома. Ну, он филлерный, что тут можно сказать.

Давайте закругляться на этом. Всем вам большое спасибо за комментарии, поддержку и донаты. Спасибо редакторам, что контролируют мои очяпятки и полную шизу, возникающую из-за вечносонного состояния. Спасибо Тикичу за то, что подводит текст под стандарты читалок, потому что мне чертовски влом это делать. И огромное спасибо автору за произведение, которое меня убьёт. ОН ЕЩЁ СПИНОФФ-РАНОБЕ ДЕЛАЕТ, СПАСИТЕ МЕНЯ КТО-НИБУДЬ!!!

 

Если есть желание, помогите нам немного материально. Кошельки на главной странице тайтла, в нашей группе и чуть ниже. И подписывайтесь на тематическую группу по Убийце Гоблинов.
Ну а с вами был Red «Гоблины в снегу — это ж сколько пафосу с окровавленным снегом-то будет» Crow.

 

Сбербранк (Мастер Кард): 5469 4100 1192 9233

Сбербанк (Виза): 4276 4100 1172 0604

Киви: +79673450621

Webmoney (рубли): R385290203813

Webmoney (Bitcoin):X316837769902 (13UY2BRK6hJzsnVY7UNQePmDz8QeqT3q3T)

Яндекс.Деньги: https://money.yandex.ru/to/410012661450820

PayPal: PayPal.Me/RedCrowInHell

Patreon: https://www.patreon.com/AkaiYuhiMun

Ссылки на нашу группу в вк и чатик в дискорде, если вы захотите связаться с нами:

VK: https://vk.com/aym_team

Discord: https://discord.gg/R7ZrmJ3

 

Август 2018


 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

4 комментария

  1. т-щ Red, а «Паладин издалека» когда-нибудь оживет?

  2. В 9-ом томе ошибка.Вы постоянно путаете понатия: лошадь и конь. Лошадь — запрягают, а коня — седлают. Так например: кобыла — лошадь\конь девочка. Жеребец — лошадь\конь мальчик. Мерен — лошадь\конь кострат.

  3. «Фигурка держала в руке знамя с изображённым на нём символом омеги и размахивала отличным стальным мечом, будто бы вопя, что положит конец Хаосу».(c)

    Это отсылка ко вселенной Warhammer 40000. Там есть такой Орден Космодесанта — Ультрамарины. Любимый цвет — синий, символ — знак Омеги. Основной род занятий — война с ксеносами, еретиками и мятежниками.

    Автор Гобса может не только в D&D! 🙂

Добавить комментарий